Максим Казаков - Принцип "Земля" Страница 64

Как ни странно, но после продолжительных поисков только одной общине удалось еще найти анашишковые рощи. Остальные то ли сильно боялись уходить слишком далеко, то ли все-таки не туда ходили. Появление еще одной семечковой державы было встречено с некоторым энтузиазмом. Во-первых, диверсификация поставщиков и рост объемов поставки сулили новые возможности для торга, а во-вторых, это все же вселяло надежду, что и другим улыбнется удача.

И удача улыбнулась, но кровавой улыбкой. Африканцы собрали небольшую группу в очередной поход. К ним пожелала присоединиться более многочисленная группа из другой общины. Часть африканской группы, которая не пожелала присоединения, была убита, оставшиеся в живых показывали дорогу. Но и их убили на обратном пути, чтобы избежать лишних политических неприятностей.

Глава 4

— Дама Фима сказала, что мороженое всем дадут только после урока, — убеждала Грета.

— Не хочу после урока, — топала ногами Матильда в пустом коридоре. — Я хочу сейчас.

— Но дама Фима сказала, кто не ходит на уроки, тем мороженое не дадут.

— Я не хочу на уроки, — не унималась Матильда.

— Но такие правила, — настаивала Грета.

— Не хочу правила! — по цепочке отрицала все Матильда.

— Ну, и не хочи, — махнула рукой Грета и побежала по коридору в класс. Но через несколько шагов она обернулась. — А еще дама Фима говорит, что кто не будет ходить на занятия, того не возьмут в Большой мир.

Матильда осталась одна и не знала, что ей делать. Ломать комедию для себя было не интересно, и часть Матильды, осознававшая это, уже готова была сдаться и пойти в класс. Но другая часть Матильды все еще протестовала, ей на урок идти не хотелось, но хотелось мороженого. Она знала, что мороженое есть в столовой и все-таки перетянула Матильду туда в надежде, что удастся незаметно его взять.

Она прошла через зал столовой, зашла на кухню и стала гадать, в какой бы холодильник заглянуть для начала. Она стояла, не могла решиться, и вдруг услышала голос.

— А ты почему не в классе? — спросила дама Бэль.

— Я не хочу в класс, — ответила Матильда.

— Но ведь без тебя не начнется занятие.

— Я не хочу занятие, — заладила Матильда, — не хочу занятие!

— А как же другие дети? Они ждут тебя. Им интересно послушать, какую ты расскажешь смешную историю сегодня.

— Я хочу мороженое, а не смешные истории.

— А! Так ты любишь мороженое!

Дама Бэль должна была что-то придумать, чтобы уговорить Матильду пойти на урок. Ведь совсем скоро уже начнутся основные занятия. А если дети будут пропускать занятия по языку, они не смогут понимать дальше.

Матильда, будучи теперь еще и пойманной строгой дамой Бэль, уже забыла про свои желания и в растерянности слушала добрый, мягкий, чистый, достаточно высокий, даже бархатистый, подсознательно воспринимаемый как убедительный голос воспитателя.

— Матильда. Давай договоримся так. Ты пойдешь на занятие, расскажешь там свою новую историю. Если тебе будут громко, громко хлопать в ладоши, то дама Фима даст тебе два мороженых. Ты сможешь съесть их сама или угостить кого-нибудь.

— Хорошо, — согласилась с уговором Матильда. — А если мне будут хлопать громко, громко-прегромко, то мне дадут три мороженых.

— Так и быть. Договорились, — ласково кивнула в знак согласия дама Бэль.

— А почему все говорят, что если я не буду учиться, то меня не возьмут в Большой мир? — неожиданно спросила Матильда.

— Это правда. В Большом мире хорошо. Там очень интересно и всегда много дел, — ответила дама Бэль. — Но чтобы туда попасть, нужно очень много уметь.

Матильда побежала в класс, где ее ждало много других детей. Одни были как она, другие чуть младше. Но все радостно зашумели, увидев ее. Дама Фима подбодрила их и Матильду, сказав, что они уже заждались.

Дама Фима включила мультфильм, в котором разные звери угощали друг друга фруктами. После просмотра мультфильма дама Фима стала разыгрывать сценки из него с детишками. Они тоже должны были изображать зверей и угощать друг друга фруктами. Потом они разыграли по одному разу несколько сценок из мультфильмов, которые были на прошлых занятиях.

В конце занятия дама Фима всегда предлагала детям рассказать всем какую-нибудь смешную историю. Первой вызвалась Матильда. В этот раз она сочинила такую небылицу, что дети еле дышали от смеха. Следующую историю рассказал маленький Эдик. Он был еще мал, чтобы придумать достаточно складную и при этом смешную историю, но дама Фима его тоже похвалила. Для нее было главным, чтобы дети стремились и учились говорить и привыкали думать на новом для них языке.

Между уроком и обедом детей отпустили на небольшую прогулку. Одни побежали гулять сами по себе, другие бросились купаться в фонтанах, третьи кружились вокруг воспитателей, которые фанатично занимались детьми все свое время. Они читали, рассевшись на квадратных газонах, рисовали мелками на дорожках, играли в разные подвижные игры вокруг деревьев или на специальных спортивных площадках.

— Матильда, не нужно так быстро крутиться. У тебя закружится голова, и ты упадешь, — заботливо повторяла дама Бэль, прекрасно зная, что детям как раз наоборот нравится, когда кружится голова, и что они ее не послушают.

— Я кружилка! — в восторге пищала Матильда.

— И я кружилка, — повторяла за ней Грета.

— Девочки, только смотрите, не упадите, — причитала суетливая дама Бэль.

Но так и вышло. Матильда, кружившаяся в центре лужайки, шлепнулась на траву, перевернулась на спину и уставилась вверх, продолжая так же хохотать, как она хохотала, когда кружилась. А белые высокие стены с множеством окон, в центе которых была лужайка, продолжали свой хоровод. И Матильде уже казалось, что они образуют не квадрат, а круг. А окна вовсе не окна, они дымчатые кольца. И что это не они кружатся, а она. А может они в одну сторону, а она в другую. Кольца складывались в стройную пирамиду, вершина которой затягивала ее к себе, создавая ощущение полета.

Лужайки и фонтаны полностью были в распоряжении детей и после обеда до самого ужина, на который детей повели к себе. А площадку заняли дети с другого этажа.

Прошло достаточно времени, чтобы детям надоело кружиться на лужайке и переключиться на более сложные игры. Если считать местные дни, то прошло года два, а если смотреть на детей, то лет пять.

Теперь за ними было труднее уследить. И однажды они сильно напугали даму Бэль. Вроде и все были на площадке, но вдруг прибегают и наперебой начинают рассказывать: