Девяносто девять дней в "Сантосе" - Юлия Поспешная Страница 2

она хотела, чтобы я действительно развеялась и отдохнула от всего пережитого, стоило на эти три-четыре, а лучше пять-шесть дней, слетать в Италию или, хотя бы, в Грецию. Да я бы даже на Египет согласилась, чем плескаться в море отечественной Анапы… Хотя нет. Лучше уж Анапа. Не хочу никого оскорбить, но Египет и Турцию я не слишком жалую. Во-первых потому, что наши туристы порой ведут себя там так, что не знаешь куда глаза девать от стыда и, вообще, после некоторых эксцесов, иной раз, стараешься нигде, кроме как в номере, по-русски не говорить. А во-вторых, возможно это только мне так «везёт», но каждый раз, что в солнечном Египте, что в жаркой Турции, отдых мне серьёзно портили местные «мачо», которые, как оказалось, вообще не понимают слова «нет». И не дай Бог, ещё им приветливо улыбнуться, ненароком, или просто в глаза посмотреть. Это — всё. Отдых гарантировано будет испорчен!

Ну, кажется, я нашла хоть что-то положительное в более родной и близкой Анапе. Посмотрим, изменилось ли там что-то за последние двенадцать лет, что я там не была.

Когда самолёт совершил посадку, и мы с мамой вышли из терминала, я сразу же ощутила резкий контраст между родным московским маем и местным, анапинским. Разница была этак градусов в десять-пятнадцать, если не больше. И если в столице пуховики и пальто уже сменили на легкие френчи и демисезонные куртки, то здесь, в Анапе, народ вовсю щеголял в шортах и футболках.

Я, на радостях, стянула свою легкую кожаную куртку и повесила на руку.

Миновав стойбище крайне настойчивых таксистов, мы прошли чуть дальше, где вызвали Uber и через восемь минут к нам подъехал лоснящийся от блеска чёрный Nissan Teana.

Сначала, перед отелем, мама хотела кое-куда заехать, но не говорила куда именно. Я не была этому слишком удивлена, моя мама всегда была сама себе на уме и, обычно, даже папу не всегда посвящала в свои планы. Но я была крайне заинтригована, когда на карте, в момент указания точки прибытия, увидела обозначение дельфинарий «Сантос». Я ко всему была готова и во многое могу поверить… кроме того, что моя мама внезапно, по какой-то капризной прихоти, захотела первым делом увидеть местный дельфинарий. Что-то тут не клеилось. А на мои вопросы она, не оборачиваясь с переднего сидения, всё также скомкано отвечала:

— Ничего особенного, о чем тебе стоило бы волноваться. Мне просто нужно передать кое-какие документы… одному человеку.

— А что за человек? — осторожно спросила я. — И почему ты раньше не говорила, что у тебя есть знакомый из… дельфинария?

— Потому, что это не важно, — холодно ответила мама.

— Но…

— Света! — когда мама хочет мне показать, что она мной недовольна, она специально использую ненавистную мне сокращенную форму моего имени.

— Я просто спросила... — обиженно проговорила я.

— Я уже ответила, — недоброжелательно процедила мама. — Это всё, что тебе следует знать.

С этими словами, она демонстративно уставилась в окно. Я с удивлением смотрела на неё с заднего сидения автомобиля

Ну и что это с ней такое? Почему она такая раздраженная и даже вроде нервничает? Ничего не понимаю…

Мамина резкая реакция и слова только пробудили мое любопытство. Я решила, что если даже она настоит, чтобы я оставалась в машине, когда мы приедем, я всё равно выберусь и посмотрю, что там за дельфинарий и с кем будет встречаться моя мать.

Всю дорогу я прикидывала, зачем и с кем моей маме может понадобиться встречаться в анапинском дельфинарии. Дельфинов она не жалует, как, впрочем, и вообще, всех животных. И остаётся только мучиться догадками, какой у неё может быть интерес в дельфинарии.

Пока мы ехали, я глазела по сторонам и успела немало раз удивиться тому, как разительно преобразился маленький курортный городок. Не Малибу, конечно, но картинка за окном радовала глаз новенькими современными домами, многочисленными уютными кафешками, яркими магазинчиками и эффектными вывесками баров и ночных клубов. На дорогах, в автомобильном потоке заурядных для мегаполиса машин, несколько раз мелькнули роскошные спорткары и кабриолеты разных моделей. Для меня лично, среднее качество автомобилей — один из показателей уровня жизни в любом городе и, судя по всему, маленький Кранодарский городок, на берегу Чёрного моря, вполне себе счастливо процветает. Улицы, дороги, автобусные остановки, бесчисленное количество аккуратных и живописных двух и трёхэтажных коттеджей, которые скорее ожидаешь увидеть где-нибудь в Штатах или Западной Европе, но никак ни в Российской провинции. В общем, сегодня был тот редкий случай, когда реальность приятно превзошла все мои ожидания.

Правда, когда мы проезжали парочку пляжей, я загрустила, увидев толкущихся там людей. Ну, что же, будем надеяться, это дешевые или вообще бесплатные пляжи.

Мы миновали ещё несколько улиц, плотно застроенных разномастными коттеджами и наконец такси остановилось перед фасадом, переливающегося солнечными бликами, футуристического здания. Перед парадным входом красовалась небольшая, вымощенная брусчаткой, площадь, и оформленная лужайка. В центре лужайки водружалась металлическая статуя двух дельфинов и касатки.

Над входом в здание дельфинария красовалась ярко-бирюзовая вывеска: «Сантос. Остров дельфинов». И рядом картинка с дельфином, перепрыгивающим нарисованный остров.

— Так, Светлана, мне нужно быстро встретиться с одним… человеком. А ты пока посиди тут, не уходи никуда. Понятно?

— Нет! — тут же воскликнула я.

— Светлана…

— Я хочу с тобой, — твёрдо сказала я.

— В этом нет никакой необходимости, — нервно оглядываясь по сторонам, строго ответила мать.

— Мама, я…

— Я всё сказала, Светлана. Жди здесь!

Не дав мне сказать и слова, она вышла из машины и мягко прикрыла за собой дверь. Я с подозрением посмотрела ей вслед. Интрига нарастает. Почему это мама так яростно возражает против того, чтобы я заходила внутрь? Что там такое может быть?

Мелькнула мысль, что может там и вправду что-то такое, о чем мне действительно лучше не знать. Сложив руки на груди, я вертела головой по сторонам. Я попыталась отвлечься от мысли, что понадобилось моей маме в этом дельфинарии, но чем больше я старалась не думать об этом, тем больше разогревалось мое любопытство. Оно нагнетало, подстёгивало и становилось невыносимым. Я заёрзала на месте, быстро оглянулась на дельфинарий.

Что же там такое? Зачем маме так срочно понадобилось в этот «Сантос»? И почему она действительно так сильно не желает, чтобы я узнала это?

Все эти вопросы беспокойно толклись у меня в голове, перекрывая собой все иные мысли.

В конце концов я поняла, что должна узнать правду. Даже рискуя вызвать мамин гнев и целю серию убийственных нотаций в мой адрес. Ничего, к последним