Антипапы. Интриги, ереси и расколы за кулисами Ватикана - Марио Приньяно Страница 20

Но здесь же скрывался и парадокс, «парадокс немецких церквей», как назвал его Глауко Мария Кантарелла, «которые, утвердившись на престоле святого Петра, стали, если можно так выразиться, учреждать Римскую церковь»[205]. В каком смысле? В том, что их реформаторское рвение так отражалось на действиях «имперских» понтификов, что превратило их самих в убежденных приверженцев и защитников абсолютной независимости Святого Престола от любой другой власти, светской или религиозной, в вопросах церковного характера. Папоцентричные и римоцентричные взгляды вошли в противоречие со взглядами Reichskirche, откуда сами они были родом, и в конечном итоге не оправдали ожиданий имперской короны, что стало явным предвестником событий, которые очень скоро накалят обстановку в ситуации с Григорием VII и так называемой борьбой за инвеституру. Николанджело Д’Акунто резюмирует в эссе, посвященном этому сложному и плодотворному периоду истории церкви: «Концепция гетерогенезиса целей полезна для описания реформы, проведенной, чтобы укрепить папство в империи, которая в итоге превратилась в реформу папства против империи»[206].

Третьим лишним в этой системе сделалась римская аристократия.

Папа, который правил трижды

Всегда готовые вмешаться в диалектику светской и религиозной власти, на протяжении всей первой половины XI века крупнейшие римские кланы, наследники Теофилактов, постоянно пытались занять престол Петра собственными кандидатами. Решимость, с которой Генрих III продолжал свое морализаторское дело в церкви, была следствием также случайной своеобразной ситуации, великого беспорядка, возникшего в середине 40-х годов XI века, когда римскую сцену заняли не два, а сразу три папы. Но обо всем по порядку.

Игры за власть и внутренняя борьба между римскими коалициями возобновились после смерти Оттона III в 1002 году, а через несколько месяцев после императора умер и Сильвестр II.

У просвещенного папы Сильвестра, возможно слишком современного для того периода, частично непонятого (настолько, что вызывал зависть и страх, превратившиеся в темные легенды, выдававшие его за мага-дьяволопоклонника)[207], не было преемников, равных ему по величию. Один за другим из семьи Крешенци вышли трое посредственных пап. Смерть последнего из них, Сергия IV, по прозвищу Os porci («Свиная пасть»), совпала с окончанием владычества Джованни II Крешенци и приходом к власти клана Тускулумских. Это случилось в 1012 году. Имперский трон в то время занимал Генрих II, наследник династии Оттонов, и он не собирался вмешиваться. Когда избрали ставленника Тускулумских, Бенедикта VIII, ко двору был представлен некий Григорий, побежденный кандидат от Крешенци, он просил императора об утверждении и защите, и Генрих сразу же понял, что лучше всего его игнорировать. Этот Григорий — антипапа довольно необычный. Мы знаем о нем только то, что он потрудился проехать почти 1400 км, чтобы предстать перед королем во «всем апостольском облачении», а ему в итоге отказали в папском престоле[208]. Кто отправляется в подобное путешествие без единой надежды на успех? Недостаток доступных источников не позволяет исключить гипотезу о внезапном нападении со стороны Тускулумских на ставленника Крешенци Григория. Но это именно только гипотеза, за рамки которой не следует выходить.

Одно известно точно: сначала с Бенедиктом VIII, затем с его младшим братом, мирянином, выбравшим имя Иоанн XIX, и, наконец, с их племянником Бенедиктом IX Тускулумские обеспечили себе 30 лет абсолютной власти над Римом и церковью. 30 лет относительного спокойствия, но также и хороших отношений, установленных с Генрихом II и его преемниками Конрадом II и Генрихом III. Но в 1045 году все резко изменилось. Эта история очень запутанная и захватывающая, практически остросюжетный телесериал наших дней: в атмосфере заговоров и союзов между двумя семьями, находившимися в беспощадной и непрестанной борьбе за власть, возвышалась устрашающе грозная фигура последнего из только что перечисленных понтификов, Бенедикта IX, в миру Теофилакта из графов Тускулумских. Личность далеко не рядовая: Бенедикт трижды восходил на папский престол среди мятежей, отречений, низложений и отлучений, пережив шесть своих противников — пап и антипап.

Первое потрясение случилось через 12 лет после начала понтификата, в конце 1044 года. Народное восстание, вызванное Крешенци, застало Бенедикта врасплох, и, прежде всего, он оказался без покровительства Генриха III, с которым рассорился из-за ситуации с патриархатами Аквилеи и Градо. Папа был вынужден бежать. Его преследовала дурная слава развратника (хотя это общий мотив, в его случае это, кажется, недалеко от истины). И пока он отсутствовал, в рекордные сроки прибыл человек Крешенци — Сильвестр III. Римляне, как и при каждой смене власти, отпраздновали это событие. Однако торжество длилось недолго. В марте Бенедикт возвратился в Рим, отлучил от церкви соперника и возвратил себе то, что считал собственным. Он до такой степени полагал престол Петра своим, что довольно бесцеремонно (на этой оценке сходятся все источники) 1 мая решил уступить его другому. Кому? И почему? Кому — нам хорошо известно. Бенедикт IX отрекся от понтификата в пользу некоего Джованни Грациано, архипресвитера церкви Святого Иоанна у Латинских ворот, возможно связанного с ним родственными связями, который изменил имя на Григорий VI. Нам также известно, как это произошло. «Уступка» произошла в обмен на большую сумму денег: 2000 фунтов, согласно одному более позднему источнику[209]. Но что касается вопроса «почему?» (мы не будем здесь рассматривать призрачные брачные планы Бенедикта, о которых среди прочего говорил епископ Бонизон из Сутри[210]), то наиболее вероятная гипотеза состоит в том, что Тускулумские и Крешенци заключили перемирие и, соответственно, им был нужен компромиссный кандидат. Однако все пошло не так гладко, как задумывалось. Первой проблемой стал Сильвестр III. Он, хотя и сошел со сцены, но, как оказалось, не был готов посвятить себя молитвенной жизни в каком-нибудь уединенном монастыре в окрестностях Рима. Вторая проблема состояла в том, что сосуществование трех пап, обвинения в симонии, римский политический хаос, замешательство среди верующих, наконец, привлекли внимание Генриха III, и в сентябре 1046 года он решил перейти через Альпы и отправиться в Италию для урегулирования проблем.

Григорий VI, который к тому моменту правил уже год, по крайней мере, поначалу был встречен с энтузиазмом среди реформаторов. С Генрихом III он впервые встретился в Пьяченце, в результате обмена мнениями между ними, казалось, германский государь укрепился в намерении поддержать законность его избрания. Но то было только начало. Григорию было бы полезно учесть, что еще до Пьяченцы Генрих председательствовал на синоде в Павии, где торжественно