Земля - Валера Дрифтвуд Страница 25

Рине не хочется ничего отвечать или объяснять Сэму. Прав он или не прав, какая разница. Это большое счастье, что он серьёзно не пострадал, хотя прямо сейчас Рина в целом не очень счастлива. Она сбрасывает с плеча одну рюкзачную лямку: воздух становится ощутимо прохладнее, нужно взять из заплечника свитер.

Вынырнув из широкого воротника, Рина видит, что Ййр вдруг оказался с нею вплотную рядом – поправляет намотанную на плечи куртку. Савря только сонно покачивается, полуприкрыв глаза.

– Естественный отбор, не знаю, что это за людская штука, – произносит Ййр, – а помню, что Ибрагим тоже вовсю ему пакостил. Так говорили. Он и не спорил, не отбрёхивался. А только гнул всё по-своему. Такой уж был человек.

Рина чувствует на своём лице улыбку.

– Да. Именно такой.

* * *

К станции подходят, когда от закатного света не осталось и ломтика.

Дома, без особенной передышки, поднимается неожиданно слаженная возня. Ййр: пара свеч и пузатая масляная лампа – Савря с разинутым от удивления ртом (орк ссаживает её в уголок, велев обождать и не трепухаться) – ещё пара кастрюль с водой на плиту – две банки с сухой травой вроде чайного сбора, только пахнет иначе. Рина: аптечка – плита – быстрая гречневая каша – чайник – сковорода с тушёнкой.

Ещё на веранде первый ботинок Сэм снимает как привык, без церемоний, пяткой об носок, но тут же изумлённо охает, тяжело опускается на низенькую табуретку. Рина про себя так и называет её «табуреткой госпожи Брук»…

– Пока на ходу, так особо и не чувствовал, да? – Ййр прищёлкивает языком. – Бывает.

Часы на запястье Сэма показывают четверть второго ночи, когда они садятся ужинать.

Рину наконец догнал весь её сегодняшний голод и вся усталость. Она ест добавочную порцию, будто со следующего дня гречневая каша и мясная тушёнка перестанут существовать в природе, а пара оставшихся печеньиц к чаю – это дар каких-то милосердных божеств. Вот теперь, помимо адски ноющих мышц и с утра пропустовавшего желудка, Рину кроет бездумным, бешеным счастьем. Великий день. Воистину великий!

Сэму неловко сидеть при всех за столом без футболки, в полосках бриллиантовой зелени поверх уже подсохших царапин. Да ещё и орк приволок в кухню какой-то таз, навёл в нём травяной заварки, и теперь Сэм отмачивает в нём свои содранные ноги. Через первую злую боль, от которой аж побелело в глазах, таз с заваркой всё же приносит ногам заметное облегчение. В конце концов, лишь бы всё было не зря. Конечно, это станет ясно только после проявки сегодняшних фотографий. Но ради подлинного искусства ведь можно и гораздо худшее вытерпеть.

Ййр с Саврей сидят возле угла стола, между ними миска с горячей кашей. Ййр тихонько дует на полную ложку, чтоб быстрей простыло.

– Не то, к чему ты привыкла, но сил прибавит. Завтра с тобой поскачем за жиренным кроликом, – говорит Ййр, прибавив то же самое по-людски, чтобы никому не было обидно. Савря знай разевает рот. Через две ложки на третью орк и сам перехватывает гречки, и тогда Савря деликатно ждёт, всем видом показывая, что уж она-то не какое-нибудь там глупое мелкое пискло – может и переждать. Ей немного боязно и непривычно сидеть на такой сомнительной штуке с четырьмя ножками; лапы Савря поудобнее поджала под себя и придерживается когтями за край. На Чистую Смерть смотрит Савря заворожённо, сердцем ловит всякое слово.

Шутка ли! После беспросветных одиноких бед сама Мать Гиблых мажет все ссадины и царапки своими жгучими снадобьями, сажает в какое-то «корыто», поливая удивительно тёплой и зеленоватой травяной водой, изгоняющей вредных кусачек не хуже купания в муравейнике, и помогает привести в порядок перья, а теперь кормит, будто своё родное чадо!

Изредка Савря косится на людей. Должно быть. Земля в строгой своей милости их тоже спасла и теперь растит для ясного пути.

* * *

После ужина Ййр объясняет Савре, как и куда следует проситься, чтобы не разводить гадство – впрочем, не ждёт, что она запомнит с первого раза, больно уж сонная.

Устраивает слётку подобие гнёздышка из толстых одеял, в углу, возле своей царь-койки.

Отбирает у еле шевелящейся Ришки требующую мытья посуду, заливает миски водой, чтоб сами собой отмокли за остаток ночи.

Суёт храброй девчуре в руки лампу, чтобы шла умываться к Толсто брюшке.

Подходит к бугайчику:

– Давай, придержись за меня, и шагай сюда, на тряпку.

Всё получается. Человек сперва совсем и не дышит, чтоб ненароком не охнуть и не зашипеть, но всё не так уж плохо – выдыхает шумно, будто весь нырял, а не только сбитые ноги подлечивал.

– Ты как, сам дойдёшь до койки-то до своей?

Человек морщит лицо, не то от боли, не то от досады.

– Дойду. С-спасибо.

Отстраняется, выпустив орчье костлявое плечо, и идёт аккуратно через кухню, не придерживаясь за мебель.

Завтра как пить дать и ног не поволочёт.

* * *

Старенькая лампа даёт немного света, но Рине хватает.

В коридоре у помывочной прислонён к стене пустой таз из-под травяной воды – Рина надеется, что это средство помогло Сэму, но у неё сейчас точно не хватит сил отнести этот таз на место. Ну и ничего страшного. Не украдут же его здесь за ночь, в самом деле.

Жутко, жалко и немного смешно: кажется, от страфильих когтей бедный Сэм сегодня пострадал гораздо меньше, чем от своей собственной обуви. Надо же как бывает.

Ййра в кухне сперва не видно, царь-койка стоит пустая. Но почти сразу Рина замечает его.

Обернувшись одеялом, Ййр лежит на полу, повернувшись на бок, у самого Савриного «гнезда». Руку положил на спину найдёныша, и оба, кажется, спят.

Рина старается ступать осторожно, чтобы ничем их не потревожить, но когда она отворяет дверь в Ближнюю, одна петля тоненько скрипит.

Савря вскидывает голову, зыркает на Рину тревожно распахнутыми глазами. Ййр, почти не шевелясь, успокаивает Саврю тихим, воркующим распевом.

Глава 15

Уйма дел с рассвета.

Савря вспрыгивает на подставленный низенький табурет, а с него – на перильце, хлопает ошалелыми после сна глазами, когда Ййр поздравляет крылатых с молодым днём обычным воплем «сегодня я вас не убиваю» и велит передать на южный мыс, что отважная дочь Тиу-Стремительной и Ёса гостит живьём у Земли в дому, пока не окрепнут крылья.

Весть донесётся быстро, утешит родительские сердца.

Савря верещит вдобавок, что будет охотиться с Матерью Гиблых.

Хорошо бы ей и не скакать спозаранку, добрать