Истинная ведьма - Евгения Ломанова Страница 7

Или вот Великий князь. Их теперь несколько было! А над всеми царь-император сидел. В граде стольном белокаменном, в золотом дворце, со слов девки моей. Она мне врать не могла, но и поверить в такие чудеса было все же трудно. Ну да мне и дела нет, главное при беседе с чужим кем, не опростоволоситься. Мне к тому царю в гости не хаживать.

Любопытно было до крайности, как бы вызнать, сколько же времени прошло с той поры, как я жила? Очень уж разнилось то, что для меня было привычным и то, что я сейчас видела. Не могло так быстро все поменяться, да еще и в лучшую сторону. Не могло и все. Ну да с этим и попозжа разобраться можно.

Чтоб совсем не опростоволоситься, пошла я с Маришкой хоромы мои осматривать. Все казалось удивляться уже нечему, да все равно удивлялась. Так тут все справно было устроено! Богато, на то и барский дом. Да я за златом никогда не гонялась. Но тут-то диво на диве! Увидев ватерклозет и сообразив наконец, из объяснений моей девки, что это за чаша из которой только кисель кушать, я аж дар речи потеряла. Купальня меня меньше поразила. На речку не надо ходить, прям в доме мыться? Кому расскажи не поверят…

Так мы и ходили по дому. Маришка уже охрипла слегка, объяснять мне что то, а что это. И у меня уже голова пухла. Да и солнышко уже к горизонту скатилось.

Увлеклась я маненько. Уморилась. Да ведь так долго кого-то завороженным держать мне до сей поры и не приходилось. Вот ведь тоже невидаль. Не было у них тут ведьм! Совсем. То есть были какие-то шептухи, да судя по рассказам Маришки все они облуды те еще. Распотешила меня девка рассказом об их “силушке”. Аж до слез я хохотала.

Но из того выходило, что одна-одинешенька я теперь туточки настоящая ведьма. А люд, совсем про них забыв и не опасался совсем силы ведьминой. Поэтому и на воротах и на Маришке самой, никакого оберега отродясь не было. Не в ходу они тут были. Сохранились от предков какие-то замуты, да силы настоящей в них не было, так истерлись и извратились. Чудно мне слышать такое было. И снова мысль горькая скользнула змей к сердечку — сколько же все ж лет-то прошло, что мудрость ведьм не нужна стала и так забылась? Тяжело было принять такое. Как же они тут выжили без нас?

Как так вышло — ума не приложу. Только последней комнатой, куда завела меня Маришка, оказалась библиотека. Я слово это от нее впервые услыхала. А как увидела, что это за хором, так обо всем и забыла. И об усталости и о печали. Книги!!! Да столько, что я и измыслить не могла, чтоб такие сокровища, да так много, на всем белом свете были. А тут нате вам — стоят без пригляду, не прячет никто. Рази ж так можно?!

Отпустила я девку на покой. Она моргнула сонно, разом будто обмякнув. Глаза нормальными стали. Пробормотала чего-то там про ночь спокойную и убрела к себе в горенку. А я забыв про усталость за чтение взялась. Уж сумерки липли к окнам, зажгла взглядом диковинную лампу. Не ожидала, что свитец будет так ярко да ровно светом все заливать. Маришка объяснила, что масло в ней. Только как ее поджигать не объяснила, поэтому и пришлось своим способом. Ну да рази все сразу вызнаешь?

Книг было два высоченных шкапа битком набито. Брала первую книжицу я осторожно. Легонькая совсем, оклад кожаный с золотыми буковками. А бумага какая! Белая, да шелковая на ощуп. И прописано так четко, каждая буковка!

Только вот читать сие оказалось не так просто, как мне казалось. И те буковки, а вроде и не те. Не единой строкой, а на части малые поделённые. Но к этому я быстро привыкла, так даже удобнее оказалось, чем разделять мысленно, где слово, а где присловок к нему. Но все едино, слова те так мудрено переплетались, что я никак не могла самую суть их поймать. Потом только разкумекала. То книга вроде сказа баюна! Я то привыкла мудрость книжную разбирать, где за каждой буквицей смыслы, а тут будто просто беседа.

Я взглянула на шкапы уже не так радостно. Почти все грамотные, так им и читать что-то надо? Почему же книгам потешным не быть? Трудно было это скумекать, ведь для меня книги были сокровищем мудрости.

Стала я дальше рассматривать, что тут за “богатство” и скоро убедилась, что права я. Сказки да байки. Обидно даже стало. Чуть было не пропустила последнюю, самую нижнюю полку, а именно там оказались книги мудрые. Без печатей и похоже было, что их вообще много лет никто не трогал, так страницы и переплет скрипели. Чудно. Но зато в них много полезного оказалось.

Писано так же, как другие книги, языком простым, да от этого не хуже. Про страны дальние и про наши края. Как в обиходе себя должно вести. Про науку мудреную про камни всякие. Еще и с картинками, да какими! Эта мне больше всех понравилась.

Как травы смешать, воду — это я хорошо знала, а вот с камнями сложнее было. Пользовала, конечно, только, где ж мне было взять их? У меня всего три их было — моромор, аспид и еще ногат. Вспомнила и чуть слезу не пустила. Будто наяву тяжесть их ощутила, да чоканье услыхала, когда в руке перебираешь во время заговора. Гладкие от рук моих, да наставницы моей, от которой они ко мне перешли. Маришка говорила, что теперь люди чудо как быстро научились из града в град ездить, а значит и диковинок всяких проще достать. Ох! Будут и у меня камни волшебные, еще лучше чем прежние!

Чуть не упустила важную книжицу. Она и вовсе без переплета, тоненькая совсем, в самом углу притулилась. Заглянула — не поняла ничегошеньки. Полосками вдоль и поперек, да цифирью все листы покрыты. Прочла на первой странице, что сие значит и вцепилась в книжицу, чуть листы не замяла.

27 иуния 7351 году вот какой ныне день был. По новому летоисчислению, что давным-давно царь наказал в обиходе чтить — 9 июля 1843. Про “иунию” мне все равно не слишком понятно было, да не в том был смысл. Теперь я точно знала сколько лет прошло