Новейшая история стран Латинской Америки - Александр Иванович Строганов Страница 82

займов носила характер спекулятивных сделок. При гигантски выросшей внешней задолженности особенно чувствительным было изменение ситуации на мировом финансовом рынке, повлекшее рост учетных процентных ставок с 7–8% во второй половине 70-х годов до 13–17% в начале 80-х годов. Это привело к резкому увеличению выплат по процентам за полученные займы. Чтобы расплатиться, местные правительства вынуждены были добиваться новых займов и кредитов в еще больших размерах. Платежи по внешней задолженности возросли с 7,3 млрд. долл. в 1973 г. до 75,8 млрд. в 1982 г. и превысили новые поступления. Чтобы изыскать средства для оплаты долгов, правительства стран региона принуждены были выполнять требования международного финансового капитала по сокращению государственных расходов. Это вело к дальнейшему ужесточению социальной политики, снижению заработной платы, массовым увольнениям, свертыванию государственного сектора, передаче новых позиций иностранному капиталу. Усилилась инфляция. За 1971–1982 гг. цены подскочили в Перу и Бразилии в 40–50 раз, в Уругвае, Чили и Аргентине – в сотни раз.

Развитие новых отраслей и предприятий, основанных на современной технологии и экономии рабочей силы, не могло компенсировать сокращение занятости в традиционных сферах хозяйства. Процесс маргинализации населения принял массовый характер. Количество безработных, не полностью и не постоянно занятых лиц, пополнивших чрезмерно разбухшую сферу обслуживания и торговли и неспособных обеспечить себе достаточные средства для существования, достигло примерно 40% экономически активного населения.

Особенно обострилась ситуация в 1981–1983 гг. в связи с мировым экономическим кризисом. Уменьшились доходы от экспорта, ухудшились торговый и платежный балансы. Страны региона оказались неспособными выплачивать долги. Пришлось сильно сократить импорт. Положение осложняли протекционистские меры стран – покупателей латиноамериканской продукции. Произошел спад производства, задевший и модернизированный сектор. В 1984 г. ВВП региона еще оставался ниже уровня 1980 г. Наиболее глубокий спад произошел в странах с диктаторскими режимами (Чили, Аргентина, Уругвай). С 1982 г. сократился приток новых средств из-за рубежа и одновременно вырос их отток. Всего за 1982–1988 гг. Латинская Америка получила новых ресурсов извне на 92,4 млрд. долл., а перевела за рубеж около 180 млрд. долл. Расстройство государственных финансов, инфляция, острая конкуренция с ТНК на внутреннем рынке, повышение процентных ставок в США вызвали массовый перевод частного национального капитала в США и другие развитые страны (до 120–140 млрд. долл.).

Изменения в социальной структуре населения. Политика модернизации повлияла на социальную структуру латиноамериканского общества. Среднегодовые темпы роста населения в регионе продолжали оставаться высокими, хотя начали снижаться (с 2,7–2,8% в 60-е годы до 2,5–2,6% в 70-е и 2,4% в середине 80-х годов). Население Латинской Америки в 1973 г. превысило 300 млн. человек, в 1985 г.– 400 млн., а к началу 90-х годов достигло 440 млн. Удельный вес региона в населении мира увеличился с 7,6% в 1970г. до 8,4% в 1983 г. Продолжало быстро расти городское население (70% в 1986 г. против 57% в 1970 г.). В Аргентине, Уругвае, Чили и Венесуэле городское население достигло 80–86%. На другом полюсе было большинство стран Центральной Америки и Карибского бассейна, Парагвай и Эквадор – менее 50% (в Гаити – 26%). В 1985 г. в 34 городах-миллионерах Латинской Америки проживало 43% всех горожан. Столичные агломерации Мексики, Перу, Аргентины и Уругвая концентрировали от 23 до 50% населения своих стран. Самыми крупными городами региона (с пригородами) стали Мехико (18 млн. жителей в 1985 г.), Сан-Паулу (16 млн.), Буэнос-Айрес (11 млн.), Рио-де-Жанейро (10,5 млн.). Скопление огромных масс населения в крупнейших городах обостряло здесь проблемы экологии, занятости, снабжения, коммунального хозяйства, транспорта, жилья. Экономически активное население (ЭАН) увеличилось с 84 млн. в 1970 г. до 135 млн. в 1985 г. Доля занятого в сельском хозяйстве населения за 70-е годы упала (42% ЭАН в 1970 г. и 32% в 1980 г.). Занятость в промышленности и смежных отраслях осталась примерно на прежнем уровне (28%), в торговле и услугах значительно увеличилась (с З0 до 40%).

В сложном положении оказались многочисленные мелкие и средние предприниматели, представлявшие до 90% и более от общего числа предпринимателей. Интересы большинства их были принесены в жертву политике модернизации, многие из них разорялись. Но их ряды вновь и вновь пополнялись за счет других слоев населения, благодаря наличию большой дешевой избыточной рабочей силы. Выросла группа предпринимателей «теневой» экономики, предприятия которых не были формально зарегистрированы. С другой стороны, возник целый слой мелких и средних фирм, оказавшихся связанными через систему субподряда с крупным модернизированным производством, контролируемым ТНК. В итоге аграрных реформ 60–70-х годов в деревне наряду с крупным капиталистическим хозяйством укрепилась фермерская прослойка.

Средние слои стали самой многочисленной категорией городского населения. Их быстрый рост был следствием как экономического, научно-технического и социального прогресса, так и издержек процесса модернизации, кризисных проявлений, которые вели к избыточному разбуханию категории мелких «самостоятельных хозяев» в торговле, услугах и в ремесленном производстве за счет населения, вытесненного из других сфер занятости. Большинство таких «хозяев» влачило жалкое существование. Но в то же время росли кадры административного и инженерно-технического персонала, научных работников, творческой интеллигенции. С 1970 до 1987 г. численность студентов увеличилась с 1,5 до 7 млн. человек.

Количество лиц наемного труда выросло с 44–45 млн. человек на рубеже 70-х годов до 74 млн. в середине 80-х годов, но, поскольку в целом экономически активное население тоже сильно увеличилось, удельный вес наемного труда в ЭАН остался на прежнем уровне – 55–56%, значительно варьируясь по странам. В 80-е годы в Аргентине, Чили и Уругвае доля наемного труда достигала 67–88% ЭАН, в Боливии, Эквадоре, Перу и большинстве стран Центральной Америки – менее 40%, в Гаити – 17%.

Промышленный пролетариат (включая рабочих и близкие к ним категории служащих и технических работников промышленности, строительства, транспорта, связи, электрогазоводоснабжения, рабочих полуремесленных предприятий) увеличился с 1970 г. до середины 80-х годов с 13–14 млн. человек до 17–18 млн. (при уменьшении его доли в ЭАН примерно с 17 до 13%). Крупнейшие его контингенты были сосредоточены в Бразилии (5,5 млн.), Мексике (3,5 млн.), Аргентине (2,5 млн.), Колумбии (2 млн.). Состав латиноамериканского рабочего класса стал более сложным и дифференцированным. На предприятиях ТНК, в модернизированном секторе производства сформировался наиболее квалифицированный «пролетариат филиалов». Персонал этих предприятий за счет более высокой производительности труда получал намного большую заработную плату и имел лучшие социальные условия, чем остальные трудящиеся. По разным оценкам, «пролетариат филиалов» в Латинской Америке в 80-е годы насчитывал от 2 до 5 млн. человек.

В странах с более зрелой экономической и социальной структурой (Аргентина, Уругвай, Чили) рост численности трудящихся в передовых капиталоемких отраслях не компенсировал вызванное политикой модернизации и ее последствиями сокращение численности рабочих традиционных трудоемких отраслей промышленности – пищевой, текстильной, швейной, добывающей, железнодорожного транспорта. Это сокращение приняло особенно ощутимые