Великолепный Дуся - Матвей Геннадьевич Курилкин Страница 5

В общем, просто душка. Мне только не понравилось, как некоторые члены его команды косились на наших девиц. Как-то чересчур одобрительно, по-хозяйски. Это дело я собирался непременно пресечь, потому что девицы тут только мои, и делиться я не собираюсь. Ну, то есть, не только мои, это было бы слишком самонадеянно и вообще не правда, но всё равно делиться я ими не собираюсь. Даже чужими. Так что надо будет это дело пресечь, но сначала — обед! Ох, как же я соскучился по нормальной еде! У умаьяр с собой всё длительного хранения, у обобранных нами авалонцев — тоже. Слёзы и полное расстройство желудка.

— Наконец-то я налопаюсь! — Предвкушающе потёр я живот, и погрузился в нирвану — мне протянули кусочек мяса на килограмм. Знаете, такой немножко с кровью, непрожаренный внутри, посоленный и натёртый какой-то травкой острой. И с дымком. Амброзия!

Короче, я жрал так аппетитно, что орки тоже набросились, и общение как-то само собой заглохло на время. А вот уманьяр мои были слишком напряжены, и аппетита у них, похоже, не было. Особенно у Вокхинна, который опять смотрел на меня как прокурор на клофелинщицу — с осуждением и укоризной. Но сказать ничего не сказал. Он вообще был молчалив с тех пор, как мы с орками встретились. Не просто так, понятное дело. Моя заслуга! Мы пока шли к поляне, я улучил минутку, чтобы с ним поговорить. Потому что знал — сам не догадается.

— Вокхинн, — Сказал я ему. — Я понимаю, ты опытный вождь, мудрый эльф, и всё такое. Но я тебя прошу, ты щас в процессе общения не ляпни чего-нибудь. Прямо очень прошу, по-хорошему.

— А то что⁈ — С вызовом спросил Вождь.

— А то ты такого ляпнешь, что нас эти бравые парни схарчат, — честно ответил я. — Может быть, даже в прямом смысле.

— Думаешь, ты справишься лучше? — Скептически спросил Вокхинн. Я прям порадовался — раз вопросы задаёт, значит, соображалка работает. А значит, аргументы могут дойти до адресата.

— Ты, Вокхинн, эльф мудрый. И образованный. Короче, интеллигентный весь. А мне что-то подсказывает, что эти ребята не очень любят интеллигентных существ. Потому что они их не понимают. Вы с ними на разных языках говорите. Ты вот зачем им ляпнул, что мы проблем не ищем? Это ж сразу продемонстрировал, что мы их боимся. Нельзя так! Короче, они — орки. Я — гоблин. Доверься мне, мудрый Вокхинн, я с ними договорюсь.

— Смотри. Надеюсь, шаман, ты понимаешь, что на этих твои пляски не подействуют? Это бандиты, а не духи.

Договорились, в общем. А буйвол оказался невероятно вкусным. Не хватало только запить чем-нибудь вкусным. Мне, конечно, протянули от щедрот какое-то пойло, но я его попробовал, а потом чуть не проблевался. Еле-еле сдержался. Короче, алкоголь, крепкий, явно не для меня — тут привыкать надо. С непривычки — редкостная гадость. Поэтому пока что пришлось обходиться просто водой. Я, впрочем, не расстроился — меня и так прёт без всякого компота.

— А чего Пуша говорит, что вы какой-то банк брали⁈ — Спросил меня предводитель. — Я, кстати, Дройн по прозвищу Разрыватель Жоп. А ты кто будешь?

Я ж закашлялся. Прозвище очень понравилось.

— Дуся я, — я попытался сделать книксен из положения сидя. — По прозвищу Великолепный. Да не напрягайся, ты меня точно не знаешь. Я в ваших краях недавно. Только присматриваюсь пока. А так-то прибыл я из далёкого государства Российского.

Не, ну а что? Прозвище, как прозвище. Уж получше, чем Разрыватель Жоп. Личность-то, судя по всему, известная. Вон как Вокхинн побледнел, когда услышал. Мне, получается, тоже нужно было придумать что-нибудь внушительное и яркое. Но на Ломателя Шей или там, Горлогрыза я точно не тяну, слишком физиономия добрая, так что я решил взять что-то не такое агрессивное. Может, лучше было бы Повелитель Духов… да не, сто процентов так было бы лучше. Но оно пришло мне в голову уже после того, как назвался Великолепным, и переделывать было бы неуместно. Так что придётся теперь побыть Великолепным. Ничего, переживу как-нибудь.

Разговор шёл вполне мирно. Орки прям прониклись, когда я упомянул о России — видно, были здесь персонажи с любимой родины, и оставили по себе добрую память. Я прям благодарностью к ним проникся. Дройн болтал не меньше меня, и, так же, как я, старался ничего важного не говорить. Так что спустя пару часов неспешной беседы я понятия не имел, что они тут в такой компании делают, и чем вообще по жизни занимаются. Но догадывался, конечно. Тюки-то с трофейным добром только слепой бы не заметил. Значит, ограбили кого-то. Причём явно не слишком богатого. Я такое не одобряю — это противоречит моей ленивой натуре. Зачем грабить нищебродов? Это ж только устанешь зря. Нужно как-то скромнее. Масштабы у нас не те, чтобы бедняков грабить. Мы ж не политики, в конце концов. Я искренне считаю, что на нашем уровне грабить нужно обязательно всяких богатеев — тогда устанешь меньше. Эту мысль я и попытался донести до Дройн. Ненавязчиво, понятно, и без осуждения. Типа кто как, а мы вот так вот, рациональные мы. Кажется, собеседник проникся. Моей крутостью, понятно, а не логикой. Я мысленно даже выдохнул немножко, вроде, кровавое побоище теперь откладывается. Дройн тоже расслабился, взаимное представление на этом закончилось, и дальше мы уже просто общались. Точнее, это я общался.

Ну да, дорвался до свободных ушей, с которыми можно поделиться своими подвигами. Мне-то скрывать особо нечего. Даже наоборот, я безбожно приукрашивал свои приключения. А чего стесняться? Скромность — она хороша только для окружающих, а для самого скромника не очень. Тем более, у меня кроме неё других достоинств вагон и маленькая тележка. Вот я ими и поделился. Не знаю, поверили мне или нет, но некоторое уважение в глазах появилось. В основном, наверное, из-за двух духов рядом, которые уверенно кивали на каждое моё слово. Я не только хвастался, понятное дело. Это было бы нескромно и неправдоподобно.

— … и тут, понимаешь, лечу. Вижу — жопа. Не, это не фигурально! Это натуральная жопа, прикинь! Надвигается! Здоровая такая, — я развёл руками как можно шире. — Ну, думаю, хорошо. Была бы спина —