Вдвое больше притворства - Лорен Блэйкли Страница 66

Глава 44. Одновременно?

Трина

Чувствую себя как после десяти банок энергетика, хотя ничего такого не употребляла. Тем не менее утром во вторник меня трясет от нервов, и я уже готова дышать в бумажный пакетик.

Обри хватает меня за руку.

– Ты справишься, – подбадривает она.

Делаю глубокий вдох и киваю. Мы дома – в моем новом доме, – и парни сейчас в спортзале.

Скоро я отправлюсь на встречу со своей семьей, чтобы позавтракать с ними перед работой.

– Я справлюсь, – говорю я.

– Вот увидишь, будет трах, бах – и готово, – кивает она и подмигивает: – Прямо как с твоими парнями!

– На самом деле, у нас происходит больше чем один «трах».

Она щурится:

– Я тебя ненавижу! Все, что мне нужно, – это один хороший трах.

– Некоторые девочки мечтают о единорогах. Другие – о единорожьих членах, – изрекаю я, и мы вместе уходим.

Она провожает меня через квартал и до Филмор, и мы расстаемся перед кафе «У Минди».

Приглаживаю рубашку ладонью и сглатываю. Захожу внутрь и сразу замечаю своих родных в кабинке. Присоединяюсь к ним и сажусь напротив сестры, которая – готова поспорить – будет беременной вечно.

– Сороковая неделя – это размер тыквы, да? – спрашиваю я, сосредотачиваясь на Кэсси, потому что нельзя так просто взять и сказать: «Эй, я в отношениях с двумя парнями сразу». Тут нужна подготовка.

– Сорок недель, два дня и пять миллионов часов, – говорит она абсолютно несчастным тоном. – И все это значит, что я размером с дом.

Сочувственно похлопываю ее по плечу.

Мама смеется.

– Такими темпами ты скоро превратишься в целый особняк!

– Может, даже в жилой комплекс, – добавляет папа.

Кэсси хмурится.

– Я – целый город, – поворачивается она ко мне: – Но спасибо тебе большое за все книжки из моего списка. Это круто!

Я улыбаюсь, вспоминая, как мы с Чейзом покупали эти книги в «Таргете». Он такой замечательны парень! Я справлюсь. Я смогу рассказать им. С минуты на минуту.

– Рада, что тебе понравилось! Мне уже не терпится почитать их племяннику или племяннице, – говорю я и вместе с этими словами кое-что понимаю: я буду потрясной тетей именно поэтому. Я смогу читать малышу дни напролет!

– А у тебя как дела? – спрашивает Кэсси, возвращаясь к своему командному тону. – Как студия? Как ты? Это безопасный район? Точно не хочешь вернуться ко мне?

Вот он, мой шанс!

– Как раз об этом я и хотела поговорить, – начинаю я, хотя от нервов у меня в животе, кажется, марширует целый батальон. – Я в отношениях.

Это начало, но только самое начало, потому что пока мы не дошли до множественного числа.

Мама широко улыбается.

– О, вы с парнем из собачьего парка снова сошлись? Значит, все серьезно?

Она даже не скрывает сердечки и цветочки в голосе.

Просто скажи!

– Да, и с его лучшим другом. Я в отношениях с двумя парнями, – говорю я, наконец раскрывая всю правду.

Это я. Примите меня такой, какая я есть.

Кэсси хмурится. Мама наклоняет голову. Папа сидит с отсутствующим выражением лица. Я продолжаю:

– Я не ожидала, что вы поймете. Не ожидаю, что вам это понравится. Но это нравится мне. Я люблю их, а они любят меня. Я хочу, чтобы вы знали, что я такая. Серьезно. Это я.

Кэсси роняет челюсть, и у нее во рту наверняка можно поместить особняк. Но она молчит. У нее нет слов от удивления. В кои-то веки!

Мама первой находит свой голос.

– Ты с обоими?.. – Звучит как уточняющий вопрос, как будто она не уверена, правильно ли услышала.

– Да. Мы вместе. Я с ними двоими, и каждый из них – со мной.

– Ой, – говорит она, а потом наклоняет голову в другую сторону. – О-ой… – моргает. – Одновре… – Она затыкает себе рот ладонью.

Папа останавливает ее жестом.

– Милая, это не та тема, в которую мне хотелось бы углубляться.

Да, папуль, с этим не поспоришь!

Мама смотрит на меня с огорчением.

– Прости, пожалуйста.

Я предвидела где-то миллион сценариев, по которым могло бы пройти это утро, но и подумать не могла, что мама будет извиняться за то, что нечаянно спросила, прилагаются ли к моему утреннему кофе два члена разом.

– Забыли! – говорю я, хотя на самом деле мои парни незабываемы.

Кэсси поднимает палец и наконец заговаривает:

– Ты из-за этого была расстроена, когда ко мне приехала?

– Да, – признаю́сь я. – Я думала, у нас ничего не выйдет. Я ошибалась.

– Ты говорила только об одном парне. Почему не сказала мне правду? – обиженно спрашивает сестра.

Она серьезно?

– Может быть, потому что тебе не нравится, что я делаю со своей жизнью? – говорю я, но это больше похоже на вопрос. Ее что-то удивляет?

– Мне плевать, что у тебя два парня! – говорит она. И мне кажется – или ее взгляд честен? – Меня волнует, когда кто-то причиняет тебе боль. Я не хочу, чтобы мою сестренку обижали. Если они тебя обидят, им придется отвечать передо мной.

– Так мило! – говорю я, моргая сквозь неожиданные слезы.

– Это не должно быть мило, – бойко говорит она. – Это угроза вообще-то!

Мама смеется, мы с Кэсси присоединяемся. И, кажется, моя сестра тоже придуманный мною тип личности. Защитник. Совсем как Райкер! Теперь я немного лучше ее понимаю.

– Значит, ты не стала бы осуждать меня за то, что я влюблена в двух парней сразу?

Кэсси отвечает быстро, как обычно:

– Я думаю, что это странно. Я такое не понимаю. Но ты принесла мне кекс и позвонила, когда тебе надо было поговорить. И пришла на вечеринку с горой детских книжек. Чего еще можно хотеть от сестры? – говорит она.

Похоже, это максимум того, что я от нее получу. И на том спасибо!

– Спасибо, – искренне говорю я.

Мама откашливается:

– У меня есть вопросы.

– Дорогая, пожалуйста, только не снова! – суровым тоном предупреждает папа.

– Не об этом, – говорит мама, напряженно глядя на меня. – Скорее о том, как их называть, когда мы встретимся. Ждать ли их двоих на День благодарения? Я не знаю, как все это устроено… Я совсем в таком не разбираюсь, но понимаю, что для тебя рассказать нам об этом – очень серьезный шаг. Так что я буду задавать вопросы. Например, когда я буду представлять вас троих, что мне говорить? «Это Трина и ее бойфренды»?

Только сегодня я узнала, что моя мама тоже весьма практична.

Вот так живешь себе, а люди находят, чем тебя удивить!

– Да, звучит неплохо.

Эпилог.