Алексей Фомичев - Спаситель по найму Страница 85

– Франзес.

– Хорошо, Франзес. Сделаем так: я буду задавать вопросы, а ты на них отвечать. Без утайки, откровенно. На все вопросы. Понятно?

Пленник промолчал. Желания откровенничать у него не было.

– Если ты решишь играть в молчанку, я заставлю тебя говорить. Но тебе будет очень плохо.

Герман недовольно поморщился. Произносил он старые избитые штампы, завязшие в зубах. Как злодей из какого-нибудь дешевого боевичка. Но что делать, надо как-то донести мысль до этого упрямца?! И припугнуть, пусть даже столь примитивным способом.

Франзес опять сплюнул.

– Бить будешь?

– Нет. Это долго и утомительно. Начну с того, что подожгу порох на твоем грибе.

Грибом здесь повсеместно называли член. Пленник это знал и от подобной перспективы слегка побледнел. Видимо, раньше о таком способе допроса не слышал.

– Потом начну отрезать от пальцев по кусочку и скармливать тебе. Чтобы память лучше работала.

– Мразь! – выкрикнул Франзес. – Не знал, что поисковики еще и палачи!

– Ты много чего не знал. Ну что, будешь говорить или начнем убеждать?

Герман присел перед пленником, стволом пистолета поднял его подбородок. Франзес попытался ударить пяткой, но Ветров легко отбил удар. И саданул рукояткой «стечкина» по губам.

Пленник ругнулся. Из разбитых губ потекла кровь.

– Значит, начнем с убеждения.

Ударом ноги опрокинул Франзеса на спину и наступил на живот.

– Ладно, скотина! – выкрикнул пленник. – Будь ты проклят! Я скажу!

– Хорошо.

Герман спрятал пистолет и помог Франзесу сесть.

– Быстрое решение. Тогда приступим. И обращайся ко мне «сэр». Ясно?

Пленник кивнул и сплюнул кровавую слюну.

– Ясно? – с нажимом повторил Герман.

Надо было окончательно сломать волю и подавить любые попытки сопротивления.

– Ясно… сэр, – последовал ответ с запинкой.

– Идет. Итак, первый вопрос: кто такие поисковики?

Франзес вскинул голову и изумленно уставился на Ветрова.

– Ты не расслышал? Кто такие поисковики?

Допрос – это получение информации от свидетеля, обвиняемого, очевидца. Или пленного. Показания можно получать путем морального давления, физического воздействия или с использованием медикаментозных средств. Существует целая наука допроса. Специалисты пишут диссертации, психологи разрабатывают новые методики, фармакологи снабжают препаратами для более быстрого извлечения содержимого мозга.

Есть правила допроса человека в полицейском участке, в суде, на месте преступления, на поле боя, в тылу врага. Все они различаются в деталях и условиях, но сходны в одном – в результате.

Просто у полицейского, расследующего кражу сумки с фруктами, в запасе чуть ли не неделя, а у командира разведывательно-диверсионной группы, по пятам которой идет погоня, всего минута. Оттого и способы добычи информации разные.

Иногда в кино или книгах показывают, как сведения выбиваются из пленника. Режиссеры или авторы смакуют детали, показывают крупным планом искаженные лица пытаемых, смачно описывают подробности, вплоть до пены у рта и испражнений.

Кроме отвращения и брезгливости, такие сцены ничего иного не вызывают. Пытка сама по себе – мерзость. И те, кто ее проводит, чаще всего далеко не в восторге от этого. Не считая садистов и маньяков.

К сожалению, на войне зачастую получить от врага жизненно необходимые сведения другим способом просто невозможно. Новейшие препараты частенько дают сбой. Приходится прибегать к старым методам убеждения.

Герману повезло, его подопечный заговорил сразу. Кроме затрещины и показанного кулака, иных средств не потребовалось. Хотя грозный голос и устрашающий вид Герман использовал на все сто.

К счастью, пленник находился в состоянии шока. Внезапная гибель его друзей, мгновенная потеря свободы, жесткий напор и угрозы расправы надломили его. Теперь только правильно построить «беседу» и не дать прийти в себя.

Допрос велся спонтанно, Герман перескакивал с темы на тему, видя, что Франзес охотнее отвечает или вспоминает что-то конкретное. Это не мешало, общую картину можно выстроить и после.

Под конец, когда основное Герман узнал, он перевел разговор на общие темы. И пока слегка пришедший в себя Франзес вещал о ценах на лошадей и трудностях сбыта найденного, наемник решал, как быть с этим говоруном.

Отпускать нельзя. Взять с собой? Он бы пригодился на побережье. С его помощью можно быстро войти в жизнь, стать незаметными. Но где гарантия, что не сдаст при первом случае, не удерет? Скорее есть гарантия, что так и сделает.

Остается одно. Не самое гуманное, но единственно верное. И безопасное для наемников.

– …но я не понял, кто же вы? – вновь проявил любопытство Франзес.

Герман хмыкнул.

– Вряд ли ты поверишь, если я скажу, что мы пришли из другого мира.

Пленник недоверчиво скривил губы.

– А между тем это правда, – серьезно заметил Герман и выстрелил в лоб Франзесу.

Того швырнуло назад, траву забрызгало кровью. Франзес дернул разок ногой и замер. Герман встал и глянул на часы. Долго они беседовали. Пора собираться.

Вдвоем с Киром они перетащили тела в кусты, в самую гущу. Оружие, ремни, две пары обуви, пончо и шляпы предварительно сняли.

Двух коней распрягли и отпустили. А на двух других нагрузили тюки с трофейными вещами. Через полчаса выехали и сразу повернули к югу.

– Ну? – нарушил долгое молчание Кир. – Выкладывай, что узнал.

– Узнал много. Сейчас… приведу все это в порядок. Парень, когда понял, что его ждет, начал трещать, как сорока.

– Испугался?

– Да. Но вообще-то он думал, что мы его конкуренты и после допроса отпустим.

Кир недоверчиво посмотрел на друга. Тот кивнул.

– Местная специфика. Поисковики и копатели убивают друг друга только в крайнем случае.

– Кто такие поисковики и кто такие копатели?

– Давай начнем с другого. С причины их появления в Степи.

…Федерация Денёрвин образовалась около трехсот пятидесяти лет назад из нескольких небольших земельных общин, занимавших территории на севере и востоке полуострова Меркадент. Некий землевладелец на собрании старейшин общин предложил объединить их под одним руководством. Какие аргументы он привел и как проходили дебаты, история умалчивает. Видимо, доводы этот землевладелец привел весомые и подкрепил их военной силой. Иначе тогда подобные вопросы просто не решали.

Как бы там ни было, объединение состоялось, и первым главой новой страны стал автор идеи. Отныне его называли канцлером. Власть с ним делил высший законодательный и исполнительный орган – федеральный комитет.

Кстати, канцлером мог быть только прямой потомок предыдущего главы федерации. Наследные должность и титул передавались от отца к сыну. Обычно место занимал старший отпрыск мужского рода. Младшие (если были) становились военачальниками.