Арс. Между кровью и любовью - Мая Фролова Страница 38

вечером. Именно поэтому встреча стала необходимой. Новая версия Яшина звучала убедительно. Дронов действительно передавал деньги Сергею, но не за машины, не за людей возле клуба и не за покушение. Они крутили свою отдельную схему вокруг одного коммерческого объекта, который Корнеев пытался забрать через посредников. Грязно. Незаконно. Но ко мне отношения не имело. Проблема заключалась в другом. Фамилия Корнеева всё равно появлялась там, где появляться не должна была. Слишком часто. В разговоре Павла. В словах Яшина. В сообщении Сергея. «В. М. хочет закрыть вопрос до пятницы». Только теперь мы знали, какой именно вопрос. Не меня. Помещение. И кто-то очень удачно выдернул настоящую фразу из совершенно другой истории, чтобы она выглядела как подтверждение нашей версии. Я стоял в кабинете отца и смотрел на доску, где Север уже разложил всю цепочку. — Значит, Корнеев ни при чём, — сказал Рашид. — Я не сказал этого. — Ты сказал, что деньги и фраза относятся к другой сделке. — Да. — Тогда что ещё? Я повернулся. — Мне не нравится совпадение. Отец медленно отложил ручку. — Тебе вообще редко нравятся совпадения. — Потому что обычно за ними стоит какой-нибудь мудак. Север хмыкнул. Я указал на фотографию Сергея. — Этот человек пересекался и с нашими посредниками, и с Дроновым. Он мог работать сразу на несколько сторон. Мог продать информацию. Мог специально смешать цепочки. Пока мы не поймём как, Корнеева я не вычёркиваю. Рашид смотрел на меня несколько секунд. — Тогда поговори с ним. Я даже удивился. — Вчера ты говорил не трогать. — Вчера мы думали, что он может быть заказчиком. Сегодня мне интересно, понимает ли он сам, что его фамилию кто-то использует. Вот это уже имело смысл. Север встал. — Я еду с тобой. — Разумеется. — Просто напомнил, чтобы ты не решил красиво поехать один. Я усмехнулся. — Ты слишком много о себе думаешь. — Кто-то должен. Корнеева нашли быстро. Он завтракал в частном зале при одном из отелей. Не один. С двумя мужчинами, которых я знал по лицам. Мы не стали устраивать сцену. Я просто вошёл. Корнеев увидел меня и сразу понял, что светского разговора сегодня не будет. — Тимур. — Нам нужно поговорить. Он посмотрел на Севера. Потом на меня. — Сейчас? — Да. Один из мужчин рядом с ним попытался что-то сказать. Корнеев остановил жестом. — Оставьте нас. Умный. Когда дверь закрылась, я подошёл к столу. Не сел. — Сергей Волков. Вот теперь появилась реакция. Совсем небольшая. Но была. Корнеев поставил чашку. — Что с ним? — Значит, знаешь. — Конечно знаю. Через него решались несколько вопросов. — Какие? Он прищурился. — Ты приехал проводить аудит моего бизнеса? Я наклонился к столу. — Нет. Я приехал узнать, почему твой человек встречался с мужчиной, который связан с людьми, пытавшимися меня убить. Тишина. Корнеев больше не изображал расслабленность. — Кто мой человек? — Дронов. Он медленно выдохнул. — Кирилл много с кем встречается. — Не тот ответ. — А какой ты хочешь услышать? — Правдивый. Корнеев посмотрел на меня тяжело. — Тогда сядь. Я остался стоять. — Мне и так удобно. Север встал у двери. Корнеев оценил и это. Потом заговорил. Дронов действительно работал с Сергеем. Через него они решали вопрос по зданию возле набережной. Там был конфликт с владельцами, деньги, давление через третьих лиц. Ничего красивого. Но я уже знал эту часть. — Покажи переписку. Он усмехнулся без веселья. — Ты серьёзно? Я поставил ладони на стол. — В меня стреляли, Вадим Михайлович. После этого три разных человека привели меня к твоей фамилии. Да, я, блядь, серьёзно. Он замолчал. Потом достал телефон. Не отдал. Сам открыл переписку. Начал листать. Я видел даты. Суммы. Адрес. «Закрыть вопрос». Та самая формулировка. Контекст был очевиден. Здание. Доля. Срок до пятницы. Никакого меня. Никакого клуба. Никакого нападения. Корнеев поднял глаза. — Достаточно? Я выпрямился. — Нет. Он начал злиться. — Тогда чего ты ещё хочешь? — Почему Сергей пересекался с людьми, которые готовили машины для нападения? Вот этого он не знал. По крайней мере выглядел так. — Если он крутил что-то ещё за моей спиной, это не моя проблема. — Уже твоя. Твоим именем прикрывались. Корнеев откинулся на спинку стула. — Кто? — Пока не знаю. — Тогда найди и приходи уже с фамилией. — Найду. Он усмехнулся. — А до этого перестань смотреть на меня так, будто хочешь застрелить прямо здесь. Я медленно улыбнулся. — Если бы хотел застрелить, ты бы не гадал. Север за спиной тихо выдохнул. Корнеев посмотрел ещё внимательнее. Не испугался. Но понял. Хорошо. Я уже собирался уйти, когда он произнёс: — Тимур. Остановился. — Что? — Если кто-то специально ведёт тебя ко мне, подумай зачем. Я повернулся. Корнеев постучал пальцем по столу. — Либо хотят, чтобы ты убрал меня чужими руками. Либо хотят, чтобы ты потерял время. Вот это было полезнее всего разговора. Потому что второй вариант мне нравился меньше. Намного. В машине Север молчал минут пять. Я не торопил. Сам думал. Потом он сказал: — Корнеев не играет. — Думаешь? — Да. — Я тоже. Неприятное признание. Хотелось, чтобы он оказался виноват. Хотелось простого врага. С фамилией. Домом. Людьми. Такого можно найти. Такого можно прижать к стене. Такого можно убить, если понадобится. Но сейчас всё снова расползалось. Я ударил ладонью по рулю. Не театрально. Просто злость требовала выхода. — Нас водят за нос уже две недели. Север посмотрел в окно. — Возможно. — Не возможно. Точно. Я начал перечислять вслух. Брошенная машина. Посредники, которые знают только следующего человека. Человек, которого избили до того, как мы успели поговорить. Корнеев, чьё имя появилось ровно в нужных местах. Слишком аккуратно. Слишком расчётливо. — Кто-то понимал, что мы пойдём по цепочке, — сказал Артур. — И заранее оставил нам мусор. — Не только мусор. Настоящую грязь, которую можно проверить. Вот именно. Корнеев был не случайным именем. Он действительно был связан с Сергеем. Деньги действительно существовали. Сообщения действительно были. Если бы кто-то просто подкинул фамилию из воздуха, мы быстро увидели бы ложь. А здесь ложь построили на правде. Это уже другой уровень. — Мне это не нравится, — сказал Север. — Мне тоже. — И знаешь, что ещё? Я посмотрел. — Что? — Тот, кто