Колонисты - Аксюта Янсен Страница 2

Впрочем, никаких особых пожеланий у Аси не было, а от попыток вспомнить что-нибудь знакомое и любимое, что захотелось бы заново пересмотреть, у неё начинала болеть голова. Да и серия коротких, всего по пять-семь минут, роликов, нечто вроде справочника путешественнику, оказалась вполне ничего. О висячих садах, заново отреставрированном старейшем театре и блюдах из сезонных моллюсков, которых подавали в прибрежных забегаловках Тайтарры. Настолько ничего, что Ася досмотрела до середины третьего ролика, после чего её опять сморил сон, внезапный, как приступ болезни.

Умная автоматика, поняв, что ей больше никто не уделяет внимания, сама свернула экран, висевший перед лицом единственной зрительницы под наиболее комфортным углом, сама же сделала метку о месте прерывания просмотра и сама же написала памятку с предложением его возобновить с момента обрыва и уснула, дожидаясь момента, пока вновь понадобится.

Вниз, означало не столько вниз, сколько вглубь корабля, где хранились запасы колонистов. Люди, все, кто подписался на программу колонизации, за исключением экипажа корабля и специалистов первой волны, находились здесь в неактивном состоянии. Всё время перелёта и потом, на первых порах, пока не будет разработана стратегия освоения нового мира, они будут лежать здесь, дожидаясь своей очереди включиться в освоение планеты.

Собственно, Линлей не слишком понимал, на кой он там нужен — на находящиеся в состоянии покоя тела, не могло воздействовать ничто. Ни заболеть там не мог никто, ни вылечить, если что, он не сможет.

— Это там, — встретившая его Эсса, техник внутренних палуб, указала куда-то вглубь уходивших во тьму коридоров.

— Что именно, там? И, кстати, каким ветром тебя сюда занесло? — проговорил Линлей не слишком благодушно, но и не настолько недовольно, насколько мог, если учесть, что его оторвали от разговора, который док считал важным.

— Там начался процесс расконсервации одной из капсул, — доложила техник сугубо формальным тоном, но довольно быстро сбилась с него: — Вроде бы далеко зайти не успело, но вы лучше сами гляньте, я не специалист. А нашла совершенно случайно, просто обнаружила, что в одном и том же месте у моих дронов то и дело пропадает сигнал, да пошла своими глазами глянуть, что тут да как.

Искомая камера обнаружилась почти с самого края — всего-то потребовалось минут десять, чтобы до неё дойти. Зелёный световой сигнал активности едва заметно пожелтел и даже ещё не начал мигать, но у Эссы было острое зрение — разницу она заметила и сочла, что это весьма неплохой повод, чтобы потревожить весьма занятого дока. Линлей одобрительно кивнул, вытащил-развернул экран с подробной информацией о пассажире и углубился в её изучение.

— Обратить вспять ещё не поздно, сейчас мы его… ага. Вовремя. Ещё чуть-чуть и гарантии, что это пройдёт легко и безболезненно я бы не дал. Пришлось бы досрочно оживлять ещё одного члена сообщества. Собаку.

— Так тут не человек? — Эсса приподнялась на цыпочки, чтобы заглянуть поверх плеча рослого доктора. — Действительно, пёс. А почему, тут не указано, чей?

— Наверное, из питомника, — пожал плечами док. — Так бывает, в тех случаях, если не набирается достаточное количество домашних любимцев, которые колонисты хотели бы прихватить с собой.

— А громадный-то какой, — продолжала, уже заинтересовавшись по-настоящему, пробегать инфу глазами девушка. — И как только в стандарт-ячейку поместился?

— При желании… Мне интересно другое: зачем? Если это ничейная собака из питомника, то там хватает гораздо более компактных особей.

Эсса в ответ могла только плечиками пожать.

В следующий раз, когда следилка сообщила Линлею, что его единственная пациентка уже бодрствует, он смог добраться до её комнаты только через десять минут. К тому времени Ася уже не только бодрствовала, но и успела погрузиться в сюжет о фестивале Вина и Цветов на Новой Корсике. Даже как-то сама догадалась, каким образом поднимается спинка кровати до полусидячего положения. Молодец.

— Ну-с, как у нас сегодня дела?

Ася перевела на дока столь же задумчивый и изучающий взгляд, каким только что смотрела ролик.

— Скажите, Линлей, а как вы узнаёте о моём состоянии, если не проводите никаких обследований.

— А вот, — он взял её руку, осторожно вывернул и показал девушке нечто, что она сначала приняла за абстрактного вида разноцветную татуировку. — Это датчик. Он сообщает мне о состоянии твоего организма. Такие же есть у основания шеи, на пояснице и под коленями. Несколько избыточно, зато усреднённая информация оказывается более точной.

Руку её он больше не выпустил, зато принялся за осторожный массаж кисти. Сначала поглаживающими движениями, потом начиная надавливать чуть сильнее, сгибать и выкручивать суставы под разными, впрочем, вполне естественными углами.

— Мне по-прежнему ничего не вспоминается, — грустно сообщила Ася, глядя на манипуляции, которые док проделывает с её рукой. — Может быть, вы хоть расскажете, как я здесь очутилась? Может, это хоть немного подстегнёт память?

Собственно, единственное, что Линлей мог сообщить Асе о ней самой, это то, как она тут появилась. Причём сообщить в подробностях, в деталях процесса. Но вот как раз это делать он не собирался. Пока.

— Боюсь, это мало что тебе даст, поскольку психически ты в это время среди нас не присутствовала. Проще говоря, находилась в отключке. Предлагаю, другой, гораздо более действенный способ. Ассоциации.

— Это как?

— Это смотришь на какой-нибудь объект и пытаешься рассказать о нём всё, что только можно.

Плечи Аси чуть приметно дрогнули.

— Не могу представить, чем мне поможет пересказ того, что я и так знаю и вижу. — И совсем тихо, немного нараспев добавила: — «Едет чукча по тундре».

Линлей одобрительно кивнул, хотя смысла последнего высказывания не понял. Не сбавляя темпа общения он, одной рукой выудил из кармана случайно оказавшийся там кубик сублимата.

— Вот, к примеру, эта вещь, что ты можешь рассказать о ней?

— Кубик. Синий, — сказала Ася и, поскольку док всё тянул побуждающую паузу, продолжила: — Наверное, детская игрушка или пылесборник. Слишком уж интенсивный цвет, для чисто функциональной вещи. И чем это может помочь?

— Ну, в самом общем случае, это то, что вы уверенно различаете вещи естественного и искусственного происхождения.

— И что? Почему я их не должна различать? — Ася непонимающе захлопала глазами.

— Потому,