Тайны под руинами веков - Александр Берг Страница 2

Распрощавшись с почтенной публикой и аристократами, с сумкой в руках и гитарой за спиной, в обнимку с любимой девушкой и мельтешащими у ног Рэйфами, отправились к нанятому трактирщиком экипажу. Сияна успела прикорнуть на плече, пока ехали. Дома нас ждала горячая ванна, где Сияна устроила прощальную Камасутру. Кто пробовал заниматься любовью в ванной, тот поймёт.

Сапфир тактично смылся из дома в конюшню к Ягодке, прихватив за шкирку сопротивляющегося енота. Слуги тоже куда-то слиняли, наверное, в сарайчик за домом. После аквааэробики, отмывшись и довольные, с усталым видом завалились спать. Утром нужно было собрать необходимое для поездки и отправляться в речной порт.

Глава 2

— Так значит, это ты сам распустил миф в своём мире об одноглазом Боге? — смеялся Гарнест, Бог удачи.

— Как-то заскучал и решил креативно подойти к вопросу веры. Знаешь, как благодать тогда попёрла? — хмурясь, ответил Одинсон, Бог воинов.

— А когда вас к нам Старшие определили более двадцати веков назад, ты ничего умного не нашёл и слегка удлинил своё имя, не поменяв его, — с улыбкой констатировала Виалерианна, Богиня любви и искусства играя с жуком, светящегося весёлым спектром огоньков.

— Кто же знал, что принесёт этого пацана сюда? Но, если честно, я рад земляку. И потому он будет под моим благословением, — Одинсон глянул на Бога морей Валеаса, торчащую из холодных северных вод тушу огромного кальмара-осьминога. — А ты, друг мой и соратник Ньёрд, долго будешь грустить о Кракене? Он дрался с демонами до конца и погиб, как преданный морской воин. Давай уже преображайся в прежнюю форму. Да хоть выпьем нормально, воздадим ушедшим.

— Ньёрда больше нет. Есть теперь Валеас! — прогрохотал голос Бога морей.

Туша тяжело вздохнула и резко схлопнулась, а на каменистом пляже проявился мускулистый человек с длинной бородой и волосами, перехваченные на голове костяным обручем с крупным сапфиром посередине. Из одежды только накидка из шкуры какого-то морского зверя, обёрнутая вокруг пояса на манер килта и перекинутая через плечо. Мускулистые ноги попирали голыми ступнями холодные камни.

— Согласен, не время сейчас скорбеть об ушедших. У нас, возможно, назревает тут проблема. Не зря Судьба закинула Корнея к нам. Я чувствую, что он будет полезен в развитии этого мира и защите его, — нормальным голосом проговорил Валеас.

— Тогда ещё раз добро пожаловать, братья. Спустя двадцать веков вы наконец-то соизволили довериться нам. Позже, на Большом Совете, мы вас представим общему собранию. По новому, — сверкнул золотыми глазами Ирден. — А кстати, чего это Великая Мать к нам не присоединилась? — Обернулся он к Виалерианне.

— Ирденчик, она же кошка и гуляет сама по себе, когда и где захочет, — забавно надув губки и захлопав ресницами, ответила Богиня. А светящийся перламутровый жук, деловито облетев хозяйку, уселся ей на коленку. Грозно растопырил хитиновый панцирь и наставил на Ирдена свой рог.

— Кстати, я чувствую, как Корней приближается по воде к одной из закрытых цитаделей древних, — поделился своим восприятием Валеас.

— Похоже, Судьба подкинула ему испытание. Цитадели нам недоступны, а Старшие не объясняют, кому они принадлежали и какая сила их запечатала. Мои адепты уже много веков бьются над этой загадкой. Обычные руины нормально поддаются исследованиям. Они принадлежали разумным ушедшей цивилизации ещё до нас. Только ни описания ушедших, ни других следов этой цивилизации так и не обнаружили, — задумчиво проговорил Ирден.

***

День третий и мы благополучно рассекаем воды реки на ладьях, сильно смахивающих на драккары викингов. Тот же принцип манёвренности, когда можно без разворотов корму использовать как нос. Тот же квадратный парус, гордо выставивший своё пузо под давлением попутного ветра. Те же ряды гребцов, при нужде готовые схватиться за оружие.

Судоходная река имела название Большая Лента Богини или просто Лента. Брала своё начало в высоких горах юго-запада материка и питалась из множества притоков по всей длине. Пересекая большую часть материка по диагонали, впадала в Северное море на северо-востоке.

То, что река очень богата, я убедился в первый же день, выловив сооружённой мной простой удочкой крупную рыбу, похожую на нашего северного муксуна. Правда, первая удочка была сломана этими водяными поросятами и утащена на дно, видать, как трофей повесят у себя на стенку. Но следующая рыба от меня не ушла и была наказана за воровство своих собратьев. Надёргав с десяток разных видов и преимущественно типа муксуна, распотрошил и кинул в бочки на засолку, предварительно обсыпав куски филе солью и сбором пряных трав. Упрятал в прохладном трюме. Сейчас, спустя три дня, снял пробу, поделившись с Сапфиром и командой ладьи. Шустрик отказался. Его с самого начала настигла морская болезнь и под ехидные комментарии Волка блевал в выделенную кастрюлю. Мне приходилось убирать за енотом.

Аластар продолжал наставлять нас на путь воина, гоняя по качающейся палубе. Енот, я думаю, просто нашёл способ увильнуть от тренировок и прикидывался больным, потому отдувались только я и волк. Палуба на волнах хорошо способствовала развитию равновесия и концентрации, что я стал использовать на полную катушку. Применяя скользящие шаги под такт покачивания, уже достойно держался продолжительное время против Аластара. Заметив мою хитрость, он постарался усложнить задачи. Сбивал с такта, использовал грязные приёмы. Я в ответ наседал со своим багажом из хоккейного прошлого. В общем, матросы были довольны зрелищем. Несколько раз подменяли моего наставника и с удивлением обнаруживали себя поверженными и избитыми тренировочным мечом. Против обычных воинов уже мог достойно выстоять. А вот когда один против двоих, тут уже наступал мой черёд уходить в глухую оборону и лихорадочно искать выход, подлавливать момент, что бы опрокинуть одного и быстро расправиться с вторым противником. Не всегда, но изредка получалось.

На третий день пути по подсказке Учителя начал использовать их преимущество в количестве, им же во вред. То есть, постоянно маневрируя и уклоняясь, заставлял противников мешать друг другу и старался не позволить зажать себя возле бортов. Дело пошло лучше. Теперь свободно мог управляться с двумя и иногда с тремя противниками.

После очередной тренировки до обеда, я привычно вынул гитару из кофра, сшитого у одного кожевника по наводке мастера столяра Виленью. Расположившись на оружейном ящике, радовал окружающих музыкой и душевно отдыхал. Сапфир разлёгся на тёплой палубе, нагретой солнцем, и кайфовал у ног. Шустрик сачковал у своей кастрюли, изображая больного.