Обещанная демону, похищенная драконом - Анастасия Александровна Енодина Страница 64

— Вот, теперь просто чудесно! — оглядывая меня с ног до головы, сказала Адель одобрительно. — Но, вижу, каблуки не привычны вам, так что обязательно подберу что-то поудобнее, пока вы завтракаете. Ешьте плотнее — первую половину мероприятия будут лишь длинные речи и лёгкие закуски с выпивкой.

Впоследствии я была очень благодарна ей за то, что сразу после завтрака я смогла переобуться и почувствовать себя уверенней. Теперь смогу сбегать по потайным лестницам в сад и там, где-нибудь в тени деревьев, когда стемнеет, поделиться впечатлениями с Сильвером.

42

Бал уже начался, видимо. А, может, нет, и только грозил начаться. Я совершенно не разбиралась в этом, но точно знала — основная часть гостей уже прибыла в особняк.

И вот настал момент, которого я так боялась: нам предстояло выйти к людям, которые нас ждали. Нас уже объявили, так что медлить было нельзя, но мы с Дамианом всё стояли перед дверью, и я не давала мужчине открыть её.

— Ты прекрасна, Эрика, — попытался он успокоить меня. — Бояться нечего. Будь собой. Хочешь — отвечай на вопросы, не хочешь — игнорируй. Полная свобода. Можешь даже дебоширить — скажем, что так принято в твоём мире.

Мы переглянулись и улыбнулись друг другу. Вседозволенность радовала меня мало, но то, что Дамиан хотел поддержать, было очень приятно.

— Ладно, открывай! — выдохнула я, словно эта дверь впускала нас не в зал, где танцевали и общались люди, а в клетку с опасными хищниками.

Посмотрела на Дамиана так, словно эти самые хищники сожрут его, и больше мы не увидимся. Отчасти этого я и боялась: что что-то изменит наши отношения, и Дамиан придёт к выводу, что сделку надо отменить.

Понимала, что это пустой страх, но с ним справиться не получалось.

Мы шагнули из уютного коридора в ярко, ослепительно ярко освещённый зал, пропахший смесью дорогих духов, и я растерялась, поскольку никогда прежде не находилась в подобной обстановке и не ощущала на себе столько пристальных изучающих взглядов. Здесь каждая леди была одета в пышное вычурное платье, а каждый спутник такой леди держался гордо и напыщенно. Меня рассматривали и во мне разочаровывались: Дамиан выбрал простую иномирянку, которая, по мнению присутствующих, не могла затмить красоту здешних дам.

Музыка при нашем появлении сменилась, стала ненавязчивой и тихой. Мы шли, и люди перед нами расступались, уступая дорогу. Хоть они и не шарахались от нас, как от чумных, у меня всё равно создавалось такое впечатление. Наверно, моё впечатление не соответствовало действительности, и на самом деле это было знаком уважения, но мне всё равно не нравилось.

Нам дарили дежурные улыбки, но отвечать на них я не намеревалась, и Дамиан заметил это.

— Отлично, ты молодец: нечему тут улыбаться, — проговорил сквозь зубы Дамиан, который даже не собирался делать вид, что рад всем присутствующим. — Вон, Велес тоже притащился — ему можно слегка улыбнуться, — кивком он указал мне на парня, который в облике дракона спасал нас от пожара.

Я усмехнулась: неприветливость Дамиана к гостям забавляла. Он не собирался делать вид, что рад им.

— Проходим мимо всех вон к тем троим — это самые мерзкие люди на этом приёме, — шепнул Дамиан, хотя всё равно изменить направление мы бы не смогли, даже если б захотели: люди расступились, образовав коридор для нас. И коридор этот и правда вёл прямиком к двум женщинам и мужчине, что неотрывно наблюдали за нами с наигранными улыбками и колючими взглядами. — Это Карина и мои родители.

Я даже на миг остановилась, но Дамиан потянул за собой, вынуждая продолжить путь:

— Быстрее познакомишься с ними, быстрее можно будет о них забыть.

Приближаясь, рассматривала родителей Дамиана. Они и правда ничем не походили на него ни внешне, ни по поведению.

Им нравилось мероприятие, и они улыбались широкими белозубыми улыбками, которые сразу же захотелось стереть с их лиц. Но всё же я решила держаться скромно и не выводить их из себя, хоть очень и хотелось.

Всё, что я знала об этих людях, было не в их пользу, и теперь я убеждалась, что всё, что мне о них известно — правда.

Разглядывая эту пару, я старалась не смотреть на Карину. Почему-то она внушала мне большее опасение, чем родители Дамиана.

— Знаешь, что-то совсем не хочется знакомиться с моей предшественницей, — шепнула ему я, и он поморщился.

— Не называй её так. И себя, — попросил он. — Карина и ты — это слишком разное… И не переживай, они всё равно ничего не смогут сделать против нашего брака. Так что максимум вреда от них — злые косые взгляды и пересуды за спиной. Это не должно волновать тебя.

Сказал ли он это всё для меня, или с расчётом на то, что нас услышат — не знаю, но меня его слова ни капли не успокоили. И всё же я осмелилась посмотреть на Карину — мы как раз подошли к ним, так что не посмотреть на неё было бы как-то странно.

Карина оказалась довольно обычной. Никакой особой русалочьей красоты в ней я не заметила, и даже разочаровалась. Как-то иначе я представляла себе принцессу водного мира. Острые скулы, накрашенные тонкие губы, стервозный изгиб бровей — этим она походила на приёмную мать Дамиана, но отличалась бледностью тонкой кожи, которая казалась слишком сухой и начинала шелушиться.

Девушка имела характерное платье покроя типа «рыбка». Кроме того, оно богато переливалось, как чешуя, что добавляло образу завершённости. Рыжие волосы прекрасно сочетались с изумрудным цветом платья и совсем не подходили к светлым полупрозрачным слегка зеленоватым глазам.

— Это Карина, — представил мне девушку Дамиан, хоть я и сама прекрасно догадалась, кто передо мной. — Принцесса подводного мира…

— И прекраснейшая из русалок, — добавил отец Дамиана, смерив меня неодобрительным взглядом, и его супруга охотно поддержала его, заметив:

— Полагаю, даже гостье из другого мира понятно, что Карина и Дамиан просто созданы друг для друга, и небольшая интрижка не сможет стать помехой для брака.

И она посмотрела не на меня, а на Карину, словно опасалась, что девушка разозлится на переменчивость своего жениха и сама расторгнет договорённость о свадьбе.

Но Карина молчала. Правда, взгляд её был красноречивей всех слов: она смотрела на меня, как на полное ничтожество: с некой брезгливостью, каплей злости и явным чувством превосходства.

Захотелось как-то задеть её. Показать, что я не собираюсь соперничать с ней,