Клятвы, которых никогда мы не давали - Николь Сноу Страница 5

Спокойнее?

Я даже не понимаю значения этого слова.

Стиснув зубы, я иду к окну и изо всех сил пытаюсь остановить пульсацию в висках.

Да, это бесит, но у меня есть варианты.

Даже если Джеки Уилкс явно считает, что я просто буду гоняться за собственным хвостом.

Снаружи залив окрашен оранжевым и фиолетовым светом медленно садящегося солнца, и Портленд выглядит предельно сочным, зеленым. Объективно я знаю, что это красиво, но не могу смотреть на этот пейзаж, не видя в нем вечной серости.

Всего, что случилось здесь, когда я был ребенком.

Я бы никогда не вернулся в это проклятое место, если бы дед не заставил меня пообещать. А теперь, похоже, я никогда отсюда не выберусь.

Почти соблазнительно отказаться от наследства, уйти и придумать план Б на остаток жизни, но я устал бежать.

Я сказал себе, что давно пора повзрослеть.

— Он не мог быть в здравом уме, — говорю я, резко возвращая внимание к мисс Уилкс и словно вызывая ее на спор. — А что Марго? Или Клео? Их наследство такое же психованное?

— У Леонидаса было свое острое и весьма своеобразное чувство справедливости. — Конечно, именно это она и скажет. — Кроме того, до самого конца он был полностью дееспособен психически и физически. Ни один из его врачей не высказывал сомнений.

— Он умирал, мисс Уилкс. Он даже нам не сказал. Насколько это рационально?

В горле твердеет ком.

— Хотя это и необычно, это не является основанием для оспаривания осознанных решений, которые он принял и внес в свой траст задолго до болезни.

Черт.

— То есть погодите. Вы хотите сказать, что это совершенно разумное решение, принятое психически здоровым человеком?

— При всем уважении, ничто не указывает на обратное. Ни крупицы доказательств.

Я возвращаюсь к столу и с силой опускаю ладонь на копию завещания, которую она мне дала.

— Вам нужно больше доказательств, чем это? Брак, мисс Уилкс!

Она сжимает губы — единственный жест неодобрения, который я когда-либо у нее видел.

— Повторяю, мистер Блэкторн, он действовал в пределах своих прав. Удар по моему столу этого факта не изменит.

Да чтоб меня.

Я запускаю руку в волосы, пытаясь найти то спокойствие, которым она владеет безупречно. В армии дисциплина была превыше всего, но в гражданском мире все ощущается иначе.

— Вы правы. Прошу прощения, — коротко говорю я.

Она кивает.

— Извинения приняты.

— Но вы должны признать: это безумие. Это кричит о помешательстве и старческом маразме. Если бы он был в себе, он ни за что бы не поставил мое наследство в зависимость от брака с этой девушкой.

Я не могу заставить себя произнести ее имя.

Не тогда, когда речь идет о девчонке, которая всюду таскалась за моей сестрой. Я не способен уложить в голове, что все это реально.

— Откровенно говоря, я регулярно встречалась с вашим дедушкой до его смерти. Могу заверить, он был так же проницателен, как всегда. — Мисс Уилкс нажимает несколько клавиш на клавиатуре. — Когда он понял, как мало времени у него осталось, он встретился с несколькими людьми, и все они подтвердили бы, что он был в здравом уме.

— Тогда какого черта он думал? — требую я. — Женить меня на гребаной Хэтти?

Из всех, кого дед мог выбрать, Харриет Сейдж имеет меньше всего смысла.

Я соврал, когда сказал, что не знаю ее.

Знаю.

Едва.

В другой жизни знал.

Наши семьи, конечно, до сих пор знакомы, а она все еще тень Марго. Но мы не общались годами.

Я даже не помню, когда видел ее в последний раз.

Когда мы были детьми, она была тенью моей сестры: маленькая, нервная и тихая.

Кроткая, если честно, совсем не тот тип женщины, который меня интересует.

Тогда мы почти не разговаривали, разве что когда мне хотелось ее достать, как вспыльчивому мелкому гаденышу, которым я был. А сейчас тем более не разговариваем.

Так почему, черт возьми, дед хочет, чтобы я женился на девушке, которую не знаю?

В этом было бы чуть больше смысла, если бы указанная им женщина была фигурой в мире денег. Дочерью конкурента, например.

Такие договорные браки до сих пор случаются, хотя ради прессы все делают вид, будто это по любви.

Но Хэтти?

Объясните мне, где тут логика.

Если старик хотел меня женить, он мог бы иметь приличие позволить мне самому выбрать жену.

Это какое-то извращенное наказание?

Единственное, что приходит в голову. Отложенный приговор за то, что случилось раньше, за то, как моя жизнь держалась на ниточке между костлявых пальцев деда.

Хэтти не имеет ко мне никакого отношения.

Никогда не имела, кроме того, что была подругой моей сестры. Не думаю, что она захочет это менять, когда вспомнит мой характер.

Мой взгляд резко возвращается к мисс Уилкс. Я выдыхаю.

— Очень хорошо, — четко произношу я. — Если исходить из того, что мой дед был в здравом уме, значит, должна быть причина. Логика в его безумии. Объяснение.

В выражении Уилкс мелькает тень замешательства. Через секунду она исчезает, но все равно это тревожит.

— Это не безумие, мистер Блэкторн, — говорит она.

— А как бы вы это назвали? Я, женатый на Хэтти Сейдж? Все ради наследства, которое по умолчанию должно принадлежать мне.

В обычной ситуации следующими в очереди на контроль над компанией были бы мои родители, но они бизнесом не занимаются.

К тому же отношения между ними и дедом были натянутыми сколько я себя помню. Они не проявляли ни малейшего интереса к Blackthorn Holdings, пока деньги из маминого траста продолжали течь.

Дед всегда пытался вовлечь меня в империю, но до недавнего времени я упирался.

Пусть они сидят в Нью-Йорке и возмущаются тем, как мало он им оставил, пока я здесь пытаюсь понять, что делать с наследством, которого никогда не просил, и с браком, которого не хочу, но который нужен, чтобы его получить.

— Брачные условия в завещаниях не так редки, как вы думаете, — говорит мисс Уилкс. — Ваш случай не первый в моей практике.

— И во всех случаях их оставляли в силе?

— В Мэне — да. Почти во всех.

— Почти?

— Мистер Блэкторн. — Она вздыхает. — В этом деле нет прецедента, который позволил бы отменить условие о браке. Мне нужно снова повторять?

Сейчас она так говорит, но я соберу армию юристов и разберу это чертово завещание по кускам.

Тогда посмотрим, запоет ли она иначе.

Я падаю в кресло перед ее столом, машинально провожу пальцами по кожаным