Алина Кускова - Вам хорошо, прекрасная маркиза? Страница 42

Здрасьте, приехали. Я опешила.

– Я тоже умею читать, – торжественно произнесла Марина, не сводя с меня насмешливых глаз. – И лазить по чужим сумкам!

– Паспорт, – догадалась я. – Он стал энциклопедией для всех, желающих получить обо мне конкретные сведения?! Кто еще не лазил в мою сумку?! Только ленивый!

– У нее в паспорте нет печати загса, – повернулась к Фаине Марина. – Гнать ее надо в три шеи отсюда.

– Возможно, у них, как теперь это называется, гражданский брак, – передернула плечами Фаина.

Ясно было, что она не хочет копаться в наших семейных отношениях. Я ее еще больше зауважала.

– Она ему не жена, – продолжала настаивать Марина, тыча в меня пальцем. – Они совершенно не похожи на семейную пару! Совсем не ругались. Вот мы с моим бывшим спорили так, что клочья летели! Это тот, который был до тебя, – уточнила она, обращаясь к Давыдову.

– Мило, ничего не скажешь, – пробормотала я, ожидая его реакции на столь нелепые заявления своей бывшей подруги.

– А ничего говорить и не нужно! – разошлась Марина. – Я узнавала! Давыдов один, как перст! Он одинокий и холостяк.

– У тебя устаревшие сведения, – прищурился Артур и обнял меня за плечи.

– Больше меня не проведете! – помахала перед моим носом пальцем Марина.

– Да вам-то, Мариночка, какое дело?! – перехватил ее руку подскочивший Дуло.

Я так и подумала – еще немного, и она накинулась бы на меня с кулаками.

– А пусть она не участвует в дележке! Не имеет права.

– Марина, прекрати! Нам нечего делить, – одернула ее Фаина.

И правильно сделала.

– Я ни на что не претендую! – вспыхнула я.

– Да! – поддержал меня Артур. – Она ни на что претендовать не может, об этом сказано в контракте.

– В контракте?! – обомлела Марина. – В каком?!

– В брачном! – соврала я.

Ну или почти соврала, совсем немного приукрасила действительность.

– С Новым годом, дамы и господа! – прокричал Заславский, наполняя бокалы шампанским. – Уже куранты бьют!

– Пусть они ударят ее по голове! – орала Марина.

Совсем с катушек съехала, глупая курица.

– Прекратите сейчас же! – прокричала Фаина.

После этого все замерли. Марина успокоилась и села напротив меня. Рядом демонстративно сел Дуло, с другой стороны – Артур. Они словно взяли меня в двойную оборону. Заславский, вот ведь изменник, принялся ухаживать за Мариной.

Включили телевизор, там действительно били куранты. Наступал Новый год, а мы все еще не могли распроститься со старым. Из подвала донесся голос Костика. Он показался мне нетрезвым. Костик требовал, чтобы его выпустили на волю.

Фаина не оставила это требование без внимания.

– Утром выпустишь и гони на все четыре стороны, – позвала она Лушу, и та кивнула.

Думаю, сейчас всем хватало Марины. Есть же люди, которые одним своим присутствием могут вызвать негатив! Конечно, год у нее не удался: Давыдов бросил, письмо не нашла, брат подвел. Но вести себя из-за этого как раненая фурия мало того, что неприлично, глупо как-то.

У меня вот тоже год не удался: Давыдов бросит, письмо я ему не нашла, Заславский подвел. Хорошо, что еще есть Ванда Вольфовна! Что-то я по ней соскучилась. Старая мудрая женщина могла дать ценный совет, что мне делать, когда Давыдов начнет прощаться. Разумеется, он не увидит моих слез!

Конечно, хотелось бы верить, что не оставит, а позовет замуж. Но надеяться смешно – он опять вспомнил про этот свой контракт! А по контракту мы действительно всего лишь фиктивные супруги. И да, я ни на что не рассчитываю.

– А в коробке смотрели? – нервно подергиваясь, поинтересовалась Марина, указывая на разноцветные упаковки фейерверков.

– Смотрели, – отмахнулся Давыдов. – Проверяли срок годности.

– Только срок годности?! – обрадовалась Марина.

Она вскочила и принялась перебирать упаковки.

– Осторожно, Мариночка, – оттащил ее от коробки Заславский. – Тут заводская упаковка. Вскрывать ее нельзя! Ни один нормальный человек бы не решился!

– Олег был ненормальным! – проорала Марина.

– Ничего подобного! – возмутился Давыдов.

– Не говори глупости, – презрительно оборвала ее Фаина. – Олег был замечательным человеком!

– И хорошим отцом, – добавил Артур.

– Если бы он был нормальным! Если бы он был нормальным, то не затеял бы эту дурацкую шутку с письмом!

– Это не шутка, – покачала головой Фаина. – Я поняла, чего он добивался.

– Я тоже понял, – вздохнул Артур.

– А что нужно было понять? – заинтересовалась я.

– Жаль, конечно, что мы поняли это так поздно…

– А что поняли-то? – не понимала я.

– У тебя будет глупая жена, Давыдов, – усмехнулась Фаина. – Она ничего не понимает!

– Придется ее сечь по выходным, – подмигнул мачехе тот.

Нормально, да?! Обозвали тупицей и собрались высечь! Хорошая семейка! Главное, дружная!

Хорошая, дружная семья.

Крепкая и надежная.

«Мы что-нибудь придумаем». «Поместье должно остаться нам». Так они это имеют в виду?!

– Просто встретились два одиночества, развели у дороги костер, – запел невпопад Заславский в озвученную тему. – Все хорошо, прекрасная маркиза, – подошел ко мне и похлопал по плечу. – Чин-чин?!

– Чин-чин! – сказала я. Ну хоть кто-то выражается нормальным языком!

– Ничего у вас не получится, – сверкнула злобными глазками Марина. – Вы же не родные!

– А пошла бы ты отсюда, подруга, – брезгливо отмахнулась от нее Фаина.

– Правда, Марин, вали, ты у нас явно лишняя, – указал ей на дверь Артур и уточнил: – Ты лишняя в нашей семье.

– Не очень-то и хотелось общаться с лузерами! – фыркнула та и, резко отодвинув стул, ушла.

И только тогда наступил Новый год. После ее ухода. Настоящий Новый год!

Сначала меня пригласил танцевать вальс Артур. Под легкую музыку мы кружились с ним в восхитительном танце, задевая наряженную елку. Не боясь испортить платье затяжками от ее острых колючек, я позволяла Артуру вести меня так, как ему было удобно. На елку так на елку! Если она пострадает – мы попросту ее сшибем, но это будут незначительные потери по сравнению с конюшней.

Но ничего подобного не случилось, потому что музыка смолкла, Артур галантно поцеловал мне руку и на следующий танец пригласил Фаину.

Они кружились возле елки, а я сидела и мысленно просила новогоднее дерево свалиться и преградить им путь. Да, я ревновала. Внезапно поняла, что эти двое обрели друг друга, только не могла решить, в качестве кого! Холодная красавица раскрылась и стала улыбчивой гостеприимной хозяйкой. То, что ей оставалось хозяйничать совсем немного, мне удовольствия не доставляло, несмотря на терзания мук ревности.