Обратный мир - Эдмонд Мур Гамильтон Страница 6

Они казались, на первый взгляд, просто квадратными черными платформами из гладкого металла, лежащими на земле, имеющими металлическое ограждение в виде перил в фут высотой. Пристально рассмотрев их, я увидел, что в углу каждой платформы торчит массивный приземистый цилиндр из металла, усеянный рычажками и кнопками. К этим трем платформам, каждая из которых была приблизительно десятифутовым квадратом, наши охранники и направляли нас. Добравшись до них, мы переступили через низкие перила и уселись на поверхности платформ, повинуясь жесту-приказу. Роулинз, я и семь или восемь существ заняли одну из квадратных платформ, подобное число тварей влезло на другую, в то время как остающаяся группа не сопровождала нас, но выстроилась на расстоянии, наблюдая за нами. На нашей платформе один паук разместился перед массивным цилиндром в углу и принялся нажимать кнопки и рычажки. Низкий мурлыкающий звук раздался из-под основания платформы, и конструкция поднялась в воздух.

Мы плавно всплыли в воздух без единого толчка и зависли на высоте тысячи футов. Рядом с нами вскоре зависла вторая платформа. Они зависели на месте на несколько секунд и неожиданно рванули на север с фантастической скоростью, которая вдобавок стремительно увеличивалась с каждой секундой. Оставшаяся на земле третья группа пауков скрылась из виду. Мы мчались к северу над большими бесплодными синими равнинами, лишенными любых деталей, кроме случайных участков движущейся растительности и небольших кратеров, подобных месту нашего прибытия в этот мир.

Пока мы неслись на север, я попытался обнаружить двигатель странного транспортного средства, издававший басовитый гул, и пришел к заключению, что этот двигатель использует силы, неизвестные нам. Но позже я узнал, что в основе конструкции двигателя положен банальный магнетизм. Этот мир, как и наш, как любой обитаемый мир, был огромным магнитом. Его два магнитных полюса притягивали противоположные и отталкивали одноименные полюса. Аппарат в цилиндре был способен сделать из квадратной платформы большой магнит, притягивающийся к одному из полюсов планеты и отталкивающийся от другого. Умело управляя магнитным полем, можно было поднять платформу в воздух и направлять ее в любую сторону по желанию… А сейчас эти две платформы мчались к северу, влекомые магнитной силой притяжения северного магнитного полюса их мира.

Мы неслись стрелой, высоко над бескрайними синими равнинами, в лучах сверкающего синеватого солнца, которое теперь сползало к горизонту от зенита. Наконец наше движение, казалось, замедлилось, и я смог встать на ноги. Я смог разобрать далеко впереди причудливый силуэт громадного нечеловеческого города. К нему наши две платформы и направлялись, гася скорость, пока на расстоянии примерно мили не поплыли в воздухе плавно и медленно.

Это был действительно город, но город странный, ни на что не похожий, город черных гигантских конусов, которые поднимались на высоту в тысячи футов или больше всюду по всему городу, раскинувшемуся на многие мили, и каждый конус венчала плоская площадка в полсотни футов в диаметре. Этих конусов были сотни, нет, тысячи, а весь город был обнесен титанической черной стеной. По мере снижения наших двух платформ странность и чуждость города все сильнее и сильнее бросались в глаза.

Плоские вершины колоссальных конусов были связаны между собой сложной паутиной сверкающих тросов и кабелей. И по нитям этих тросов сновали тысячи громадных пауков. Такими были улицы этого странного города!

В то время как мы смотрели на эту сцену в изумлении и страхе, наши две платформы опускались к великой стене, окружавшей город, и через мгновение приземлились на гребне этого крепостного вала, где уже были припаркованы многочисленные подобные платформы. Теперь, по команде наших похитителей, мы подошли к внутреннему краю стены, откуда один из тонких тросов протянулся над пропастью к самому близкому из больших зданий-конусов. Мы отпрянули назад от этой канатной дороги, но прежде чем мы мог понять их намерения, каждый из нас был схвачен одним из охранников, которые, крепко сжав нас в своих лапах, помчались по тросу.

В течение нескольких секунд мое сердце колотилось от страха, пока, проворно перебирая лапами, пауки несли нас по тонкой нити над бездной. Наши носильщики, впрочем, не обращали никакого внимания на наш ужас. Добравшись до ближайшего конуса, они перепрыгнули на следующий трос, и вновь под нами была тысяча футов, и наши жизни висели на волоске паучьего троса. От конуса к конусу, трос за тросом, мы неслись к центру города, где высился огромный конус, впрочем, высотой он был не больше остальных.

Из его вершины разбегалась вся паутина тросов-улиц, сплетающая город в единое целое, и именно к этому центру нас и тащили. Рискнув посмотреть вниз, я увидел, что место на земле между конусами было пустым, неиспользуемым пространством, выложенным гладкими металлическими плитами, и что воздушные тросы были единственными транспортными артериями паучьего города. Тут мы достигли вершины центрального здания, по паутине тросов вокруг которого шныряли бесчисленные толпы пауков. Теперь, когда наши охранники поставили нас на ноги, мы увидели любопытный механизм, смонтированный на площадке, в центре крыши здания.

Это была своего рода бесконечная лента, конвейер, который поднимался из круглого черного отверстия возле центра круглой плоской крыши и уходил в другое отверстие через несколько футов. Лента была снабжена своего рода скобами, за которые цеплялись пауки. Одни из них скрывались, уносимые конвейером, в недрах здания. Других конвейер выносил наружу. Это был паучий лифт. И теперь наши охранники приказывали нам жестом воспользоваться этим лифтом.

Один из них, схватив скобу, исчез в недрах конуса. Я колебался мгновение, но упершийся мне в спину лучемет был убедителен. Решившись, я ухватился за скобу и нырнул во тьму. Роулинз и другие охранники последовали за мной.

Мгновение спустя темнота шахты уступила место свету, мы оказались в длинном коридоре, в полу которого сквозь отверстия конвейер уходил дальше вниз. Когда конвейер достиг уровня пола коридора, охранник ниже меня соскочил с ленты, и я последовал за ним. Мгновение спустя Роулинз и его охранник были рядом, и нас провели по коридору, затем втолкнули в дверь.

Мы оказались в большой комнате, освещенной высокими окнами, сквозь которые лился свет синего солнца. Полки и столы, заваленные научным оборудованием, заполнили комнату, которая явно была лабораторией, в то время как на скамье в другом конце комнаты четыре фигуры