Портрет - Анастасия Сонина Страница 36

"Портрет Дориана Грея", Оскар Уайльд

Не зря говорят, что утро вечера мудренее. Многие события во мраке ночи приобретают совершенно иной окрас, нежели под тёплыми лучами утреннего солнца. Я поднимаюсь еще до восхода в удивительно приподнятом, даже скорее возбужденном настроении. Теперь у меня есть цель, не четкий план действий, но хотя бы примерное понимание того, что мне нужно сделать. Если забрать дневники законным путём – задача не из лёгких, значит придётся пойти незаконным, но для этого мне понадобится помощь Дэвида.

Я написала ему сообщение сразу после пробуждения, но до сих пор жду ответа, пытаясь совладать с эмоциями. Мне безумно хочется поделиться своей идеей с кем-то, но Матильда начнет переживать за меня ещё больше. Проанализировав на свежую голову наш вчерашний разговор, а также подслушанный мной отрывок беседы, я убеждаю себя, что её опасения напрасны. Она не первая, кто решает предупредить меня о возможных последствиях. Господин Ришар уже упоминал "погоню за призраками", которой я могу поддаться, но мне эта ситуация видится в другом свете. Я буду бороться за Дэниэля, пока есть надежда, и несмотря на то, что теперь это личное, я смогу со всем справиться. Я смогу сделать всё необходимое. По крайней мере мне хочется в это верить. И если тетя мне теперь не помощник, то я уверена, что Дэвид не откажет мне в одной маленькой услуге.

Будто в подтверждение моих слов руке вибрирует телефон, и на экране высвечивается входящее сообщение: "Привет, Стейси! С радостью выпью с тобой кофе в городе, заеду в 7 :)" Я резко выдыхаю от облегчения. Теперь нужно понять, как уговорить его на задуманную мной авантюру, но для этого у меня еще весь день впереди.

Я спускаюсь в столовую, чтобы быстренько позавтракать перед работой. Каталог почти завершён, и меня это очень радует. Пускай я и люблю свою работу, мне становится легче оттого, что появится возможность провести больше времени за поисками способа разрушить проклятие. Матильда сегодня вопреки своему обычному настроению печальна и молчалива. Мне неловко от осознания, что это я стала причиной её плохого состояния, и всё же не могу найти веского повода разводить такую трагедию из-за моего общения с Дэниэлем. Мне казалось, что она будет более понимающей и поддерживающей, учитывая то, с чем мне пришлось столкнуться. О таких вещах никому не рассказывают, если не хотят обречь себя на пожизненное клеймо психопата, и мне очень повезло, что я нахожусь среди тех, кто мне верит. Но тётя больше не заговаривает со мной на эту тему, да и я сама не хочу вновь выслушивать нравоучения. Я установила между мной и господином Де Лабомом границы, и смогла уладить отношения с Дэвидом, а значит у меня всё под контролем. Я справляюсь. Только вот почему-то чем чаще я об этом думаю, тем меньше уверенности испытываю. Аппетит пропадает, и я отношу тарелку с недоеденным омлетом на кухню.

– Спасибо, было очень вкусно, я просто… не голодна.

Тётя одаривает меня скептическим взглядом и поджимает губы, а я улыбаясь пячусь к двери, чтобы поскорее сбежать в галерею и погрузиться в работу. Это должно помочь мне отвлечься от ненужных мыслей. "Я справляюсь".

Несмотря на обилие дел, день тянется невыносимо долго. Так бывает, когда ты чего-то очень сильно ждешь, а остальное перестаёт иметь смысл. О Дэниэле я стараюсь не думать, хотя и решила, что по возвращению навещу его и изложу свой план. Посещение картины после свидания с Дэвидом стало какой-то странной традицией, как будто сама Вселенная хочет, чтобы я разбиралась в своих чувствах, познавая их в сравнении. Но если предстоящая встреча в кафе не вызывает во мне никаких сильных эмоций, то предвкушение от последующего разговора с господином Де Лабомом мне не удается полностью подавить. От одной только мысли сердце бьется быстрее, а желудок стягивает узлом. Интересно, ждет ли он встречи со мной? Волнует ли его моя близость также сильно? Из размышлений меня вырывает тихий стук в дверь, а через пару секунд на пороге появляется Дэвид. Я захлопываю ноутбук и оставляю записи на столе в творческом беспорядке.

– Привет! Готова ехать? – спрашивает он бодрым голосом. – Матильда сказала, что ты ничего не ела, поэтому меняем планы, я забронировал столик в "La Pecherie", накормлю тебя морепродуктами.

– Это того не стоит, я не…

– Тсссс… не будем её расстраивать! Если будешь себя хорошо вести, закажем вкуснейшее белое домашнее вино, его только там подают! – Он смотрит на меня с выжидающей улыбкой.

– Ну как тут можно устоять! – Я захватываю бежевый кардиган, висевший на спинке стула, и мы посмеиваясь направляемся к выходу. Вино сегодня явно будет не лишним.

***

Мы с Дэвидом сидим за маленьким уютным столиком у окна, наблюдая за немногочисленными прохожими, когда официант приносит огромное блюдо, наполненное мидиями, креветками, кальмарами и осьминогами. Еще мы заказали дюжину устриц с острым соусом, хлебную корзинку и графин холодного белого вина. Я решаю воспользоваться тем, что Дэвид уже приступил к еде, и в данный момент сосредоточенно разжевывает какого-то морского гада, и сразу перехожу к делу.

– Что бы ты мне ответил, если бы я попросила тебя помочь мне незаконно пробраться в монастырь и выкрасть там кое-какие записи?

От неожиданности Дэвид выплевывает кусок креветки и сильно закашливается, так что неподалеку стоящая официантка подбегает к нему со стаканом воды и уходит, только получив подтверждение, что у нас все хорошо. Я с нескрываемым волнением поглядываю на своего спутника в ожидании его вердикта. Он делает глоток вина, после чего смотрит на меня озадаченно и серьезно в течение минуты.

– Ты с ума сошла? – в конце концов спрашивает он и откидывается на спинку кресла. – Ты серьезно хочешь совершить преступление? Чего ради?

– Знаешь, – я заламываю руки и намеренно растягиваю слова, – формально вещь, о которой идет речь, принадлежит мне. Чтобы это доказать, понадобится время, которого у меня нет, поэтому мне нужен план. И твоя помощь.

– Что ты хочешь украсть? – обреченно спрашивает Дэвид, и я вижу, как он сдаётся.

– Дневники Катрин Монвуазен. Мне кажется, в них должны быть ответы. Я хочу спасти Дэниэля, ты же меня понимаешь…

При упоминании господина Де Лабома выражение лица Дэвида становится немного грустным, но он быстро берет себя в руки и возвращает свою фирменную улыбку.

– Ладно, Стейси, хоть ты и чокнутая на всю голову, как я могу тебе отказать. План, план, план… – Он задумчиво попивает вино, а затем достает мобильный и набирает чей-то номер. –