Отель "Империал" - Виктория Новикова Страница 2

Со мной в группе училась студентка по обмену — Эрика из Лос-Анджелеса. Она неплохо говорила по-русски, и мы быстро стали лучшими подругами. Через два семестра она уехала в Нью-Йорк, но мы продолжали общаться по телефону, а иногда она приезжала ко мне в гости.

Эрика не одобряла мой выбор, считая Виктора ловеласом. Хотя мне казалось, что он интересуется только мной. Я всем сердцем верила любимому — он был моим первым мужчиной во всех смыслах.

Выбежав из отеля, я не знала, куда ехать. В голове билась только одна мысль: «Он не должен меня найти». Поймав такси, я отправилась в гостиницу, где остановилась с директором, чтобы забрать вещи. Сказав водителю подождать, я поднялась в номер.

С трудом сдерживая истерику, я на автомате собрала чемодан. А когда дело было сделано, силы окончательно покинули меня. Я упала на кровать и, уткнувшись лицом в подушку, разрыдалась.

— За что вы так со мной? — рыдала я, колотя по ней кулаками.

Сквозь собственный плач и шум в ушах я не сразу поняла, что звонит телефон. На экране высветилось имя Эрики. Я сбросила вызов — говорить ни с кем не хотелось. Но телефон зазвонил снова. И снова. Вздохнув, я ответила.

Слова лились из меня потоком — о Викторе, о подруге, о номере в отеле… Я говорила и чувствовала, как меня начинает колотить дрожь. И тут Эрика произнесла слова, которые прозвучали как спасение:

— Пора оставить прошлое в России и переехать ко мне. Купи билет и прилетай. Первую неделю поживешь в отеле — я сейчас у родителей в Лос-Анджелесе, но скоро вернусь, и ты переедешь ко мне. Не волнуйся, все будет хорошо.

Я вцепилась в эту идею, как утопающий в протянутую руку. Это был выход. Единственный способ исчезнуть из его поля зрения.

— Не знаю, Эри. Смогу ли я так просто уехать? А как же родители?

— Ты и так редко с ними видишься. Будешь созваниваться.

— Но как я справлюсь с английским языком?

— Бери себя в руки и поезжай! Пока ждешь рейс, выбери отель. Позвони, когда прилетишь.

Я сдала ключ-карту администратору и вышла на улицу, постоянно оглядываясь по сторонам. Как хорошо, что такси все еще ждало. Сев в машину, я извинилась за задержку и дрожащим голосом попросила ехать в аэропорт.

По пути я позвонила директору. Он долго не мог понять мое бессвязное бормотание, а потом начал уговаривать подумать, но я оборвала его:

— Пожалуйста, просто уволите меня! Я не могу здесь больше оставаться!

Он в итоге сдался.

В аэропорту я боялась не долгого ожидания. Я боялась увидеть его в толпе. Когда кассир сказала: «Есть один билет на ближайший рейс до Нью-Йорка», я не раздумывала ни секунды. Я не смотрела на цену, не читала условия возврата, не проверяла стыковки. Просто взяла билет и пошла на посадку в самолет, который увезет меня подальше от всего этого.

Как только мы взлетели, я откинулась в кресле, натянула маску на глаза и провалилась в тяжелое забытье. Позже меня разбудила стюардесса, сообщив о том, что мы совершаем посадку в аэропорту Нью-Йорка.

Поймав такси, я назвала адрес отеля, который нашла еще в Москве. Всю дорогу я смотрела в окно невидящим взглядом. Внутри все было пусто и гулко, и мне хотелось только одного — чтобы эта дорога закончилась.

Рассчитавшись с таксистом, я вошла в лобби отеля «Империал». Пока шла к стойке регистрации, мне казалось, что все на меня смотрят.

— Здравствуйте, добро пожаловать в отель «Империал», чем я могу вам помочь? — улыбнулся молодой администратор по имени Даниэль.

— Здравствуйте. Я звонила вам около одиннадцати часов назад и бронировала номер на имя Екатерина Савина.

— Да-да… Ваш номер на десять дней для одного человека?

Я кивнула, не в силах выговорить ни слова, и молча протянула карту. Сейчас деньги не имели значения. Важна была только безопасность этих стен.

Портье проводил меня до номера 525 на двадцать пятом этаже. Я дала ему чаевые, и он ушел, оставив меня одну.

Номер был уютный, в скандинавском стиле. Панорамные окна открывали вид на Центральный парк, огни и зелень, бесконечные улицы чужого города. Но вся эта красота была не моей. Она была холодной и далекой, и мне хотелось только закрыть шторы.

Не раздеваясь, я прошла в ванную и включила воду. Мне нужно было смыть с себя этот день. Пальцы дрожали, и пуговицы сами собой поддавались, будто тело знало, что делать, даже когда мысли путались. Горячая пена скрыла меня целиком, и только тогда я позволила себе снова заплакать — тихо и обреченно. Оплакивая наивную веру и его пустые обещания, я отчаянно цеплялась за призрачную надежду на спасение в чужой стране.

Глава 3

Глава 3

Первые три дня я почти не выходила из номера. Заказывала вино, смотрела в окно, спала — и снова смотрела в окно. На четвертый день поняла: если останусь здесь еще хоть на сутки, то просто не встану с кровати. Тогда я заставила себя подняться.

Настроения не было, состояние подавленное. Боль внутри нарастала с каждой секундой, и я все глубже тонула в своем горе и печали, боясь, что больше никогда и никому не смогу доверять.

Чтобы не провести день в неподвижности, я пересилила себя и, нацепив легкий летний сарафан цвета морской волны, отправилась на двадцатый этаж в ресторан «Verona».

Весь этаж был выделен под ресторан. Стиль здесь был такой же, как и во всем отеле, — сдержанный и дорогой. Я села за барную стойку — здесь было комфортнее и менее одиноко, чем за столиком в пустом зале. Вокруг все было сдержанно–дорогое, безликое: круглые столы, широкие окна, ровный свет. Мне казалось, что этот идеальный порядок только подчеркивает, насколько я здесь чужая.

Бармен любезно предоставил мне меню и отправился натирать стеклянные бокалы. Мой выбор остановился на салате с креветками и на бутылке красного полусладкого вина. Как только я сделала заказ, я вспомнила, что не позвонила Эрике.

— Она меня убьет, — буркнула я себе под нос и начала набирать ее номер, но он был недоступен.

«Ну что же, когда увидит пропущенный — перезвонит сама», — подумала я с горечью.

Краем уха я услышала всхлипы справа от меня. Повернув голову, я увидела сцену: женщина лет сорока в простой одежде умоляла надменную блондинку отпустить ее на три дня. Ей нужно было отвезти дочь к врачу в Филадельфию.

— ...пожалуйста! Полы на кухне сможет помыть другая уборщица!

— Если тебе нужно уйти — увольняйся! Мне некем тебя заменить! — отрезала блондинка с ядовитым спокойствием.

Дрянь. Как можно быть такой холодной? Я смотрела на эту сцену,