Офицер строгого режима - Ольга Тимофеева Страница 9

- Для тебя он Илья Романович.

- Хорошо, платить Илье Романовичу надо будет?

- Нет, повезло тебе. Он сегодня приходил ко мне с дочерью в центр. Мы случайно встретились. Ему нужна была консультация реабилитолога для дочери. Мы договорились,. что он помогает мне, я помогаю ему с дочкой. Надо поставить ее на ноги.

- Инвалид? - берет ножницы и разрезает леску. - Чайка, спокойно.

- Нет, травма спортивная.

Захожу к себе в комнату и переодеваюсь.

- Чем занимается?

- Фигурное катание.

- Кто такая? Я знаю?

- Нет, они только переехали. Наверное специально сюда, поближе, чтобы тренироваться.

- Я бы на ее месте держался подальше от этого места.

- Это их дело, сами разберутся. Поверь, с начальником полиции не будут так, как с простыми смертными.

- Мам, я Чайку твою освободил.

- Теперь мой.

- Ну, ма-а-а-ам.…

- Давай-давай. У тебя кроме домашнего ареста ещё ОПТ.

- Это что?

- Общественно-полезный труд.

- Мне восемнадцать скоро. Ну какой…

- Поздравляю заранее. А пока сидишь дома.

- Это тирания.

- Это воспитание.

- Я гулять даже не могу? Я ребенок ещё, - возится в ванной с Чайкой. - Мне нужен свежий воздух и солнечный свет.

- Возьми мусор, вынеси, подыши свежим воздухом.

- Это нарушение прав человека.

- Это последствия.

Захожу с полотенцем в ванную, чтобы забрать Чайку.

- Я в этой семье вообще кто? - смотрит на меня трагически сын.

- Причина моего раннего старения и морщин.

- Да ты красавица ещё у меня. И это не морщины, это следы мудрости, - наклоняется и целует меня в щеку.

Забираю Чайку, вытираю ее полотенцем, дальше с феном несу ее на кровать к Денису.

- На, смотри и суши ее, я в душ.

Угу.

Фен начинает гудеть. Я быстро в душ смывать с себя взгляды Муромова.

Из ванной сразу иду на кухню, завариваю себе чай.

Цветок надо полить. Набираю в стакан воды и иду к себе в комнату. Отодвигаю тюль, чтобы добраться до своих фиалок.

На улице уже темно. В доме напротив загораются окна одно за другим. Теплые квадраты чужих жизней.

Несколько дней назад я сидела вот так с Ларисой и смотрела, как кто-то приезжал, с собакой и подростком, которого несли на руках.

Это был Муромов, оказывается. Вот почему лицо показалось знакомым ещё тогда, возле отдела.

Мозг такой предсказуемый.

Потому что знает подъезд Муромова и уже в окнах ищет его самого.

Но хорошо, что его не видно. И мне все равно, где он живет, с кем и чем занимается по вечерам.

Поливаю свои фиалки.

В одном из окон вспыхивает свет. И глаза сами автоматом туда.

Вот надо уже им смотреть.

В окне напротив нет ни штор, ни тюли.

Только Муромов после душа и в одном полотенце на бедрах.

Третий этаж. Окна напротив.

В нашем доме поселился замечательный сосед…

И этот замечательный сосед сейчас берется за край полотенца. Он что переодеваться будет вот так. При всех?!

Зажмуриваюсь, а потом медленно приоткрываю один глаз.

 Глава 9

Сейчас человек в звании начальника полиции окончательно потеряет связь с обществом, если начнет переодеваться напротив целого дома.

Хоть ты позвони ему.

Но нет.

Замирает, заправляет кончик полотенца внутрь, чтобы получше держалось.

Фух.

Пронесло.

Фиалки политы и надо бы уже идти, но я стою.

Стою и смотрю.

Точнее подглядываю за мужчиной в окнах напротив.

Муромов разворачивается и уходит в глубину комнаты.

Давай ты уже переоденешься, выключишь свет и ляжешь спать. А то… сразу бы уже на окно повесил табличку с должностью и телефоном.

Это же его могут снять, потом против него же и использовать. И вроде как и не скажешь ему ничего.

Берет что-то и снова разворачивается, идет к окну. Теперь по телефону говорит. Улыбается и подходит к окну, упирается одной рукой в подоконник.

Я тут же дергаюсь назад, за штору.

Не хватало ещё, чтобы увидел меня. Совесть ликует, но любопытство губит не только кошек. Я чуть-чуть отодвигаю край шторы.

Муромов заканчивает разговор, кладет телефон на подоконник и идет к противоположной стене.

Да оденься ты уже!

Поднимает руки, берется за перекладину на турнике и одним движением подтягивается вверх.

Веки забывают, что надо моргать.

Я как поставленная на паузу слежу, не двигаясь, за каждым его движением. Как он правильно, быстро поднимается и опускается.

Так легко и четко, будто вес собственного тела для него так… рабочая формальность.

И в этот момент полотенце с предательской верностью сползает вниз.

- О, Боже…

Ладонями закрываю лицо.

Весь дом это видит.

Весь дом, вся улица, возможно, даже спутники на орбите сейчас наблюдают анатомически образцово развитые ягодичные мышцы начальника полиции.

Раздвигаю указательный и средний палец, подглядываю в щель.

Чисто проверить, оделся ли человек.

Не оделся.

Подтягивается дальше.

Я смотрю.

Нет. Мне вообще он как мужчина.…

Мужчина и мужчина.

Чего смотреть, Василиса?

Вот чего смотреть. Его можно, как опытный образец, студентам медвузов показывать.

Широчайшие мышцы спины перекатываются под кожей мощными пластами. Быстро запоминается, где находятся.

Ну и такие за неделю не появляются. Тут не про срок, а про дисциплину, турник и привычку не жалеть себя.

Бицепсы включаются при каждом подъёме. По рельефу плеч видно, что дельты тоже не обделены вниманием. Тут отдельно поработали, и не один сезон.

Вся спина у него как анатомический атлас мужской ответственности и привлекательности.

Да, Муромов явно не только про то, чтобы носить пиджак и сидеть в кабинете с умным лицом. Такой, если надо, не станет ждать подмогу. Сам догонит. Сам перехватит. Заломит руки так, что спорить резко расхочется. Прижмёт к стене одним движением и даже не запыхается.

И почему-то, вместо какого-нибудь абстрактного преступника, воображение самым бессовестным образом подсовывает туда меня.

Так. Не туда меня несет. Обмахиваю себя ладонями. Жарко что-то.

Тыльной стороной ладоней касаюсь щек. Горят.

В животе тянет странным теплым узлом.

- Не смотри.

Смотрю.

- Это неприлично.

Продолжаю смотреть.

- Ты взрослая женщина.

Вот именно. И веду себя как девочка-подросток с биноклем.

Муромов спрыгивает на пол.

Подбирает полотенце и идет в сторону.

И… не старается даже прикрыться. Просто везет, что у него в руке полотенце и не видно ничего.

- Мам! - Денис зовет из коридора.

Я подскакиваю от неожиданности. Стакан падает. Остатки воды разливаются.

- Что у тебя