1941: фатальная ошибка Генштаба - Геннадий Николаевич Спаськов Страница 32

Из трех особых округов ПрибОВО был самым слабым по своему составу. Соответственно, его второй оперативный эшелон тоже уступал резервам Киевского и Западного округов, хотя численно сам по себе он выглядел довольно внушительно. На 13 июня в нем насчитывалось шесть стрелковых дивизий. Но, несмотря на такую численность, к 15 июня второго эшелона в ПрибОВО фактически не оказалось. Дело в том, что все шесть дивизий – 179-я, 180-я, 181-я, 182-я, 183-я и 184-я – были созданы на основе соединений бывших прибалтийских буржуазных государств, год назад вошедших в состав СССР. Поэтому Красная армия получила по наследству от старых армий значительную часть их офицерского состава. Который, скажем так, преданностью советским идеалам не отличался. Рядовой состав этих дивизий также комплектовался в основном из граждан СССР прибалтийских национальностей – литовцев, латышей и эстонцев. А эти народы, которые основной массой хоть и добровольно вступили в СССР, за столь короткое время тоже не успели стать советскими людьми.

Потому нет смысла долго доказывать, что определенная часть этих солдат и в особенности офицеров была враждебно настроена к Советскому Союзу. А часть офицерского состава вообще оказалась участниками подпольных националистических организаций, которые, в свою очередь, были прямо связаны с немецкими спецслужбами.

Наличие в армии «пятой колонны» нетерпимо в любом случае, а ввиду явного приближения войны это особенно опасно. НКВД довольно сильно затянул с окончательной ее ликвидацией. Только за неделю до войны, 14 июня 1941 г., в экстренном порядке началась решительная чистка этих соединений от ненадежного элемента. Ликвидация вражеского подполья сопровождалась перестрелками, причем убитые были с обеих сторон. Безусловно, чистка существенно ослабила силы прибалтийских союзников Гитлера. Однако полностью ликвидировать «пятую колонну» НКВД не сумел ни в армии, ни среди населения Прибалтики. С началом войны она причинила определенный вред советским войскам, нанося им удары в спину. В Вильнюсе, Риге, Каунасе и других городах прошли настоящие бои с пособниками гитлеровцев. К примеру, отступающая 5-я стрелковая дивизия в городе Каунас (Ковно) была встречена огнем боевиков литовской фашистской организации «Шаулю саюнга» (Союз стрелков) и уничтожила около трехсот этих гитлеровских пособников104.

Еще хуже, что взбунтовались некоторые подразделения литовских дивизий. Предательски уничтожив советских командиров, они, правда, в основном разбежались, но некоторые все же сочли возможным нападать на отступающие советские части.

Поэтому на середину июня командование округа обоснованно считало все шесть территориальных стрелковых дивизий – 180-ю, 182-ю (эстонские), 181-ю, 183-ю (латвийские), 179-ю и 184-ю (литовские) – ненадежными и, значит, небоеспособными. Когда командующий округом Кузнецов 22 июня просил помощи от Генштаба, то он обосновывал просьбу и фактической небоеспособностью этих дивизий.

По этой причине в середине июня во второй оперативный эшелон округа срочно ввели 65-й стрелковый корпус в составе 11-й и 16-й стрелковых дивизий. Раньше они прикрывали эстонское побережье и устье Финского залива, а с началом войны по плану прикрытия вообще должны были перейти в состав Северного фронта, преобразовываемого из Ленинградского округа105.

В середине июня, как и в других округах, началась подготовка к передислокации этих соединений в сторону границы. 17 июня приступили к переброске по железной дороге 11-й стрелковой дивизии в район прикрытия 8-й армии, южнее Шауляя. 21 июня ее первые эшелоны разгрузились на станции Шедува и стали сосредоточиваться чуть западнее, в 35–45 км от границы106. 16-ю стрелковую дивизию предполагалось перебросить на участок прикрытия 11-й армии в район г. Пренай. Но к 23 июня успели перебросить в район Елгавы только управление 65-го стрелкового корпуса. Сама 16-я сд из-за недостатка подвижного состава к 22 июня не смогла начать погрузку, а затем ее переброску и вовсе отменили107. Очевидно, к тому времени, когда удалось выделить дефицитные вагоны, у советского командования появился и опыт участия в войне прибалтийских национальных дивизий. Видимо, опасаясь возможного удара в спину – на этот раз эстонских гитлеровцев, – командование РККА не стало оголять главную базу Балтийского флота и побережье Финского залива. Впервые участие в боевых действиях 16-я сд приняла только в начале июля.

Тем не менее на 17 июня в ПрибОВО, как и в других округах, дивизии, реально составлявшие резерв округа, либо готовились, либо уже начали переброску в назначенные им районы развертывания у западной границы.

Всего на 18 июня вместе с дивизиями ПрибОВО готовились к переброске или выводились в сторону границы 27 дивизий второго оперативного эшелона западных округов. Эти соединения добавились к 42 дивизиям резерва Главнокомандования и массе отдельных частей, находившихся на различных этапах переброски.

Однако и эти действия не охватывали весь процесс повышения боеготовности войск ПрибОВО. После 13 июня, то есть с момента, когда вышло якобы «расхолаживающее» и «дезориентирующее» Заявление ТАСС, мероприятия по повышению боеготовности пошли в ПрибОВО уже сплошным потоком, захватив практически все войска округа. 15 июня последовал приказ № 0052 Военного совета округа «По обеспечению боевой готовности войск округа». Этот обширный (5 страниц текста) приказ полностью должен был знать весь комсостав округа, начиная от командира дивизии. В преамбуле указывалось:

«…именно сегодня, как никогда, мы должны быть в полной боевой готовности. Это многие командиры не понимают. Но это надо твердо и ясно понять, ибо в любую минуту мы должны быть готовы к выполнению любой боевой задачи.

Подготовку проводить без шума, спокойно, скрытно, но работать надо день и ночь, ночь и день. Всегда быть в боевой готовности. Каждый командир должен знать свою позицию, подготовить ее и быть в полной готовности разбить на этой позиции любого врага».

Хотя о войне с Германией в ближайшие дни командующий войсками округа генерал-полковник Кузнецов прямо еще не сказал, но приказная часть не оставляла сомнений, что предусмотренные ею мероприятия – фактически уже выход на тропу войны:

«…К 22 июня каждый командир дивизии должен выработать решение на местности, которое командующему армией утвердить и за каждую дивизию донести…

5. Установку противотанковых мин и проволочных заграждений перед передним краем укрепленной полосы готовить с таким расчетом, чтобы в течение трех часов минное поле было установлено, для чего: в каждом полку провести показные занятия с командирами и красноармейским составом саперных взводов и предусмотреть привлечение, по мере необходимости, саперных батальонов, работающих в полосе укрепленных районов по плану, утвержденному командующим армией.

6. Проволочные заграждения начать устанавливать немедленно, в первую очередь перед передним краем полосы [обороны] дивизии, и по окончании развивать установку проволочных заграждений в глубине полосы дивизии. Командующему армией лично принять решение о прикрытии стыка.

7. Подготовить постановку