Поцелуй принца - Джулия Лэндон Страница 42

Каролине не пришлось отвечать на этот нелепый вопрос, потому что в этот момент в гостиную вошел привратник и доложил о прибытии обеих дам. Леди Кэтрин ворвалась к ним в образе драматической актрисы, намереваясь привлечь к себе внимание публики… пока не увидела Каролину. Она тут же замедлила свой стремительный шаг, растерянно глядя на нее. Фелисити Хэнкок едва не врезалась Гусыне в спину, споткнувшись о край нового бельгийского ковра.

Каролина спихнула собачонку с коленей и встала, чтобы поздороваться с вновь прибывшими.

– Как приятная неожиданность! – воскликнула она, протягивая руки обеим женщинам.

– Леди Каролина, вы вернулись к нам! – сказала Гусыня. – А я подумала, что вы наверняка останетесь подле своего очень близкого друга. Я даже испугалась, что больше мы вас не увидим. Именно так я и сказала, правда, Фелисити?

– Кого вы имеете в виду? – любезно осведомилась Каролина. – Герцогиню и будущую королеву Алусии? Так я скоро увижусь с нею вновь. Я намерена вернуться в Алусию весной. Видите ли, я могу навещать ее в любое время, когда мне только заблагорассудится.

– Еще одно путешествие? – осведомилась Присцилла. – Но Том говорил, что как раз после него ты и заболела. Причем так сильно, что едва не умерла, по его словам.

– Все было не так плохо на самом деле, но все равно спасибо.

– Я хочу услышать каждое слово! – в нетерпении вскричала Фелисити, опускаясь в облаке голубой материи на козетку рядом с Каролиной. – Действительно ли все было так волшебно, как о том писали в газете госпожи Ханикатт?

– Во всех отношениях, и даже более того, – ответила Каролина, что было чистой правдой. Необычайно трудно передать всю красоту и очарование свадьбы словами, поэтическими строками, мазками кисти или сплетнями в газете.

– Расскажи, расскажи нам! – потребовала Присцилла, жестом приказывая лакею подавать чай.

Каролина постаралась не упустить ни малейшей подробности. Она рассказала им, как невероятно огромен дворец и что у Элизы теперь имеются две фрейлины, которые прислуживают ей. Она поведала, что король с королевой осыпали ее драгоценными камнями как нового члена королевской фамилии. Что принц Себастьян безумно влюблен в нее. Каролина приложила все усилия к тому, чтобы у дам появилась масса причин завидовать подруге, и была весьма удовлетворена достигнутым эффектом.

– Я до сих пор не могу поверить в то, что Элиза Триклбэнк вышла замуж за принца, – заявила Присцилла, и в голосе ее прозвучало нескрываемое удивление. – Подумать только, Элиза Триклбэнк!

– А почему бы и не Элиза Триклбэнк? – запротестовала Каролина. – Она лучшая подруга из всех, кого я знаю.

– Потому что это оказалась не ты, Каролина. Если хочешь знать мое мнение, то ты гораздо лучше подходишь для такого брака, чем она.

Что ж, с одной стороны, это была правда. С другой – Элиза заслуживала этого куда больше Каролины. И потому она лишь улыбнулась и пожала плечами:

– Провидение имеет привычку отмеривать каждому по заслугам.

– Да неужели? – ядовито заметила Кэтрин. – Если уж говорить о руке судьбы… как насчет принца Леопольда? Неужели вы не сумели заинтересовать его?

Присцилла и Фелисити захихикали.

– Не сомневаюсь, что я привлекла его внимание, – с деланым равнодушием отозвалась Каролина, чувствуя, как загорелись у нее щеки, и вспоминая, как он буквально пожирал ее взглядом в Лиденхолле. Там, стоя посреди мясного изобилия, она даже испытала нечто вроде возбуждения. – Откровенно говоря, он показался мне занудой.

– Да что вы говорите! – Кэтрин даже отставила в сторону свою чашку. – А я была уверена, что, вернувшись, вы станете рассказывать нам о том, что он превратился в вашего бессловесного раба.

– С чего это вдруг вам пришла в голову столь дикая мысль?

– С чего? Потому что ты сама так говорила, дорогая, – мягко напомнила ей Присцилла. – Помнишь? Ты говорила, что он был от тебя без ума, и даже досадовала, что тебе приходится пресекать его ухаживания, когда в зале было столько других джентльменов, с которыми ты желала бы свести знакомство в Хеленамаре.

Румянец на щеках Каролины стал жарче. Иногда она бывала чересчур самоуверенной. Она и впрямь вспомнила, что говорила нечто в этом роде как-то вечером за очередным бокалом вина, который явно был лишним.

– Я никогда не говорила, что мне приходилось отваживать его, – презрительно фыркнула она.

– Говорила-говорила, – заявила Фелисити. – Ты даже показывала нам, как отталкиваешь его, – продолжала она и сделала движение руками, словно отпихивала что-то от себя на уровне груди. – Ты явно сочла его надоедливым.

Каролина вдруг пожалела о том, что в руках у нее нет веера. Хотя… она ведь может посетовать на то, что лихорадка еще дает о себе знать. Правда, особого смысла в этом не было – она ведь действительно любила прихвастнуть. В таких случаях Бек говорил, что ее переполняет чувство собственного величия. Правдой было и то, что еще до отплытия в Алусию она выражала твердую уверенность в том, что принц падет к ее ногам. Но этого не случилось, и теперь ей оставалось лишь спрашивать себя, а не растеряла ли она свое очарование. Ей ведь исполнилось уже двадцать шесть, и она потихоньку приближалась к возрасту старой девы, а красавчика-принца ее служанка интересует куда больше, нежели она сама.

– И все-таки, что же там произошло? – с радостным воодушевлением осведомилась Кэтрин. Чрезмерным, на взгляд Каролины.

– Я сочла его занудой, только и всего. Кроме того, в конце лета будет официально объявлено о его обручении с наследницей из Веслории. Все уже договорено.

Все три дамы перестали хихикать и во все глаза уставились на нее.

– В самом деле? – не веря своим ушам, переспросила Фелисити. – Договорено? Но… но я слышала, что сейчас он пребывает в Лондоне и опять пустился во все тяжкие.

– Разумеется, – фыркнула Присцилла. – А чем же еще ему заниматься, как не прожигать молодость? К нему выстроилась очередь из желающих быть представленными. Он далеко от дома и потому может вытворять все, что в голову взбредет.

– Но… он и мистер Фрейм на этой неделе заходили в публичный дом! – драматическим шепотом сообщила Фелисити. – Я слышала, что он взял с собой женщину.

Каролина вперила в Фелисити неверящий взгляд:

– Прошу прощения, он что сделал?

– Взял ее, – повторила Фелисити. – Он ушел из заведения… с какой-то женщиной.

– И куда он ее повел? – осведомилась Кэтрин.

– Сама знаешь, – ответила Фелисити и порозовела. – В свой… замок или что там у него есть.

Каролина внезапно ощутила горечь разочарования. Она не зря считала его распутником, но это было уже за гранью.

– Ты уверена, Фелисити? Быть может, ты что-либо не так расслышала?