7 футов под Килем - Анастасия Таммен Страница 35

– Девочка моя, – заплакала мама, уткнувшись носом мне в плечо. – Как же ты меня напугала.

Она обхватила мое лицо ладонями и покрутила голову из стороны в сторону, внимательно рассматривая меня. Улыбнулась сквозь слезы и вытерла нос рукавом дорогого белого пальто. Моя мама! Самая опрятная женщина на свете!

– С тобой и правда все хорошо, – выдохнула она с дрожью в голосе.

– Конечно.

– Это моя вина, я задержал Луизу, – подал голос Ник.

Мама нахмурилась, будто только сейчас заметила его, опустила взгляд на наши переплетенные пальцы. Кончики моих пальцев закололо от стремления разомкнуть руки, но я пересилила саму себя и еще крепче сжала его ладонь. Мама раздула ноздри и посмотрела на меня, демонстративно игнорируя Ника.

– Марш в машину, – грозно приказала она с металлическими нотками в голосе. – Нам не место в этих трущобах.

– Мам, я тебя прошу, не говори так. Ник здесь живет…

– Тем более нужно убираться отсюда, – потребовала она, дернула меня за свободную руку и потащила к машине.

– Мам! – вырвалась я, сжимая пальцы Ника.

– Лу, езжай домой, – тихо попросил он, отпуская меня. Я обернулась и увидела столько боли в его глазах, что сердце мое сжалось.

– Ник…

– Потом поговорим.

Я через силу сглотнула. Мама вновь схватила меня за руку и потянула в сторону машины. Распахнула дверь и затолкала меня на сиденье рядом с водительским. Я беспомощно глядела на Ника, который рассматривал носки своих кроссовок. Мы тронулись с места, и я провожала его взглядом до тех пор, пока он не пропал из виду. Потом обернулась к маме.

– Мам, как ты можешь? Ник очень хороший парень!

В свете уличных фонарей я заметила, что она ногтями вцепилась в кожаный руль и кинула на меня испепеляющий взгляд.

– Ты совсем ума лишилась, – зашипела мама. – Мало того, что пропала, так еще и связалась с каким-то отребьем! Ты его лицо видела? Он что, в банде состоит? Ужас! Социальный проект поддержки бедных одноклассников вышел за рамки дозволенного.

– Какой проект? – непонимающе переспросила я.

– Наш школьный благотворительный фонд, в котором я председатель. Мы дали ему деньги на взнос для выпускного, а взамен потребовали участие в организации праздника. В основном, конечно, чтобы он адаптировался к приличному обществу. У него в анамнезе одни драки и проблемы с законом. Ты же не думаешь, что он добровольно в середине последнего года решил школу поменять? Он использовал и нас, и тебя! Какая же я дура! Вот что называется пригрела змею на груди.

Я сжала обеими руками ремень безопасности в районе живота. Меня совершенно не волновало, как он попал к нам. То, что он пережил, наложило на него отпечаток, но не делало его хуже. На мой взгляд, как раз наоборот, это сделало его сильнее.

Мама раздраженно цокнула языком.

– Я надеялась его облагородить, а он сразу полез к тебе в трусы.

– Все совсем не так! – Я передернула плечами. – Я влюблена в него.

Мама неожиданно рассмеялась, откинул голову назад.

– Если у тебя гормоны играют и хочется с кем-то обжиматься, вернись к Патрику! Он из хорошей семьи, с перспективами, мозги на месте, с детьми не торопится. Мы хоть будем знать, что вы предохраняетесь.

– Да я и с Ником ведь предохраняюсь! – не подумав, ляпнула я.

Мама ахнула.

– Ты совсем стыд потеряла! Пока я думала, что ты переживаешь из-за смерти Эммы, ты уже кувыркаешься с первым встречным-поперечным! Ты нормальная вообще?

– Мам, мне восемнадцать! И Ник важный для меня человек!

Она затрясла головой.

– Даже слышать ничего не хочу! С завтрашнего дня ты под домашним арестом. Из комнаты будешь выходить только в туалет и в школу. А после школы сразу домой.

Истерический смех рвался из груди – именно из-за страха перед домашним арестом Эмма попала в аварию.

– Но мам…

– Никаких «мам». – Она сильнее нажала на газ, и я стукнулась затылком о сиденье. – Если ослушаешься, я поговорю с герром Шредером об этом парне.

Желудок болезненно сжался. Мама была на короткой ноге с директором. Последствия для Ника могли быть катастрофическими.

– Ты не посмеешь, – в ужасе выговорила я, чувствуя, как желчь поднимается вверх по пищеводу. – Шредер не станет тебя слушать.

– О, не переживай. Он меня послушает как миленький. Ты даже не представляешь, сколько мы с отцом делаем для твоей школы. – Она потерла большой палец о средний и указательный, намекая на большие благотворительные взносы. – Так что можешь не волноваться, Шредер примет правильное решение.

Разочарование горечью разлилось во рту. Меня затошнило. Я хотела накричать на маму, воззвать к здравому смыслу, но ничего не выходило, точно кто-то сшил мои губы ниткой. Несмотря на работающий подогрев сиденья, мне стало холодно. Я вспомнила, как мы с Ником ехали на этой машине. Как он пел песню и ужасно фальшивил, лишь бы вызвать у меня улыбку. Он был самым лучшим парнем на свете, и я не имела права рисковать его будущим.

– Держись от него подальше, – приказала мама. – Это мое первое и последнее предупреждение. Одна твоя ошибка, и он останется без аттестата.

Я отвернулась к окну, не в силах больше смотреть на маму. Это было бесчеловечно! Нику нужен этот чертов аттестат, чтобы поступить в академию! От этого столько зависит! В салоне машины повисло молчание, холодное и липкое. Мы подъехали к дому. Я уже собралась открыть дверь, чтобы поскорее убраться подальше от мамы, как ее ладонь опустилась на мое плечо.

– Отцу про сегодняшнюю ночь ничего не говорим, чтобы лишний раз не беспокоить.

Я еле сдерживалась, чтобы не накричать на нее.

– И до понедельника отдай мне свой телефон.

– Нет…

Хватка на плече стала жестче. Я поджала губы, вытащила из кармана телефон, выключила его и кинула ей на колени. Отстегнула ремень безопасности, распахнула дверь автомобиля и выскочила на улицу.

Глава 29

Ник

Я сидел в кабинете начальника полиции. Холодный пот ручейками стекал по спине. Футболка под толстовкой прилипла к коже. А посиневшая за выходные щека нервно дергалась.

Линднер сидел напротив и не сводил с меня серых глаз, а я ни черта не соображал. Лу молчала все выходные, и мои мысли постоянно крутились вокруг нее. Рваться к ней домой и еще больше провоцировать Хайди не имело смысла, а собеседование – второй этап отбора в академию – назначили на утро понедельника, и я не смог пересечься с ней в школе.

– Никлас? – позвал Линднер, нахмурившись.

Черт! Я тряхнул головой и уставился на