Тишина между выстрелами - Валерия Хасанова Страница 8

Она раз­ры­да­лась у него на пле­че.

— Ты прав­да оста­нешь­ся?

— Прав­да, — ска­зал он. — Я хо­чу быть с то­бой. Я хо­чу, что­бы ты бы­ла мо­ей же­ной.

Она под­ня­ла на него за­пла­кан­ные гла­за.

— Я бу­ду тво­ей же­ной, Лё­ша. Я бу­ду тво­ей же­ной.

И они сто­я­ли у фон­та­на, об­няв­шись, и сно­ва ве­ри­ли в сча­стье.

Гла­ва 24. При­ми­ре­ние на на­бе­реж­ной До­на

Ро­стов-на-До­ну. На­бе­реж­ная ре­ки Дон. Март 1943 го­да. 21:00.

Они вы­шли на на­бе­реж­ную, ко­гда стем­не­ло. Дон ти­хо плес­кал­ся у бе­ре­га, и ка­за­лось, что вой­на — это про­сто страш­ный сон.

— Варь, — ска­зал Лё­ша, взяв её за ру­ку. — Я знаю, что я был ду­ра­ком. Что хо­тел уй­ти и риск­нуть. Но я по­нял глав­ное.

— Что? — спро­си­ла она.

— Что дом — это не ме­сто. Это ты, — он по­вер­нул­ся к ней. — Ты — мой дом, Ва­ря. Ты — моя ти­ши­на. Ты — моя жизнь.

Она смот­ре­ла на него, не от­ры­ва­ясь.

— Лё­ша, — про­шеп­та­ла она. — Я хо­чу, что­бы ты был мо­им му­жем. Се­год­ня. Зав­тра. Все­гда.

— Ты со­глас­на? — он улыб­нул­ся.

— Со­глас­на, — от­ве­ти­ла она. — Я со­глас­на быть тво­ей же­ной.

И они сто­я­ли на на­бе­реж­ной, об­няв­шись, и смот­ре­ли на Дон.

А по­том он встал на од­но ко­ле­но. Пря­мо на на­бе­реж­ной. Вы­та­щил из кар­ма­на коль­цо — про­стое, се­реб­ря­ное, с ма­лень­ким ка­муш­ком.

— Ва­ря, — ска­зал он. — Вы­хо­ди за ме­ня за­муж. Пря­мо сей­час. По­сле вой­ны. Ко­гда угод­но. Я хо­чу быть с то­бой всю жизнь.

Она смот­ре­ла на него, на коль­цо, на Дон. Слё­зы тек­ли по её ще­кам.

— Да, — про­шеп­та­ла она. — Да, Лё­ша. Да.

Он на­дел коль­цо ей на па­лец. Оно по­до­шло иде­аль­но.

— Я люб­лю те­бя, — ска­зал он.

— Я люб­лю те­бя, — от­ве­ти­ла она.

И они по­це­ло­ва­лись на на­бе­реж­ной, под звёз­да­ми, под све­том двух зе­лё­ных ламп, ко­то­рые го­ре­ли в окне гос­пи­та­ля.

Гла­ва 25. Про­щаль­ное коль­цо

Ро­стов-на-До­ну. Вок­зал Ро­стов-Глав­ный. Апрель 1943 го­да. 07:00.

Но вой­на не спра­ши­ва­ет.

При­шёл при­каз. Всех ра­не­ных, кто мог дер­жать ору­жие, от­прав­ля­ли на пе­ре­до­вую. Лё­ша в том чис­ле. Нем­цы го­то­ви­ли но­вое на­ступ­ле­ние под Кур­ском, и каж­дый бо­ец был на сче­ту.

Они сто­я­ли на пер­роне. Сно­ва.

— Варь, — ска­зал он, сжи­мая её ру­ки. — Я кля­нусь те­бе. Это по­след­ний раз. Я вер­нусь и боль­ше ни­ко­гда не уй­ду.

— Лё­ша, — она пла­ка­ла. — Я бо­юсь.

— Не бой­ся, — он об­нял её. — Я бу­ду ду­мать о те­бе. О на­ших де­тях. О на­шем до­ме. О на­шей жиз­ни.

Он снял с паль­ца коль­цо — её коль­цо.

— Дер­жи, — ска­зал он. — Оно бу­дет греть те­бя. По­ка я не вер­нусь.

Она взя­ла коль­цо и на­де­ла на це­поч­ку, на шею.

— Я бу­ду но­сить его все­гда, — ска­за­ла она. — Ты дол­жен вер­нуть­ся. Ты обе­щал.

— Обе­щал, — он по­це­ло­вал её. — Я вер­нусь. Да­же из ада вер­нусь.

По­езд тро­нул­ся. Он уехал.

А она сто­я­ла на пер­роне и дер­жа­ла в ру­ках коль­цо на це­поч­ке. И ве­ри­ла.

Гла­ва 26. Мо­лит­ва в Ка­зан­ском со­бо­ре

Ро­стов-на-До­ну. Ка­зан­ский со­бор. Апрель 1943 го­да. 12:00.

Ва­ря при­шла в со­бор впер­вые за всю вой­ну.

Она по­ста­ви­ла све­чу за здра­вие Лё­ши. Гля­дя на огонь, она шеп­та­ла:

— Гос­по­ди, со­хра­ни его. По­жа­луй­ста. Он — всё, что у ме­ня есть. Я люб­лю его. Вер­ни его мне.

Она сто­я­ла в со­бо­ре дол­го. Све­ча го­ре­ла ров­но, не за­ту­хая.

«Зна­чит, — ду­ма­ла Ва­ря, — он жив. Све­ча не гас­нет, зна­чит, он жив».

Она пе­ре­кре­сти­лась и вы­шла из хра­ма.

И по­шла в гос­пи­таль. Ждать.

Гла­ва 27. Са­лют По­бе­ды над Вол­гой

Ста­лин­град. На­бе­реж­ная Вол­ги. Май 1945 го­да. 23:00.

Вой­на кон­чи­лась.

По­бе­ду объ­яви­ли 9 мая 1945 го­да. Сна­ча­ла ра­дио, по­том ли­стов­ки, по­том — са­лют. Пер­вый мир Ва­ря сто­я­ла на на­бе­реж­ной Вол­ги в Ста­лин­гра­де. Она при­е­ха­ла сра­зу, как узна­ла о По­бе­де.

Она смот­ре­ла на са­лют и ду­ма­ла толь­ко об од­ном.

«Лё­ша, где ты?»

Она ис­ка­ла его вез­де. В гос­пи­та­лях, в шта­бах, на вок­за­лах. Но его ни­где не бы­ло.

И вдруг она уви­де­ла его.

Он сто­ял на дру­гой сто­роне на­бе­реж­ной. На ко­сты­лях. Ху­дой, блед­ный, но жи­вой.

Она по­бе­жа­ла. Бе­жа­ла так, как ни­ко­гда не бе­га­ла в жиз­ни. Сквозь тол­пу, сквозь са­лют, сквозь шум и кри­ки.

Она упа­ла к нему в объ­я­тия и раз­ры­да­лась.

— Лё­ша! — кри­ча­ла она. — Ты жив! Ты жив!

— Я обе­щал те­бе, — про­шеп­тал он. — Я все­гда воз­вра­ща­юсь.

Они сто­я­ли на на­бе­реж­ной Вол­ги, об­няв­шись, под са­лю­том По­бе­ды. И не бы­ло в ми­ре счаст­ли­вее лю­дей.

Гла­ва 28. Встре­ча на Ма­ма­е­вом

Вол­го­град. Ма­ма­ев кур­ган. Май 1945 го­да. 15:00.

На сле­ду­ю­щее утро они при­шли на Ма­ма­ев кур­ган.

Тот са­мый склон, где они встре­ти­лись в пер­вый раз. Где он по­да­рил ей су­хие цве­ты. Где чи­тал Ах­ма­то­ву.

Те­перь кур­ган вы­гля­дел ина­че. Вой­на за­кон­чи­лась, и на скло­нах уже зе­ле­не­ла тра­ва. Пти­цы пе­ли. Не­бо бы­ло чи­стым, го­лу­бым.

— Варь, — ска­зал Лё­ша, гля­дя на Вол­гу. — Мы сде­ла­ли это. Мы вы­жи­ли. Мы по­бе­ди­ли.

— Мы по­бе­ди­ли, — по­вто­ри­ла она. — И те­перь у нас есть бу­ду­щее.

Он об­нял её.

— Я сдер­жу обе­ща­ние, — ска­зал он. — Я по­строю те­бе дом. Там, вни­зу. На бе­ре­гу. С боль­ши­ми ок­на­ми.

— Я знаю, — она улыб­ну­лась. — Я ве­рю те­бе.

— И ещё, — он взял её ру­ку. — Я хо­чу, что­бы мы по­же­ни­лись. Здесь. На Ма­ма­е­вом. Где всё на­ча­лось.

— Здесь? — уди­ви­лась она.

— Здесь, — под­твер­дил он. — Пусть эта зем­ля ви­дит на­шу лю­бовь. Пусть она ста­нет на­шим сви­де­те­лем.

И они по­же­ни­лись на Ма­ма­е­вом кур­гане. В вос­кре­се­нье, в сол­неч­ный день, под звон ко­ло­ко­лов.

Без сви­де­те­лей. Без го­стей. Толь­ко они двое и Бог.

Гла­ва 29. Бе­рег Вол­го­град­ско­го во­до­хра­ни­ли­ща

Вол­го­град­ская об­ласть. Бе­рег Вол­го­град­ско­го во­до­хра­ни­ли­ща. Ле­то 1946 го­да. 10:00.

Че­рез год Лё­ша сдер­жал сло­во.

Он по­стро­ил дом на бе­ре­гу Вол­го­град­ско­го во­до­хра­ни­ли­ща. Боль­шой, де­ре­вян­ный, с боль­ши­ми ок­на­ми, с ве­ран­дой, с са­дом.

Ва­ря сто­я­ла на по­ро­ге, дер­жа в ру­ках чер­те­жи, ко­то­рые он на­ри­со­вал ещё в со­рок вто­ром.

— Ты сде­лал это, — про­шеп­та­ла она. — Ты по­стро­ил наш дом.

— Я по­стро­ил наш дом, — он об­нял её сза­ди. —