Магазин жутких игрушек - Влад Райбер Страница 24

Мы съели по чебуреку и провели в парке почти целый день. Разговаривали не переставая. Оказывается, Ваня и не знал, что существуют другие нектохеты.

Ваня полноватый и нелюдимый парень, ему четырнадцать, как и мне. Выглядит очень грозным, однако добряк. Я спросил его, как он продержался так долго, а он ответил, что это чудовище привязалось к нему совсем недавно – еще и месяца нет. Я догадался, что это та самая нектохета, из-за которой Глеб попал под машину.

Ваня сказал:

– Да, она говорила, что она потеряла друга.

Друг! Как же!

Ваня рассказал мне, как познакомился с этим чудовищем.

Он бродил на железнодорожных путях рядом с лесом. Искал на рельсах расплющенные монеты, которые оставил там недавно, чтобы потом смастерить из них медальоны. Его окликнул девичий голос. Ваня никак не мог понять, кто с ним разговаривает. Вроде совсем рядом, но оглядываешься по сторонам – и никого…

Парень там ходил, глядел себе под ноги, монеты искал и беседовал с незнакомкой. Думал, что это обычная девочка. Она интересовалась, какие медальоны он хочет сделать, говорила, что хотела бы посмотреть, какими они получатся. Голос ее был печальный и таинственный. Ваню это подкупило, потому что он и сам чувствовал себя одиноким. На вопрос, почему она прячется, нектохета ответила, что не хочет пугать Ваню своим видом.

Я спросил, не чувствовал ли он мерзкий запах. Ваня ответил:

– Чувствовал, но слабо. Тогда был ветер. И я не думал, что это от нее так пахнет.

Нектохета взяла с Вани обещание, что он придет на следующий день. Он пришел и принес медальон ей в подарок – сделал на нем гравировку в виде цветка и приделал шнурок, чтобы можно было надеть на шею. Ваня никого не встретил и повесил медальон на дерево, уже собирался уходить, но вдруг услышал знакомый голос:

– Спасибо, это очень красиво.

Взамен парень попросил показаться ему. Таинственная девочка согласилась, и минуту спустя он увидел ее издалека.

– Ну, я видел только фигуру. Тогда у нее еще голова была, волосы. Я смотрю, стоит девушка в белом платье, но не разглядел, что с ней что-то не так. Но подозрения были: думал, вдруг она призрак или какая-нибудь лесная дева, вроде лешего. Это ведь странно – стоять на открытой местности, слышать голос совсем рядом, но никого поблизости не видеть. Через три дня я прямо спросил: «Ты мертвая?», а она сказала: «Пока живая, но скоро умру». Мне стало ее жаль. Показывала себя несчастным, одиноким, умирающим существом.

Отношения Вани и его нектохеты складывались совсем не так, как у меня. Он с ней подружился, и она выбрала другой подход – давила на жалость. Она говорила, что ее можно спасти, если Ваня пожертвует собой, отдаст ей свое тело.

Я спрашивал его, хотел ли он пойти на это, а Ваня сказал:

– Не знаю. Я по маме скучаю. У меня мама умерла два года назад. Если бы я умер, то мы бы, наверное, встретились с ней.

После долгих уговоров существо показалось Ване на глаза. Он так перепугался, что убежал домой, но спустя пару дней снова пришел на встречу и даже извинился за свою впечатлительность. С тех пор оно не оставляло парня в покое – до сих пор появляется каждый раз, когда он выходит на улицу.

– У меня бывают разные настроения, но нет, я не хочу умирать. Я хочу от нее отделаться, просто не знаю как, – Ваня сказал мне это шепотом, будто боялся, что нектохета услышит.

Я сказал, что мы можем поддержать друг друга, объединиться и дождаться, когда эти чудовища умрут. Мы пожали друг другу руки и договорились о встрече на завтра.

4 августа 2004 года

Моему чудовищу совсем не нравится, что я подружился с Ваней. Оно злым, угрожающим тоном говорит, что я лезу не в свое дело. Я молчу в его присутствии, старательно думаю о чем-нибудь другом, чтобы оно не могло цепляться за мои мысли.

С Ваней мы встречаемся каждый день. Он был шокирован тем, что я рассказывал про угрозы моей семье от этого чудовища, про все эти ужасные и унизительные вещи, что оно мне говорило. Парень считал, что нектохеты безобидные существа.

Мне все еще страшно. Я держусь как могу. Осталось совсем немного.

5 августа 2004 года

Мама Вани умерла от сахарного диабета. Он рассказывал, что она была очень полной из-за своей болезни и всегда чувствовала себя уставшей. После ее смерти он остался жить с отцом, который почти с ним не разговаривает. Он совсем перестал показывать эмоции. Его отец теперь боится к кому-то привязаться, чтобы потом снова не переживать потерю.

– Я и сам боюсь заболеть. Я тоже толстый, вдруг у меня будет сахарный диабет, – сказал мне Ваня.

Я ответил, что если его преследует нектохета, значит, с ним все в порядке, они ведь подыскивают себе здоровые тела. Ваня об этом не знал.

8 августа 2004 года

Сколько еще ждать? Как скоро эта личинка сдохнет? Я не спал нормально уже около двух месяцев, просыпаюсь от каждого шороха в комнате. Бывает, что это он, а бывает, просто оконная рама дрогнет.

Эта личинка стала какой-то беспокойной, то сидит на стуле, то стоит над кроватью, то по комнате ходит. Появляется ночью, чтобы меня разбудить, или днем, если я пытаюсь отоспаться. Он как будто специально выматывает меня бессонницей.

Я уже был на грани, чуть не сорвался. Теперь боюсь снова впасть в отчаяние. Держусь.

10 августа 2004 года

У меня сдали нервы, но я ничуть не жалею о том, что случилось. Сегодня мы были с Ваней в парке. Когда я рядом, его нектохета к нему не подходит.

Мы проходили мимо детских аттракционов, и к нам подъехал Колян на велике, он попросил меня отойти на минутку. Колян знает себя хорошо, понимает, что не умеет следить за языком и ему не хочется ляпнуть гадость при незнакомом человеке.

Я попросил Ваню подождать, мы отошли. Колян спросил, куда я пропал, почему гуляю с другим пацаном. Я сказал, что сейчас каждый день занят и пока некогда. Еще он сказал, что Дрей сейчас в деревне. Я об этом знал – мы вчера с ним разговаривали по телефону. Собственно, поэтому мне и не хотелось видеться