Берегись, чудовище! или Я - жена орка?! - Елена Амеличева Страница 5

К моменту, когда показалась деревенька, мой настрой сбежать совсем уж сдулся. Но домики с островерхими крышами, крытыми соломой и травой, порадовали сердце. Все ж таки не землянки какие или норы, как люди сказывали. Вполне себе нормальные жилища. Из труб даже вон дымок вьется. Поди, кушать готовят к ужину. Милота!

Желудок тут же выдал трель, на весь мир объявив, что хозяйка бестолковая с утра не емши. Мой орк, на руках которого я с комфортом проделала весь этот длинный путь, усмехнулся, но ничего не сказал. Конфузиться не стала. Может, меня даже покормят чем. На трапезу пригласят. Главное, чтобы не я сама на ней главным блюдом стала. А то вон их как много, одной мной точно не наедятся.

Посмотрела на жителей, что высыпали из домов и с любопытством глазели на нас. Поползли шепотки, шуточки — ну, все, как всегда. У людей также. Хлебом не корми, дай лясы поточить.

Глава 7 В гости к оркам

Но Самайн широко шагал вперед, не обращая внимания на пересуды. Прошел все поселение, подошел к избе на холме — большой, важной на вид, с россыпью сараек рядом, толкнул тяжелую дверь и внес меня внутрь. Положил на что-то мягкое и отошел в сторону.

Когда глаза привыкли к темноте, увидела его силуэт. Что-то зашипело, и несколько огоньков от свеч заплясали на столе. А следом зажегся желтым и кристалл под потолком. Стало уютно, светло — достаточно, чтобы оглядеться.

Жилье орка не было роскошным, но по сравнению с моей куцей каморкой на чердаке прядильни производило хорошее впечатление. На стенах висели пушистые, узорно вытканные ковры, уступая место луку со стрелами, мечу и еще какому-то предмету, назначение которого осталось неясным. На полу лежала шкура медведя. Из мебели имелась большая кровать, стол со стульями у окон, прикрытых деревянными ставнями, да сундуки вдоль стен — кованые, богатые, таких никогда не видала, они ж сами по себе на сокровища похожи. Чего в таких хранить-то?

Орк растопил камин — быстро и умело. Подкинул в него поленьев, и тот весело загудел, наполнив комнату смоляным ароматом.

— Не вздумай вставать, — велел Самайн и вышел из избы.

Я, конечно, тут же попробовала вскочить. Но куда там! Лишь шаг сделать успела. А на втором, когда наступила на ногу с ножом, тут же упала. Слезы прыснули из глаз от боли, что жгутом опоясала все тело. Когда Никифор сподличал, так не болело. А теперь, видать, пришло время все прелести от раны изведать.

Раздались тяжелые шаги. Орк выругался, поставил ведро с водой на пол, поднял меня и уложил обратно.

— Велено лежать было. Чего непонятного? — с укором глянул в лицо. — Не девка, а шилопопень мелкий!

Я промолчала. Сказать-то было нечего.

— Сбегать не рекомендую, — веско обронил мужчина. — По нашим законам ты — добыча. Если сбежишь, то любой сможет поймать и присвоить себе, а тебе это не понравится, поверь.

Он налил воды в котел, повесил над огнем и принялся что-то варить. Вскоре мой нос уловил аромат похлебки. Рот наполнился слюной. Желудок снова нетерпеливо напомнил о том, что пуст, как мой кошель.

— Сейчас дойдет варево, поешь, — накрыв котел крышкой, ответил ему Самайн и начал что-то делать на столе, повернувшись ко мне спиной. Запахло травами. — На, пей, — чуть погодя протянул мне кубок.

— Что это? — с недоверием взяла его в руки, принюхалась к содержимому.

— Для восстановления сил. Чтобы вылечилась.

— А потом что? — спросила прямо. — Ты меня домой отпустишь?

— В город хочешь вернуться? — его взгляд посуровел. — После того, как череп проломила тому парню, что тебя там ждет — темница или сразу виселица?

Я вновь промолчала, закусив губу. Да, так бывает, что и мне ответить нечего. Хоть и редко.

— Пей, — повторил орк. — Это обезболит рану.

Я начала пить отвар, но вздрогнула, когда почувствовала, что он трогает мою ногу. Теплые пальцы поползли по лодыжке вверх, разгоняя мурашки и стыд.

— Ты чего меня лапаешь, совсем совесть потерял, что ли? — возмутилась, когда руки коснулись нежной кожи бедра. — Чего под подол лезешь?

— Рану лечить надо, а не то загноится и придется тебе ногу отрезать, этого хочешь?

— Нет, но лучше лекаря позови.

— Лекаря нет, — отрезал он. — Сам сделаю, пей, — кивнул на кубок. — И помолчи.

Я допила отвар и закрыла рот. Было больно, особенно когда Самайн зашивал рану. Но страдания притупились, когда наложил на швы какую-то травяную мазь. Та пахла очень вкусно, я даже не удержалась и попробовала ее на вкус, подцепив немного пальчиком.

— Конфетка! — выдала, захихикав.

— Вовсе нет, — Самайн отнял у меня ступку с мазью. — Не балуйся.

— Я не виновата! — покачала головой и все поплыло. — Это все отвар твой. Что в нем было, признавайся! Чего намешал туда? Это что, веселящий напиток?

— Сонный отвар, — вздохнув, пояснил он. — Медведя с ног свалить может. Но не тебя, видимо. Ты угомонишься когда-нибудь?

— Никогда-нибудь! — заявила я и упала на подушки.

— Подожди, поешь, — орк наполнил плошку похлебкой из котла и дал мне.

Я схватила ложку и начала уплетать. М-м-м, картошечка, морковка, капуста и мяско — так вкусно, что пальцы откусишь по колено!

— Не торопись, обожжешься ведь, — Самайн улыбнулся, продолжив накладывать повязку.

— Спасибо, вкуснотища! — я мигом опустошила миску. - А теперь спи, — накрыл меня одеялом.

Я что-то пробормотала, но веки закрылись, будто были по весу не меньше ткацкого станка каждое, и сон утащил меня в свои неведомые дали, дав столь необходимый отдых. ******************** Мои хорошие, если книга Вам нравится, побалуйте нас с Музом, пожалуйста, лайками-сердечками! Нам будет очень-очень приятно и мы примемся творить для Вас с утроенной силой!))) Заранее всем огромное спасибо!)))

Глава 8 Чудище проснулось

Что за вонь? Не открывая глаз, сморщила нос. Опять, что ли, Рита какую-то пакость устроила? Она может. Крысу дохлую на подушку положить или паука. С нее станется. Ей идиотские шутки кажутся смешными.

Но пахнет гвоздикой. Странно. Я вдохнула резкий назойливый запах, открыла глаза и увидела…

Голый торс орка!

Не знаю, было ли обнажена остальная его часть, самая любопытная, это оставалось интригой — по фарватеру лежало одеяло, мне было не до этого — ведь явственно ощутила, что моя нога, которая здоровая, на него закинута!

Мамочки!!!

В голове злым роем голодных ос закружились вопросы. Отваром опоил, а сам воспользовался! В доверие втерся, порядочного изобразил, а потом… Да неужто мало мне Никифора гулящего, чтоб его