Графиня Леваньер. Тайна живой стали - 2 - Айлин Лин Страница 3

- Должно получиться… пожалуйста…

Но ничего не происходило, краски медленно покидали прекрасное лицо, кожа приобрела синюшный оттенок.

- Я должен отнести вас к лекарю, миледи, - чувствуя, что ещё немного и её сердце перестанет биться, он решил поступить по-своему.

Её веки дрогнули и вот на него смотрят удивительные зелёные глаза.

- Нет… ни в коем случае. П-прижмите мои руки… к Ловцу…

И тут, когда он впервые хотел ослушаться приказа, краем глаза уловил движение на уровне горизонта. Мелкая тёмная точка и гул, всё нарастающий, пробирающий нутро.

Вскоре точка стала больше, поменяла цвет и с невозможной, противоестественной скоростью начала расти, стремительно приближаясь, превращаясь в сияющий столп смерти и возрождения.

- Быстрее! - прохрипела Гвен, не успела она договорить, как её собственное тело окутало мягкое голубое сияние. Волк же, сбросив с себя накатившее оцепенение, шагнул к артефакту, только её пальцы коснулись Ловца, как его самого обожгло так сильно, что он едва не вскрикнул. Это была не магия в обычном понимании, а чистая, концентрированная энергия, от которой плавился сам воздух. Он с усилием прижал её ладони к металлу и увидел, как тонкая ткань её платья вспыхнула, за мгновение сгорев дотла и опалив его кожу пуще прежнего.

Её хрупкая нагота, сияющая в голубом свете, не смутила его: Волк видел перед собой не женщину, а существо из какого-то другого мира.

- Сэр Рик, забирайте своих людей, и немедленно идите вниз! Уходите! - окрепшим голосом, просипела графиня, едва удерживая равновесие на трясущихся ногах.

Рыцарь, сомневаясь, замер на долю секунды, но всё же, пусть и с трудом, отпустил миледи. И, повинуясь приказу, шагнул к лестнице. За спиной он слышал её голос, искажённый энергией:

- Закройте глаза! Что бы ни случилось - не смотрите!

Рик со своими людьми успел сбежать на один пролёт, когда это произошло.

Золотой столп света с жутким свистом врезался в башню!

Грохот сотряс замок до самого основания!

Ударная волна швырнула его на стену, выбив дух. Камни под ногами ходили ходуном, а в ушах звенело так, словно рядом остервенело били в колокол.

И тут, среди этого хаоса он услышал её крик: долгий, пронзительный, полный нечеловеческой боли. Крик мгновенно утонул в рёве всё прибывающей энергии, в грохоте перестраивающейся реальности.

Свет был повсюду…

Даже с закрытыми глазами, даже сквозь каменные стены башни, Волк и все жители Грейстоуна вместе с ним видели его - золотое сияние, сделавшее мир прозрачным.

А потом… Потом наступила тишина.

Тишина громче любого грохота. В ней звучало что-то новое, незнакомое.

Мир обрёл голос, которого у него не было уже много веков.

Рик, оглушённый и потрясённый, с трудом выбрался во двор, двое его воинов не отставали. Он и все, кто был снаружи: стражники на стенах, слуги у колодца, кузнец у горна - все как один подняли головы и замерли в благоговейном ужасе, глядя на небеса…

Прямо над Северной башней в сером саване Пелены образовалась дыра. Идеально круглая, диаметром с сотню шагов. А в ней… чистое, пронзительно-синее полотно.

В центре этого окна горело око самого Создателя.

Настоящее. Живое. Солнце.

Его лучи, впервые за две сотни лет, коснулись земли. Они были тёплыми, живыми, полными силы. Люди попадали на колени, плача и протягивая руки к небу. Все они видели солнце впервые в жизни.

Там, на крыше башни, «Ловец», впитав в себя чудовищный поток энергии от далёкого телескопа, выполнил свою вторую задачу. Притянутую силу, коей было более 70%, он отзеркалил в небо, сфокусировав в один прямой луч, который, как раскалённый нож сливочное масло, пробил вековую Пелену.

А в центре этого столпа солнечного света стояла Гвендолин.

Нагая, окружённая сияющим ореолом, она быстро перестраивала «Ловца», её руки двигались с нечеловеческой скоростью