Мистер Октябрь - Николь С. Гудин Страница 4

— Значит, девушка...

Я вздыхаю.

— Очевидно, это от меня и требуется. Я и есть та девушка.

Ее глаза расширяются, и она моргает, раз, два, три раза, не говоря ни слова.

— Я знаю, ОК… — я откидываю голову на спинку дивана и закрываю глаза. — Это полная катастрофа.

— Как? Почему? Что? — заикается она.

— Ты озвучила мои мысли. — Я застонала, садясь обратно, чтобы посмотреть на свою застывшую в изумлении лучшую подругу. — Я думаю, он просто указал на первую попавшуюся женщину, и не успела я опомниться, как он предложил мне миллион долларов за то, чтобы я ему подыграла, и назвал меня чертовски сексуальной.

— Что вообще за чертовщина?

Я яростно киваю.

— Я знаю... а потом он сказал, что не будет делать этого ни с кем, кроме меня, и не знаю, я почувствовала ответственность за его репутацию или что-то в этом роде.

— Миллион долларов? — спрашивает она, не обращая внимания на мою болтовню.

Я киваю.

— Он так сказал.

— И ты согласилась?

— А что бы сказала ты? — я вопросительно поднимаю брови.

Она лукаво усмехается.

— Наверное, я бы сделала это и без миллиона баксов.

— Ты только что сказала, что он засранец.

Она кивает.

— Так и есть, но, Боже, как он при этом хорошо выглядит.

Я смеюсь. С этим не поспоришь.

Несколько секунд мы сидим в тишине, обе переваривая информацию.

— Ты только что стала личной проституткой Мэйсона Леннокса?

— Думаю, да.

Я уверена, что контракт на миллион долларов, лежащий на моем кухонном столе, делает это законным.

— Тебе придется... ну, знаешь? — она делает круг пальцами одной руки и просовывает в него палец другой.

Я возмущенно смотрю на нее.

— Я ни за что не буду заниматься с ним сексом.

— Ты говоришь это сейчас...

— Это исключительно бизнес.

Она фыркает.

— Исключительно бизнес, на который никак не повлияла сексуальная привлекательность твоего нового делового партнера?

Я качаю головой, обманывая саму себя.

— Нет.

Она фыркает от смеха.

— Тогда ладно.

— Все, что мне нужно делать, — это жить в его доме, ходить с ним на мероприятия и делать вид, что я влюблена. Ничего особенного.

— Погоди-ка, жить с ним?

Я прочищаю горло.

— Ну, да... оказывается, я должна жить у него дома.

— Потому что это похоже на нормальное развитие отношений, — отвечает она, в ее тоне звучит сарказм.

— Легенда такова, что мы встречаемся с тех пор, как он вышел из реабилитационного центра.

— Конечно, встречаетесь.

Мы смотрим друг на друга несколько секунд.

— Это была ужасная идея, не так ли? — стону я.

— Думаю, да, но, эй, это может быть весело... и не похоже, что вид будет плохим... ооо, тебе стоит посмотреть, купит ли он тебе новую одежду и все такое.

— Ты бы обязательно подумала о бесплатном дерьме.

— Ну, да, — отвечает она так, будто сомневаться в этом глупо.

Я прячу лицо в ладонях.

— Я не создана для этого. Почему он не мог выбрать тебя из толпы? Ты бы идеально подошла.

— Я не уверена, комплимент ли это, или ты только что назвала меня шлюхой...

Я снова стону. Не могу поверить, что это действительно происходит.

— Они хотят, чтобы я была там сегодня днем.

— Ну, тебе лучше начать собираться... Тебе разрешено устраивать вечеринки с ночевкой в его особняке? Потому что мне нужно будет увидеть это своими глазами.

Я опускаю руки на колени и качаю головой.

— Ты действительно думаешь, что я смогу это провернуть?

Она кивает.

— У тебя получится. Только будь осторожна, Би, такой парень, как Мэйсон Леннокс, может пережевать и выплюнуть такую милую девушку, как ты.

Я вздыхаю.

Как будто я сама этого не знаю.

ГЛАВА 3

Мэйсон

— Не смотри на меня так, это была твоя гребаная идея. Вы с Энджи можете винить только себя, когда все пойдет прахом.

— Я думал, ты наймешь профессионала, — ворчит Чак, — а не возьмешь какого-то гребаного стажера... и миллион долларов? Ты уверен, что снова не пьешь?

Я смотрю на него.

Я слишком, блядь, уверен.

И убил бы за выпивку прямо сейчас, но не собираюсь этого делать.

Даже я признаю, что мы с алкоголем не очень хорошо сочетаемся, но это не уменьшает моей жажды.

— Она будет здесь через пять минут, почему бы тебе, блядь, не перестать расхаживать туда-сюда?

Он отмахивается от меня, и я хихикаю себе под нос.

— Чего ты теперь бесишься? Это всего лишь цыпочка. Может, нам стоило и тебе завести? Тогда, возможно, ты бы тоже немного расслабился.

— У тебя ведь есть еще один миллион, не так ли?

— На самом деле, есть.

— Ты такой высокомерный мудак.

— Это не делает этот факт менее правдивым.

— Знаешь, что? Я думал, что ценник был необоснованным, но теперь начинаю понимать, не стоило ли тебе предложить ей вдвое больше, чтобы она тебя терпела.

Я приподнимаю брови.

— Я мог бы предложить и другие поощрения для лучшего результата.

Он прищуривается, глядя на меня.

— Даже, блядь, не думай об этом. Это не какая-нибудь цыпочка-фанатка, которая согласна поиграть, это невинная маленькая девочка.

— Она едва ли маленькая девочка.

— Технически, она все еще гребанный подросток, Мэйсон, я знаю, что ты тоже молод, но, черт возьми, эта девушка — нормальная. Она не сталкивалась с миром, в котором ты живешь, и тебе придется постараться оградить ее от него, насколько это возможно.

Я отмахиваюсь от него. Она взрослая женщина, черт возьми, и я не собираюсь держать ее за руку — во всяком случае, только если мы не на людях.

И спать с ней тоже не собираюсь, что бы я ни говорил Чаку. Нельзя смешивать бизнес с удовольствием. Я это знаю. К тому же, она «сладкая». А сладкое — это не мое.

— Серьезно, Мэйсон, не надо. Она влюбится в тебя, а ты ее раздавишь, я это предвижу.

Я хмуро смотрю на него.

— Потому что я так чертовски очарователен? — саркастически огрызаюсь я.

— Это не отпугнуло остальную часть женского населения…

К черту. Им нравится только мой образ. В мире нет ни одной женщины, которая бы знала меня по-настоящему, и это не изменится.

— Сэр, ваш гость прибыл. — Моррис появляется у меня за спиной, пугая меня. Вечно он, блядь, крадется.

— Мне нужно купить тебе ошейник с колокольчиком, — бормочу я.

— Я бы предпочел, чтобы вы этого не делали.

— Ты впустил ее?

Он кивает.

— Да, сэр. Я дам вам время, чтобы познакомиться, пока отнесу ее вещи в комнату.

— О, ты не собираешься заставлять ее разделить и твою постель? Как,