Экзордиум - Эмери Крофт Страница 2

— Ты хочешь поесть... еду, папочка?

Он притерся членом к моей заднице, и его горячее дыхание коснулось моего уха. Я содрогнулась под его большими массирующими пальцами.

— Да, Пуговка, я хочу поесть — можно мне?

Я закрыла глаза и несколько мгновений не отвечала ему. Пусть помучается немного — почему бы и нет? Его губы сильно присосались к моей шее сзади. Я застонала от жгучего удовольствия. Его пальцы сжали и выкрутили мои твердые соски.

— Клео, пожалуйста!

Это прозвучало достаточно настойчиво.

— Да, папочка, ты можешь съесть меня, а потом трахнуть.

Ксавьер развернул меня лицом к себе, и его губы накрыли мои в горячем, сдавленном поцелуе. Он обожал мою грязную болтовню. Его язык жадно сплетался с моим, пока пальцы впивались в мою задницу.

Он втирал свой твердый пах в меня. Тихий стон сорвался с моих губ, когда его язык эротично скользнул по моему. Его член терся о мою киску.

— Блядь, Клео — я так хочу тебя. Иди в мою комнату!

Наконец-то! Я сделала так, как сказал папочка. Это был приказ, и я, разумеется, подчинюсь.

Глава вторая

Я с тревогой ждала на кровати Ксавьера, пока он запирал двери на замок и засов.

Мы были здесь совершенно одни по выходным, и мне нравилось, что мы могли делать все, что нам угодно, в уединении нашего дома.

Некоторые из людей Ксавьера иногда оставались, но это было в комнатах возле амбара.

Сначала он стянул футболку. Вау!

Это было мне в удовольствие. Я любила его тело.

Было что-то особенное в мужчинах, которые от природы были крепко сложены.

Он наклонился надо мной, и мои пальцы с восхищением скользнули по его прессу, а затем к груди.

— М-м, папочка.

Ксавьер пристально смотрел на меня, не касаясь.

— Снимай одежду, Пуговка. Папочка, блядь, голоден.

Я рассмеялась над его любимой фразой и стянула ночнушку — а затем и трусики.

Ксавьер навис надо мной, и должна сказать — его огромное тело пугало и возбуждало одновременно.

Его голова опустилась ниже, и губы задержались на моей груди.

— М-м, детка.

Его рот жадно накрыл мой сосок, и он высосал его до твердого пика.

А затем его рот перешел к другому.

Я похотливо выгнулась навстречу ему.

Он переходил от одного к другому — посасывая, пробуя на вкус и прикусывая с громким чмоканьем.

В то время как я извивалась под ним от нарастающего удовольствия.

— О да, папочка — так хорошо.

Он хмыкнул, и его пальцы целенаправленно двинулись по моему животу к киске.

— О, детка — такая гладкая.

Его пальцы порхали над мягкими складками — лаская и дразня меня, чтобы я шире раздвинула ноги для него.

Он снова щедро присосался к моим соскам, пока его большой палец прокатывался по моему клитору.

Мы застонали в унисон.

Вокруг клитора побежали мурашки, пока он тер его так нежно.

— Пуговка, мне это нравится. Я хочу сосать его, пока ты не кончишь. Позволишь мне?

Его большой палец задвигался по клитору быстрее, и сквозь меня прошили искры.

— Да, папочка, да!

Ксавьер сдвинулся вниз, и почти сразу же его губы прижались к моему клитору.

Он хмыкнул.

Он любил это больше всего, и у него это очень хорошо получалось.

Он посасывал нежную плоть мелкими, жадными лизками.

— О, папочка, да, о.

Раскаленное удовольствие пронзало меня с каждым движением его опытного языка.

Я грубо двигала бедрами навстречу его рту, и он ворчал.

Его язык скользнул в мою мокрую пизду и обратно.

Моя нога дрогнула. Это было в новинку.

— О, папочка!

Его руки скользнули под ягодицы, и он слегка приподнял мой таз.

Его язык снова глубоко вонзился в мою киску.

ХЛЮП! ХЛЮП! ХЛЮП!

Легкое покалывание головокружительно бегало внизу живота, и я знала, что ему не придется сильно стараться, чтобы заставить меня кончить.

— О, папочка — да, я хочу кончить.

Я умоляла его о быстрой разрядке.

Это было слишком быстро, но обещало быть взрывным.

В свое оправдание скажу, что я молода и жадна.

Ксавьер одобрительно застонал, и его язык снова щелкнул по моему клитору.

— О боже — да, именно так, папочка!

Мое тело дернулось, руки Ксавьера переместились на мои бедра, и он прижал меня к кровати.

Его губы сосали мой пульсирующий клитор, заставляя волны чистого горячего удовольствия пульсировать по моему телу.

Мои пальцы дико вцепились в его короткие темные пряди и удерживали его голову, пока он лизал меня сильнее.

— О боже — да, да!

Движения его чудесного языка усилились.

Хлюп, хлюп, хлюп!

Мое тело снова приятно дернулось, и я громко застонала.

Я потерялась в сексуальном тумане на эти несколько мгновений, пока мне не пришлось оттолкнуть его.

— О боже — папочка, это было так хорошо.

Ксавьер выпрямился и стянул шорты.

Вау!

Его член стоял, злой и готовый вытрахать из меня всю душу.

И я была более чем готова принять его.

Его массивное тело опустилось на меня, и он ткнулся головкой в мою киску.

— Раздвинь ноги, маленькая девочка. Папочка растянет твою тугую пизду.

О блядь — да.

Я любила грязно и жестко.

Левая рука Ксавьера уперлась рядом со мной, пока он сжимал свой член и медленно входил в меня.

Стон пророкотал в его горле, пока моя мокрая киска растягивалась вокруг его толстого члена.

— О да, детка, так охуенно хорошо!

Он двигал бедрами и погружался в мою киску короткими полутолчками.

Мои руки легли на его твердые плечи, и я посмотрела в его темные глаза.

На его шее вздулась вена.

Я чувствовала сдержанность в его мышцах, но мне нужно было, чтобы он трахнул меня.

Я жадно двигала бедрами навстречу каждому его медленному толчку, и он стонал.

Я притянула его лицо ближе к своему, и мои губы накрыли его.

— Папочка — трахни меня жестко, пожалуйста. Я хочу тебя всего.

Ксавьер замер и уставился на меня.

Его красивые голубые глаза впились в мои.

— Ты этого хочешь, детка?

Я кивнула и широко развела ноги.

У меня был очень высокий болевой порог — он знал это.

Я искала удовольствия.

Его челюсти были сжаты, когда он глубоко вонзился в меня.

О, вау!

Мои ноги дрожали.

Жгучая боль — а затем чистое удовольствие.

— О да