Менеджер Нагибко, вы робот? Часть 4 - Юлия Борисовна Жукова Страница 3

Рогозин терпеливо ждал моего решения. Впрочем, возможно, это мне показалось, что прошла вечность, а на самом деле нет? Когда Скрепка дал мне доступ к моему же телу, видно, что-то на моем лице изменилось, потому что и во взгляде Виссариона мелькнуло какое-то облегчение.

— Я… нет, мы согласны, — хрипло проговорила я, глядя на него. — Только…

И замолчала, не представляя, как озвучить все свои — и Скрепкины — опасения.

— Что только? — Розга не дождался продолжения и решил меня поторопить.

— Мне… нам страшно, — с трудом призналась я.

Мужчина, не отрывая от меня взгляда, кивнул. Его ладонь скользнула вниз и сжала мои пальцы. Хотела бы я ощутить это по-настоящему…

— Ася… — Виссарион глубоко вдохнул и продолжил: — Ты так много пережила уже. Ты только что мне рассказала, как очнулась в теле робота и как узнала, что живёшь намного-намного позже, чем жила до этого. Это даже звучит жутко. Но ты смогла двигаться дальше. При этом тебе каждый день приходится таиться, скрываться, бояться полиции, охраны, проверок, того, что тебя раскроют, что всплывут твои махинации, что в какой-то момент ты станешь беспощадным роботом-убийцей. Ась, — Рогозин вновь поймал мой взгляд и весомо произнёс: — ты живёшь в страхе. Разве не так?

— Так, — признала я, поражаясь, что он это понял.

— Вот. Но многое из того, чего ты боишься, уже случилось, вот прямо сейчас случилось. И если мы договоримся, то от многих этих страхов я постараюсь тебя избавить. И защитить. Разве это не стоит того, чтобы сделать такой шаг?

Я вдруг подумала, что ведь уже согласилась, но Саша не бросился получать разрешённое, а стоял и успокаивал меня. Стало как-то… приятно, что ли. Чувствуя, что таю, я невольно улыбнулась и пошутила:

— Будь нежен.

Он хохотнул и ответил:

— Ты ничего не почувствуешь. Плохого, — и подмигнул, зараза.

На большом экране замелькали какие-то картинки, графики, строчки кода.

— Я создаю Кр… копию своего искина на базе кьюбера, — пояснил Рогозин. — Выдели блок управления телом и речью. Проверим сначала его.

— Скрепка, эй, ты слышал, — подёргала я искина.

Скрепыш: Слышал-слышал. Сейчас отправлю этому шантажисту доступ.

— Зато познакомишься с его искином. Тебе же он нравился.

Скрепыш: Уже нет.

— Но Розга прав: хотя бы сами будем уверены, что не носим в себе какую-нибудь мину замедленного действия.

Скрепыш: И так неплохо жили. Всё, отправил. Теперь если он тобой воспользуется, сама будешь виновата.

— Было бы куда пользовать.

Скрепыш: Все-то мысли у вас, людей, в одну сторону.

— Не повторяйся.

— Готова? — спросил Виссарион.

Я не успела даже кивнуть, как что-то изменилось. По внутреннему экрану пронеслись какие-то картинки, будто осколки чего-то. Мир вдруг качнулся куда-то влево, но быстро устаканился. Как оказалось, это не реальность шалила, а я потеряла равновесие. Рогозин меня удержал на месте.

— Надо было тебя усадить, — проворчал он.

Я хотела сказать, что могу сама сесть, даже попыталась выровняться. И внезапно поняла, что мне трудно двигаться. Будто я долго-долго лежала и теперь пытаюсь подняться и бегать. А ещё… у меня в голове вдруг образовалась как-то пустота, и я поняла, что не ощущаю Скрепки.

Наверное, в моём взгляде отразилась какая-то жуткая паника, потому что Саша поспешил пояснить:

— Я отключил его.

— К-как?.. — прокаркала я.

— Как отключают все искины, — поморщился Рогозин. — Моя искин тоже такого не любит. Но иначе проверка будет невозможна. Искусственный интеллект будет постоянно перепрятывать опасные файлы.

— А-а… — согласилась я, пытаясь смириться с гнетущей пустотой. Вот вроде бы Скрепка порой бесил меня неимоверно. Сегодня так вообще перешёл все границы дозволенного. Но без него просто страшно.

— Ты можешь двигаться? — тем временем спросил Саша. — Говорить и думать, как я понял, — да.

Я подняла руку, подвигала пальцами, повертела головой.

— Вроде да.

— Значит, всё-таки правда, — задумчиво протянул Рогозин.

— Что? — не врубилась я.

— Что ты отдельная личность, — пояснил он. — Нет-нет, не надо на меня так смотреть. Но был шанс, что ты — часть искусственного интеллекта, просто очень хитро выделенная в отдельное сознание. Однако сейчас у тебя в доступе только модули движения и речи, но ты имеешь волю, можешь рассуждать и говорить. Значит, всё правда.

— Может, я ещё один искин, только как-то отделённый, — проворчала я.

Рогозин покачал головой.

— Давай не будем плодить сущности.

Я кивнула и немного отодвинулась: всё-таки он стоял слишком близко для моего спокойствия. Мешал думать, зараза! Хоть и, оказалось, есть чем! Сделала пару шагов вперёд. Повертела головой ещё раз. Потом подошла к окну. На улице уже царила темнота со множеством огоньков от подсветки и фонарей. Я пыталась разобраться, что ощущаю. Страх оказаться без Скрепки всё ещё не отпускал меня. Я так привыкла к его постоянному присутствию. Это ведь очень удобно: всегда в доступе мощнейший компьютер, тьфу, кьюбер. Безо всяких устройств можно погрузиться во всемирную паутину. Анализ он делает прекрасно. Ещё и взломать может почти всё.

Но сегодня он меня испугал. Очень сильно испугал. Я вспомнила то жуткое ощущение запертости в собственном теле и с трудом смогла отодвинуть парализующий ужас, который настигал меня даже при мысли об этом. Нет, я могла понять Скрепку. Он считал, что бился за своё существование. Но… всё понимать, всё видеть, но быть не в состоянии ничего сделать, сказать, смотреть из своих собственных глаз, как из окошек тюрьмы — это слишком. Слишком. Второй раз я такое не переживу.

— Саш… — прошептала я, как-то не удивившись, когда обнаружила его рядом, не слишком близко, чтобы ощутить давление и опасность, но всё же рядом.

— Да? — так же тихо спросил он.

— Вытащи его из меня.

Глава 2

Саша вгляделся в Асю, в который уже раз за сегодня поражаясь, как искусственное лицо может выражать столько эмоций. Вот и сейчас на нём отражалась целая гамма чувств: страх, стыд, надежда и что-то ещё, что он не смог опознать.

— Хорошая идея, — осторожно согласился Рогозин.

Тут