Прикосновение смерти - Т. Л. Мартин Страница 86

Бобби стоит там, на его лице играет мягкая улыбка, пока его глаза задерживаются на ней. Он отводит взгляд и поворачивается ко мне, а затем издает низкий свист, разглядывая меня с ног до головы.

— Ты знаешь, что я люблю тебя, но ты выглядишь как черт.

— Спасибо.

Клэр хмурится, наблюдая за тем же, что и Бобби.

— Эй, ты в порядке?

— Нет. А ты как?

Она мягко улыбается, но я вижу, что грусть еще не полностью покинула ее глаза.

— Я буду позже. — Я беру ее руку и слегка сжимаю. По крайней мере, это делает меня одной из них.

— Значит, Бобби заходил к тебе.

Я бросаю на него взгляд, говорящий о том, что я не настроена на болтовню, и она поднимает руки в знак капитуляции.

— Стоп, очевидно, не лучшее время. Просто сообщаю тебе, что через две недели я уезжаю домой.

— Правда? — Эти слова застают меня врасплох, и на меня накатывает неожиданная волна беспокойства. Я знаю, что это эгоистично, но я уже начала привыкать к тому, что он здесь, со мной. Он снова стал моим другом, как и все эти годы назад. Не знаю, смогу ли я сейчас потерять еще одного человека в своей жизни. — Почему две недели?

Он пожимает плечами.

— Нужно завершить контракт на временную работу, которую я нашел в городе. Иначе это было бы просто безответственно, а ты знаешь, что быть безответственным — не в моем характере.

Мои губы подрагивают, и на его лице появляется ухмылка, когда он показывает обвиняющий палец.

— Ха! Попалась.

Я закатываю глаза, не обращая внимания на ухмылку Клэр.

— Заткнись.

— Не, я серьезно. Что с тобой происходит?

— Я не хочу об этом говорить. И вообще, — я останавливаюсь и делаю жест в сторону часов, висящих за столом, — мне пора.

Клэр хватает меня за руку, как только я делаю первый шаг.

— Приходи ко мне позже. Когда будешь готова поговорить об этом. Хорошо?

Я минуту не отвечаю, потому что не знаю, что сказать. Что я никогда не смогу ей рассказать? Что она ни за что не поймет, что со мной происходит? Одно лишь осознание этого усиливает боль в моей бесплодной груди, но в конце концов я киваю.

— Хорошо.

Я отворачиваюсь и уже на полпути к выходу останавливаюсь и оглядываюсь.

— Привет, Бобби.

Он вскидывает бровь.

— Знаешь, ты можешь остаться. В смысле, если хочешь. Не так уж плохо, когда ты рядом.

Его рот наклоняется вверх, голубые глаза мерцают.

— Спасибо. И не так уж плохо, когда ты рядом.

Мы смотрим друг на друга в течение секунды, мирное понимание заполняет пробел между нами, затем я машу им обоим рукой и выхожу на улицу. Оказывается, недостаток сна не делает ходьбу тяжелее. На самом деле, это почти легко, когда ты находишься в туманном оцепенении и не чувствуешь отдачи от своих шагов.

Когда я прихожу, дверь мистера Блэквуда оказывается запертой, что странно, ведь я знаю, что он дома. Мало того, что его машина припаркована у входа, рядом с ней стоит еще один автомобиль, который я не узнаю. Гость? Может быть, еще один ясновидящий? Эта мысль пробуждает во мне нетерпение, возрождает остатки решимости, и я быстро открываю дверь. Я жду мгновение, ожидая услышать стук его шагов, направляющихся в фойе, как обычно, но ничего не слышу. Я стучу снова, на этот раз сильнее. Через минуту я слышу его. Стук, стук, стук.

Я делаю вдох и кладу одну руку на ручку, готовый приступить к работе. Но дверь не открывается. Вместо этого с той стороны доносится голос мистера Блэквуда, как всегда, ворчливый.

— Вы освобождены от должности.

Я хмурюсь, уверенная, что ослышалась.

— Что?

— Я сказал, что вы освобождены! Идите домой. Отпразднуй. Напейтесь.

— Мистер Блэквуд, я не уйду.

— Тогда, надеюсь, вы захватили зонтик. Я слышал, скоро пойдет дождь.

Я смотрю на тучи. Конечно, они серые и мутные. Мне повезло.

— Впустите меня. Мне нужно с вами поговорить.

— Не могу. Я больше не нуждаюсь в ваших услугах.

Я издаю рык и стучу в дверь. Какого черта? Я серьезно. Это из-за Энцо.

Наступает долгая пауза. Такая долгая, что я думаю, не ушел ли он. Но когда он снова заговорил, его голос прозвучал как-то ближе. Как будто он стоит прямо по ту сторону двери.

— Брось это, Лу. Я хочу, и ты тоже должна.

— Что? Вы не можете бросить это! — Мне плевать, что я кричу, и злость, подстегивающая мой адреналин, тоже не помешает. Я подхожу ближе, чтобы он слышал каждое мое слово. — Вы не понимаете. Я знаю Энцо. Я видела его. Я знаю, где его найти.

Он снова замолкает, и я пытаюсь представить, что творится у него в голове. Верит ли он мне вообще?

Проходит целая минута, а он все еще ничего не говорит, и гнев разгорается с новой силой.

— Вы так близко!

К моему удивлению, он отвечает на это.

— Нет, не близко. Ни в коем случае. Все кончено, ясно? Теперь мне нужно, чтобы ты ушла.

Я насмехаюсь, снова ударяя кулаком.

— О, это то, что вам нужно? Ну, мне нужно, чтобы вы открыли эту дурацкую дверь и начали работать со мной. Мне нужно… Мне нужно, чтобы вы верили. — Я зажмуриваю глаза, потому что, боже, я не хочу снова плакать. Скоро ничего не останется. — Вы нужны ему. Вы не можете просто отказаться от него.

Он не отвечает, но его молчание отвечает мне тем же. Он не собирается открывать дверь.

— Отлично! Я буду сидеть здесь весь день, если понадобится, вы же знаете.

По-прежнему ничего. Хотя я знаю, что он все еще стоит там. Иначе его стук выдал бы его. Я делаю шаг назад, опускаюсь и прислоняюсь спиной к стене.

Он хочет быть упрямым? Что ж, двое могут сыграть в эту игру.

Я вымокла. Это не просто легкий моросящий дождь, а настоящий неистовый ливень. Он хлещет во все стороны, объединяясь с ветром, чтобы добраться до меня, несмотря на частичное укрытие над головой. Я дрожу так сильно, что стучат зубы, но не собираюсь отступать. Если Энцо может смириться с темной пустотой, высасывающей из него жизнь, пока я сижу здесь, на этом крыльце, то я смогу справиться с небольшим дождем.

Не знаю, сколько времени я так просижу, прежде чем дверь со скрипом откроется, и на улицу вынесут тарелку