Деньги не пахнут 2 - Константин Владимирович Ежов Страница 40

Комната будто наполнилась тенью этих слов. Даже если Сергей Платонов добьётся успеха, массовый исход инвесторов и глухое молчание будут красноречивее любых слухов. Общественное мнение само нарисует чудовищные картины: мошенничество, махинации, нарушение закона.

А если прибыль добыта нечестным путём, пострадают не только он, но и те, кто доверился ему. Их счета заморозят. Этот страх заставит молчать всех причастных.

– Лгать не придётся, – продолжил Рэймонд мягко, словно убаюкивая хищную мысль. – Но нить истории окажется в твоих руках. А главное….

Он чуть подался вперёд, и свет лампы выхватил из полумрака ледяной блеск в его глазах.

– Больше никто не решится доверить ему свои патроны. Кто вложится в фонд, который может рухнуть от одного неверного шага?

С этого мгновения судьба Сергея Платонова словно окуталась туманом подозрений. Одна тень – и его будущее превращается в руины.

– Как всегда… ты гениален, – выдохнул Джерард, ощущая странное смешение восторга и тревоги.

Но восхищение быстро растаяло, как утренний иней. Взгляд сына потемнел, и Рэймонд уловил это изменение.

– Похоже, есть кое-что, о чём умолчал, – заметил он, чуть прищурив глаза.

– Да. Одна деталь остаётся загадкой….

Джерард медлил, словно держал на языке горькое слово, опасаясь, что оно испортит вкус всей беседы.

– Первый выстрел – и прямо в десятку. Вот его цель. Акция номер один, – с легкой нервозностью произнес Джерард, протягивая смартфон Раймонду. На экране мигал документ – инвестиционный меморандум, только что присланный Сергеем Платоновым.

Раймонд молча уставился в строчки, словно пытался разглядеть там смысл между букв. Секунда… другая… третья минута потянулась вязко, как холодный мед.

Наконец Джерард не выдержал:

– Ну и что скажешь? Как это понимать?

В ответ – только тишина. Лишь глаза Раймонда выдавали растерянность человека, внезапно оказавшегося без единой логичной мысли. И повод для недоумения был весомый. В отчете, подготовленном Платоновым, название компании бросалось в глаза, словно заголовок скандальной статьи:

"Genesis Pharmaceuticals."

Дальше – факты, выстроенные четко, как патроны в обойме:

"Три препарата на стадии разработки. Все – против болезней печени. Главный козырь – обетихолевая кислота, OCA, вокруг которой уже разгорелся ажиотаж."

"Ожидается прорыв в лечении неалкогольного стеатогепатита – NASH. Если эффективность подтвердится, это будет первое в мире лекарство от NASH."

"В случае успеха прогнозируемая капитализация компании взлетит до 400 долларов за акцию."

Первый препарат в истории, способный укротить болезнь, с которой медицина билась десятилетиями…. Звучало как обещание новой эры. Но больше всего ошарашивал прогноз Платонова.

На экране красовалась цель:

Прогнозируемая цена: $400

Текущая цена? 58 долларов.

Прыжок с 58 до 400 – словно муха, вдруг превратившаяся в орла. Доходность, подсчитанная сухими цифрами, выглядела почти оскорбительно: 589,66%.

– Мы правда собираемся закрыть глаза на этот трюк и просто идти дальше? – голос Джерарда прозвучал напряженно, будто струна на пределе.

Раймонд лишь шумно выдохнул, не найдя ответа.

***

В то же время, на 25-м этаже штаб-квартиры Goldman, в воздухе висел запах кофе, смешанный с легкой гарью от перегретых процессоров. Мужчина у монитора провел ладонью по лицу и выпустил тяжелый вздох, словно паровоз на спуске. Это был Фабер – тот самый, что на публике сцепился с Платоновым.

Пятый номер в рейтинге инвесторов.

Сумма его вложений выглядела скромно на фоне остальных – всего 55 тысяч долларов. Но для Фабера, обычного сотрудника уровня ассоциата, это были почти все личные сбережения. И теперь эти деньги лежали в одной-единственной корзине. Сергей Платонов направил весь капитал в одну акцию. Никакой диверсификации. Выбор оставался жестким, как клинок: выйти или остаться.

All-in.

Слова звучали, как приговор. Ошибка – и все сгорит дотла, превратится в пепел.

Но уйти тоже было непросто. На экране мерцали цифры доходности – те самые 589,66%, что сводили разум с ума. Если прогноз сбудется….

Джекпот.

Глоток воздуха застрял в горле, будто проглоченный камень. В голове металась одна мысль: если Платонов окажется прав, вложение вырастет до 370 тысяч долларов. Сумма, от которой кружилась голова.

Фабер резко мотнул головой, будто пытаясь стряхнуть липкую паутину мыслей, что тянулись и душили разум. Горячее дыхание вырвалось из груди, будто пар из раскалённого котла:

"Соберись. Это невозможно… Эти цифры – чушь собачья, сказки для доверчивых."

Холодная логика шептала одно: забрать деньги, пока ещё есть шанс. Но внутри, глубоко, настойчиво пульсировало другое чувство, едва слышное, но до жути цепкое:

"А если алгоритм работает?.. Чёрт побери, ведь он настоящий, правда?"

Сергей Платонов…. Парень когда-то учился на медика, в голове у него – не пустота, а целая библиотека знаний, впитанных с анатомических атласов и фармацевтических отчётов. Он построил этот алгоритм на своих знаниях, а теперь тот дышал цифрами и формулами. И дважды уже показывал чудеса – предсказывал результаты с точностью, что не снилась никому: восемьдесят процентов!

А ведь предугадать одобрение FDA – задача почти невозможная. Но этот алгоритм справлялся. Пять раз!

"Нет… Нет, доверия нет. Он зелёный пацан, сопляк, который рвётся доказать, что чего-то стоит. Поставил всё на кон – так делают отчаянные, а не умные."

И снова сомнение, вязкое, как патока:

"А разве акции выбирал он? Или выбирала математика?.. Холодная, безжалостная статистика…"

Тишина в кабинете будто загустела. Только глухое тиканье часов, да собственное дыхание, тёплое и чуть влажное, напоминало, что мир не замер. Фабер втянул воздух, пропитанный запахом кофе, который остыл в кружке, и выдохнул долгий, сдавленный стон:

– Ха-а….

Пальцы сжались в кулак, ногти впились в ладонь, оставив красные дуги. Решение созрело:

"Проверю сам."

Знаний в биофарме – кот наплакал, зато умение копать информацию никто не отменял. Открыл ноутбук, экран мигнул холодным светом, и начался поиск.

Первое, что всплыло:

– "Global IB Oppenheimer" подняли целевую цену Genesis до шестидесяти долларов, намекнув, что грядущие клинические данные могут удвоить этот потолок.

– "NIH" сообщали, что результаты испытаний препарата превысили ожидания – и не просто чуть-чуть, а серьёзно.

– "ASC Capital уже загребли себе пакет – пять целых и одну десятую процента.

Не блогеры с Ютуба, не анонимы с форумов – гиганты, легенды фондового рынка, институты с репутацией, весомой, как свинцовая плита.

А поверх всего этого – слух из родных стен. Фергюсон, боец старой