Аид и Персефона. Симфония судьбы - Дана Делон Страница 13

значение. Каждая мелочь была частью одного большого пазла, и, если хоть одна деталь становилась не на свое место, весь рисунок шел насмарку. Персефона знала это. Поэтому тем вечером в ресторане все должно было пройти безупречно. И если для этого Рашель нужно было накричать на Тристана – пусть будет так. Порой удача заходит в жизнь человека под маской неприятностей.

Тристан пригладил волосы, натянул на лицо улыбку и пошел принимать заказ у профессора, который изучал карту вин и довольно кивал.

– Menu provençal, я наслышан, что оно у вас особенное и умеет удивлять! – Верман чуть ли не мурлыкал от предвкушения.

Удивлен был Тристан, но сумел сдержать эмоции и ответил:

– Да, наш шеф очень гордится этим меню.

– А рыба у вас откуда?

– Из Нормандии, – сказал Тристан.

– Какое вино вы посоветуете?

– Думаю, я позову сомелье, она поможет вам выбрать, – сдержанно улыбнулся он.

Вермана все устроило. Он отдал Тристану меню, и тот ушел на кухню передавать заказ.

Первым блюдом в menu provençal подавался крем-суп из рыбы с сухариками. Когда Тристан вернулся в зал и поставил горячую тарелку перед профессором, он неожиданно услышал знакомое имя.

– Да-да, Ирис де ла Фонтен, – говорил профессор в трубку. – Ты только послушай ее, но сразу скажу: сейчас она не в форме. Девочка, кажется, словила легкую депрессию. Ну, ты знаешь – молодежь и их экзистенциальные кризисы, – фыркнул он. – Стой-стой, запишу.

Верман вытащил из внутреннего кармана пиджака ручку и прямо на салфетке небрежным почерком написал адрес: 110 рю Сент-Оноре, второй этаж.

– Завтра в четыре. – Он внимательно выслушал собеседника и отозвался. – Понял. Придем вовремя, не переживай. Сразу скажу: с ней будет бабушка, ты же ее знаешь. Так что выпей успокоительное. До встречи, – хрипло рассмеялся профессор и положил трубку.

Тристан почувствовал, будто земля ушла у него из-под ног. С ватными коленями он вернулся на кухню. Шеф подозвал его и ткнул пальцем в тарелку, которую тот схватил голыми руками – и… обжегся.

– Ты что творишь?! – закричал шеф.

Тристан словно в замедленной съемке смотрел, как тарелка с дорадой падает на пол, расплескав соус и картофельное пюре с трюфелем. Его пальцы жгло, но боль он ощущал как-то отстраненно. Реми подскочил, схватил его за руку и, потянув за собой, сунул его красную ладонь под струю ледяной воды.

– Чувак, какого черта?!

Персефона смотрела на Тристана во все глаза, жадно впитывая каждую его эмоцию.

– Невероятно, – прошептала она, кружась вокруг него. – Да ты влюбился… по-настоящему влюбился.

Зеленые глаза богини сверкали. Она даже готова была забрать его боль и подарить ему покой, ее завораживало, что единственная, о ком сейчас думал Тристан, – это Ирис.

«Ты ведь точно будешь там, правда?» – прошептала она с предвкушением ему на ухо. И, словно в подтверждение ее слов, Тристан повернулся к Реми и резко сказал:

– Мне нужно, чтобы завтра ты подменил меня.

Акт VII

Утром Тристан с удивлением обнаружил, что его ожог полностью прошел. Решив, что мазь, которую ему дала девушка в аптеке, волшебная, он радовался, что ничего не болит. Мазь отчасти и была волшебная. Персефона сделала ему ночью перевязку из цветов асфоделя и росы с полей Элизиума – так лечили раны героев в подземном мире.

Тристан был на рю Сент-Оноре с четырех часов дня – в надежде, что Ирис появится чуть раньше. Но она приехала на черном «мерседесе» с водителем и бабушкой ровно в 16:25. Стоило ему увидеть ее, как за ребрами что-то хрустнуло.

Она выглядела восхитительно. На ней было темно-синее пальто, идеально подчеркивающее талию, узкий шарф цвета шампанского, завязанный небрежным узлом, и короткие перчатки из мягкой кожи. Подол юбки слегка колыхался от ветра, показывая колготки оттенка мокрого асфальта и лакированные ботильоны на устойчивом каблуке. Волосы Ирис были уложены в безупречные волны, а в ушах поблескивали жемчужные серьги – деталь, которая придавала ей романтичности.

Тристан растерялся. Он не знал, что делать, и просто замер, глядя на нее. Персефона в ужасе закружилась вокруг него.

– Давай же, остолоп! Позови ее! – возмутилась она.

– Все идет не по плану? – раздался знакомый голос позади.

Аид стоял неподалеку, скрестив руки на груди, и с любопытством наблюдал за супругой.

– Тебе еще не надоело? – спросил он с легкой усмешкой.

Он был уверен, что Персефона быстро насытится играми со смертными и вернется в царство теней. Но сегодня, зайдя в их покои, он понял: она снова среди людей. И был даже впечатлен ее упрямством.

– Нисколечко, – вспыхнула она, – тем более теперь в это дело влез Амур! – Зеленые глаза богини сверкнули. – Этот ангелочек не показывается мне на глаза, но карты перемешал знатно!

Аид подошел к жене и обнял ее, скользнув носом вдоль шеи, где под кожей пульсировала тонкая венка. Сделав глубокий вдох, он прошептал:

– Я скучаю.

Персефона виновато взглянула на него:

– Я тоже… но…

Бог смерти мягко смахнул светлые пряди с ее лица и улыбнулся уголком губ:

– Но?

– Мне все мешают! – вспыхнула она. – А этот стоит как статуя, вместо того чтобы подойти к девушке, в которую влюблен!

Аид продолжал гладить ее волосы, выслушивая поток возмущений о том, как Амур все испортил. Затем щелкнул пальцами. Персефона, выглянув поверх его плеча, успела увидеть, как Ирис повернула голову и встретилась взглядом с Тристаном.

– Что? Как? Ты можешь управлять людьми? – удивленно воскликнула она.

– Иногда они просто чувствуют легкий зуд в затылке, – спокойно ответил Аид. – И бывают вынуждены посмотреть куда мне нужно.

– И где же ты был раньше?

– Похоже, в этот раз я пришел вовремя, – ответил он мягко, но глаза его потемнели. – По крайней мере, быстрее Гермеса.

Персефона прильнула к нему всем телом.

– Что-нибудь в этом мире остается скрытым от тебя? – спросила она тихо.

– Ничего, что касается моей богини, – произнес он и коснулся губами ее лба.

Тем временем Ирис и Тристан обменялись взглядами – растерянными, настороженными, но полными чувств. Ирис будто пыталась сказать: «Только не уходи!» А Тристан: «Давай поговорим!» По выражению ее лица он понял, что лучше не приближаться и не выдавать себя.

Впервые он увидел бабушку Ирис – женщину, с которой не хотел бы иметь дел ни при каких обстоятельствах. Она прошла мимо него, словно туча, от которой пахло резкими тяжелыми духами, и воздух вокруг на мгновение сгустился.

Ирис прошла в здание вслед за ней, а водитель отъехал. Тристан сунул руки в карманы и поднял ворот куртки, кутаясь в нее и прячась от холодного