Султан Эфир - Сильвия Лайм Страница 21

воздухе загорелось серебряное игровое поле. Это оказался правильный шестиугольник, внутри которого было множество таких же маленьких гексагонов. Блестящая сетка сверкнула гранями, словно состояла из тонких молний, а затем опустилась на ткань, выжигая на ней рисунок доски. Сетка исчезла, а аккуратные черные линии шестиугольников остались.

— Поставь голубой и коричневый Су на соседние клетки и увидишь, что будет, — мягко проговорил Эфир, снова взяв меня за руку и положив на ладонь два указанных камня.

От прикосновения в очередной раз по всему телу прошла дрожь, сменившаяся приятным покалыванием и теплом где-то в груди.

Я сделала так, как он сказал, краем глаза замечая, что грифон на его груди уже полностью вытащил голову из-за спины и теперь на плече султана словно рукой удивительного мастера оказалась набита белая птичья голова с золотым клювом, обтекающим и повторяющим округлые мышцы. Один видимый золотой глаз грифона глядел на меня и периодически моргал, словно человеческий.

Я тем временем поставила на бархатную ткань Су-воды и Су-земли, затаив дыхание, потому что дальше произошло нечто невероятное. Камни на миг вспыхнули, а затем на клетке перед ними вырос крохотный росток с четырьмя лепестками, которые могли закрыть собой камни, словно зонтом.

— Удивительно, — выдохнула тут же, коснувшись лепестков и убедившись, что они настоящие, не иллюзорные.

— Это особое свойство камней, оказавшихся рядом, — улыбнулся Эфир моей реакции. — Есть также простые свойства, которые присущи любому камню по отдельности. Например, Су-огня обжигает любой другой Су. А от Су-воды соперник теряет ход, сделавшись мокрым, однако если Су-огня прикоснется к Су-воды, то на один ход пересушит его, лишив свойств.

Эфир продолжал объяснять, и очень скоро я поняла, что игра действительно совсем не простая, потому что у каждого камня на другой камень была своя совершенно определенная реакция. И несколько камней, соприкасаясь, могли дать неожиданный эффект.

Пока султан пытался научить меня всем премудростям игры, его грифон окончательно переполз на грудь, и теперь я видела все его мощное тело, каждое перо на котором сделалось слегка выпуклым. Так, словно белоснежная татуировка на самом деле была немного шрамом, хотя я и знала, что это не так. А еще такой рельеф делал татуировку более живой. Хотелось дотронуться, провести по линии рисунка, почувствовать, действительно ли он такой, каким кажется?..

Тем временем игра началась, и в первые же несколько ходов Су-камни султана начали окружать мои Глены. На моей половине доски вырастали чужие деревца, появлялись крохотные водяные смерчи от связи воды и воздуха, и вишенкой на торте стал глиняный комок с глазами от соприкосновения султанских Су-земли и Су-огня.

— Это еще что такое? — ахнула я почти с возмущением, но еще и со смехом. — Ты не рассказывал мне про такую штуку!

Эфир рассмеялся в ответ.

— Это детеныш голема земли, — хмыкнул он. — Детеныш — не самое страшное существо на доске, а вот как только детеныш превратится во взрослую особь, это даст значительное преимущество в игре.

— Но так нечестно! — возмутилась я, не переставая улыбаться.

— Что ты распереживалась? Мы же не на машейра играем, — весело пожал мощными плечами султан. А грифон на его груди перелетел с одного плеча на другое. То, что было ближе ко мне. — Кстати, ты совершенно не пользуешься возможностями своих Су. Смотри, у тебя воздух и земля стоят рядом, и вот тут… Я тебе покажу. Крылом махнуть не успеешь — разделаешь меня под орех.

Он подмигнул мне и просто пересел рядом со мной. Наши плечи почти соприкасались, а я теперь отчетливо чувствовала жар его тела. Аура аватара на таком расстоянии была почти нестерпимой.

Но Эфир настойчиво делал вид, что ничего не происходит. Он двигал мои камни, что-то объясняя, но я уже половину не слышала. А может, две трети.

Только одна мысль позволила зацепиться за реальность:

— Кстати, о машейрах. Я хотела навестить того, что напал на меня. Кажется, его звали Шел?

— Эушеллар, — кивнул Эфир, и его глубокие глаза приобрели серьезное выражение, хотя лицо все еще было нарочито расслабленным. — К нему нельзя. Это животное сошло с ума, а значит, должно быть казнено. Командир яроганов, что ментально привязан к нему, также должен быть тщательно допрошен. Скорее всего, он подлежит наказанию и тоже будет казнен.

— Но что, если они не виноваты? — ахнула я, чувствуя, как сжимается внутри.

— Тогда мои дознаватели в этом разберутся.

— Но!..

— Поговорим об этом завтра, хорошо? Не хочу портить такой прекрасный вечер.

— Завтра? Ты обещаешь?

Эфир чуть прищурился и мягко улыбнулся, придвинувшись еще сильнее и накрутив кончик моих волос себе на палец.

Голова начала приятно кружиться.

— Обещаю, — каким-то низким и бархатистым голосом проговорил он, и гул его тембра отозвался в висках, ладони стали влажными.

А я посмотрела на белоснежного грифона на смуглой груди Эфира и обнаружила, что птица внимательно смотрела на меня в ответ, то и дело протягивая в мою сторону крылья. Голова грифона с золотым клювом переместилась на бицепс султана и, кажется, настойчиво пыталась потереться о мое плечо, которое было от нее в паре сантиметров.

В голове мелькнуло: «Уж с этой птицей мы бы нашли общий язык…»

Я глубоко вздохнула, невольно втянув в себя мягкий горячий аромат, отдающий сандалом, древесной корой и какими-то апельсиновыми нотками, — султан явно пользовался их местными ароматическими маслами, часть которых я видела в термах. Запах был невероятно приятным, но кроме него в воздухе витало что-то его собственное, притягательное и манящее, как легкий ветерок на восходе солнца.

Я сама не заметила, как протянула руку и коснулась кончиками пальцев клюва грифона, а затем и перьев на его голове. Под пальцами запульсировало, словно дивная колдовская птица двинулась мне навстречу.

Затем я протянула руку дальше и прошлась уже всей ладонью по красивому мощному крылу, слегка зажмурившись от того, как рельефные перья щекочут, будто гладят, мою ладонь…

А потом услышала легкий вздох и замерла, понимая, что раз за разом провожу ладонью по гладкой, как шелк, мужской груди.

— Переживать нет никакого смысла, — тихо проговорил султан, когда я подняла на него широко распахнутые глаза, в которых должна была плескаться бездна моего смущения.

— Что? — не поняла я, потому что уже собиралась извиняться впопыхах, но он меня перебил, совершенно перемешав все в голове, хотя там и без него был коктейль Молотова. Одно лишнее движение — и взорвется.

Лишь бы не искрил…

— Ты ведь знаешь, что все аватары обладают стихийным магнетизмом? — мягко спросил Эфир, взяв меня за руку, которую я уже успела отдернуть. Но вместо того, чтобы сделать это настойчивей,