Конец Ордена Ментальных Имперских Магов - Аргус Страница 22

— Ну вот и стало ясно, как эти ямы получились, и кто их отрыл, — усмехнулся Лось, — чувствую старатель, которого я подобрал, тоже был душегубец.

— Золото — это страшная вещь! — заявил полковник, — много крови и жизней оно уже забрало, и заберет еще больше! Люди гибнут на металл! — фальшиво пропел он известную фразу из Фауста.

— Мне вот что интересно, — сказал после окончания задумчиво Лось, — как эти упыри собирались вывезти столько золота из тайги? Их было пять человек, ну взял бы каждый килограмм по тридцать, так это всего сто пятьдесят! А остальное?

— Думаю, — откликнулся полковник, — они не знали, сколько тут на самом деле металла. Возможно, не знали и про ямы внизу по течению. Правильно мы их наказали! А мы как поступим с этим богатством?

— Тут нужно сделать все по уму! — произнес Лось, — сразу все золото сдавать не будем.

— Почему? — спросил Петя.

— Потому, что это привлечет внимание бандитов. Это раз. Во вторых, инфляция. Мы вряд-ли сможем потратить такие деньги сразу. Они обесценятся. А вот золото нет! И в третьих, тут золото стоит пять рублей за грамм. А вот в Петербурге это же золото можно продать и по пятнадцать, а то и по двадцать рублей! — пояснил Лось, — и я знаю таких людей!

— А это законно? — поинтересовался юноша.

— Не совсем, но прибыль этого стоит! В конце концов, мы можем всегда пойти в государственный банк и сдать там золото по пять рублей за грамм, — уверенно ответил бывший инквизитор.

— Значит мы повезем золото в Петроград? — удивился полковник, — так это пару тысяч километров!

— Ну и что? — пожал плечами Лось, — продадим тут небольшую часть металла. Купим машину, и чтобы остались деньги на дорогу и начало обустройства в Петрограде. Квартиру снять, одежду цивильную купить, Петю в Академию собрать!

— Спасибо, дядя Лось! — поблагодарил его юноша.

— Ты нам как сын! — кивнул бывший Инквизитор, — золото повезем на автомобиле. На поезде везти его стрёмно. Заодно и посмотришь, как велика наша Россия! Ну что, начинаем собирать и паковать золото в мешки. Лишь бы их хватило. Завтра выступаем в обратный путь!

ПЕТРОГРАД. ЗИМНИЙ ДВОРЕЦ. КАБИНЕТ ИМПЕРАТОРА.

— Какие новости, Федор? — спросил Император своего личного порученца.

— Есть, Ваше Императорское Величество! — ответил полковник секретной личной императорской службы, — как я и предполагал, Ланской с новым свидетельством о рождении своего незаконнорождённого сына покинул старый гарнизон и сел на поезд до Петрограда. По пути, в районе Екатеринбурга, он вышел на небольшой станции Лесная. Так как он выходил там один, то нашему агенту, чтобы не привлекать внимания к себе и не раскрыться, пришлось прыгать с уже тронувшегося поезда.

— Надеюсь он не пострадал? — поинтересовался самодержец.

— Нет, для нас это дело привычное! — ответил Лобанов, — так вот, он проследил за объектом. Тот взял телегу и отправился на заимку к некому Лосеву Никанору Антоновичу, по кличке Лось.

— Это кто такой?

— Весьма примечательная личность, Ваше Императорское Величество! — с готовностью ответил полковник, — во первых, он бывший Инквизитор третьего класса!

— Что? — брови Императора поднялись от удивления.

— Именно так! Я сам удивился.

— А почему он бывший? Сам ушел или его выгнали? — заинтересовано спросил хозяин кабинета.

— Его исключили за профессиональную непригодность. Официальная версия — за утрату контроля над собой. Без объяснений. Но по своим каналам я узнал, что это всему виной была романтическая история!

— Как? Они способны любить? — еще больше удивился государь.

— Как видим, да! Но особый интерес представляет не то, что он влюбился, а предмет его сердечной привязанности! — с таинственным видом произнес полковник.

— Ну не томи, говори! — потребовал его начальник.

— Он был безответно влюблен в Марию Печорскую, жену генерала Алексея Печорского! - торжественно произнес личный порученец.

— Однако! — только и сказал Император, — но если честно, я его понимаю. Она была редкой красавицей.

— И при этом абсолютно верной своему супругу, — вздохнул полковник, — ни разу ни одной грязной сплетни о ней не было.

— Это верно, и я ее понимаю. Такого как Алексей еще было поискать, — тихо и печально произнес Император, — не уберег я его, говори дальше.

— Так вот, его исключили из Ордена, и он поступил на военную службу. В дивизию, которой командовал полковник Ланской, в корпус генерала Печерского. Они воевали на Кавказе на турецком фронте. Награжден орденами за храбрость и золотым оружием. Участвовал в походе на Петроград и подавлении мятежа в семнадцатом году. Отличился и был тоже награжден. Указал на предателей в рядах Ордена. Потом, в чине майора, вышел в отставку и уехал в эту глухомань. Говорят, что после того как Печорская решительно ему отказала. На новом месте прославился тем, что в одиночку ликвидировал банду беглых каторжников-уголовников. Все это время мальчик находился у него. Наш агент наблюдал, как он его тренировал. Очень сурово, по его мнению!

— Тяжело в учении, легко в бою! — повторил слова Суворова самодержец.

— Он учил его стрелять из револьвера, рубиться шашкой и работать ножом. А также какие-то непонятные упражнения, — продолжал полковник.

— Какие упражнения?

— Они сидят на полу скрестив колени. И сидят ничего не делая!

— Может это какие-то упражнения Ордена? — предположил хозяин кабинета.

— Может быть, Ваше Величество, — продолжил Лобанов, — когда приехал Ланской, на следующее утро они на трех лошадях отправились в тайгу.

— Куда?

— К сожалению выяснить не удалось! Следовать за ними в тайгу агент не решился. Он не был подготовлен к походу, и боялся себя раскрыть. Никто не ожидал, такого поворота событий. Но по обрывкам разговора хозяина заимки и мужчины, который пришел к нему перед отъездом, тот должен был присмотреть за его домом и тремя собаками, пока его не будет. Потом они ушли втроем, Лосев, Ланской и мальчик. Вернулись чрез три недели с каким-то очень тяжелым грузом, — излагал ход событий полковник,