Темный Лорд устал. Книга Vlll - Тимофей Афаэль

Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Темный Лорд устал. Книга Vlll

Глава 1

Мурзифель

Ветер трепал чёрную шерсть, и Мурзифель лениво прищурился, глядя на город внизу. Люди копошились на улицах, таскали какие-то ящики, перекрикивались, суетились. Прямо как мыши. Полезные, конечно, но всё равно мыши.

Он сидел на самом краю крыши Мэрии, свесив хвост в пустоту. Любой нормальный кот давно свалился бы с такой высоты, но Мурзифель не был нормальным котом. Он был Первородным Хищником, Пожирателем Миров, Тенью Глубин и ещё парой десятков титулов, которые сейчас не значили ровным счётом ничего.

Потому что он застрял в этом жалком смертном теле.

Мурзифель потянулся, чувствуя, как хрустят позвонки, и с отвращением посмотрел на собственную лапу. Обычная кошачья лапа. С когтями, да, но не теми когтями, которыми он когда-то вспарывал ткань реальности. Переход к Хозяину через пространство между мирами выжег почти всю его силу, оставив лишь крохи. Достаточно, чтобы напугать пару идиотов ментальной иллюзией. Недостаточно, чтобы телепортироваться хотя бы на соседнюю крышу.

Приходилось ходить лапами. Как какому-то дворовому коту.

Унизительно.

Впрочем, он не жалел. Эпохи в далёких созвездиях, где нечего было делать, кроме как дремать на астероидах и пересчитывать умирающие звёзды, научили его ценить даже такое существование. Скука — вот настоящее проклятие для бессмертного. Там, в холодной пустоте между галактиками, время тянулось как смола, и каждое тысячелетие было похоже на предыдущее. А здесь, рядом с Хозяином, скучно не бывало.

Мурзифель повернул голову на северо-восток, туда, где за горизонтом лежал Котовск с его загадочным растением. Оттуда тянуло не магией в привычном понимании, а чем-то более древним. Хозяин что-то затевал.

Кот втянул воздух, анализируя запахи. Пепел, раскалённый металл. Этот букет он помнил по старым временам, когда Хозяин ещё не научился сдерживать свой гнев. Когда целые миры превращались в оплавленные огарки просто потому, что кто-то посмел ему перечить.

Империя разбудила Дракона. Эти клопы в своих столичных башнях даже не понимали, что натворили.

Мурзифель издал звук, который у обычного кота сошёл бы за мурлыканье, но на самом деле был тихим смехом, полным предвкушения. Он не видел Хозяина настолько злым уже… сколько? Восемь тысяч лет? Десять? Где-то между крушением Алтарианской империи и тем случаем с надменными магами из туманности Ориона.

Неважно. Главное — это будет славное зрелище.

Он перевёл взгляд на запад, туда, где за тысячи километров пряталась столица со своим Советом, кланами и прочей мышиной возней. Забавно. Они думали, что их армии и интриги что-то значат. Что можно угрожать существу, которое создавало империи и разрушало империи врагов.

Скоро они узнают, почему древние расы называли его Концом Всего Сущего.

Мысли сами собой потекли к свите Хозяина.

Фея. При воспоминании о ней Мурзифель скривился. Жужжащая пищалка, которая вечно путалась под лапами. Летающий калькулятор с крылышками, который только и умел, что считать цифры и раздавать непрошеные советы. Она была с Хозяином почти так же давно, как сам Мурзифель, и за эти тысячелетия они успели возненавидеть друг друга с искренней, почти родственной страстью. Сейчас мелкая наверняка вилась вокруг Хозяина на Заводе, совала свой светящийся нос в его дела и верещала что-нибудь про «оптимизацию ресурсов». Хорошо, что её здесь нет. Хоть поразмышлять можно в тишине.

Лилит. Вот в ком был огонь. Блондинка с характером дикой кошки — Мурзифель ценил таких. Она не боялась Хозяина, не лебезила и не пресмыкалась. Дерзила ему в лицо, флиртовала, провоцировала. Хозяину это было полезно. Он стал слишком серьёзным за последние эпохи, слишком погружённым в свои планы и расчёты. Ему нужен был кто-то, кто напомнит ему о простых радостях существования. Хотя раскачать его будет непросто. Мурзифель видел, как десятки женщин — богинь, королев, демониц — пытались добиться внимания Хозяина. Большинство сдавались, разбившись о его равнодушие. Посмотрим, хватит ли у блондинки упорства.

А вот Дарина — совсем другое дело. Мурзифель облизнулся, вспомнив вчерашние домашние сосиски из настоящего мяса, с какими-то травками. И подала она их правильно — в фарфоровой мисочке, слегка подогретыми. Не то что некоторые, которые швыряют кошачий корм из пакета и думают, что этого достаточно.

А еще Дарина знала, как гладить за ухом, с нужным нажимом, не слишком сильно и не слишком слабо. Она приносила вкусности, не требуя ничего взамен. Она была тёплой, мягкой и пахла домом.

Хозяину определённо стоило к ней присмотреться. Такая жена — это уют, порядок и сытый кот. Мурзифель одобрял.

Даниил… Мурзифель фыркнул с неожиданной теплотой. Мальчишка-псайкер, дёрганый, как заяц. Вечно запинался на словах и боялся собственной тени. Но в нём было что-то. Искра. Дар, который просился наружу.

Кот взял его под опеку. Не из доброты, разумеется — Мурзифель не верил в доброту. Просто ему было скучно, а наблюдать, как мальчишка постепенно обретает уверенность, оказалось занятнее, чем он думал. Когда Даниил орал в микрофон свои пропагандистские речи — в нём просыпалось что-то настоящее. Голос крепчал, спина выпрямлялась, страх отступал.

Моя школа, подумал Мурзифель с толикой гордости.

Глеб и Молот — эти двое его не интересовали. Полезная мебель, но мебель не заслуживала отдельных размышлений.

А вот Степан — другое дело. Мужик. Хозяйственник. Такой же, как сам Мурзифель в некотором смысле. Степан понимал, как управлять стадом. Знал, когда надавить, когда отпустить, когда сделать вид, что не заметил и, что важнее всего, знал, что кот любит сметану двадцатипятипроцентной жирности. Надо бы к нему сегодня наведаться, проверить дела и заодно получить законную порцию.

Живот заурчал, возвращая Мурзифеля к насущным вопросам. Философия философией, а обед по расписанию. На рынке сегодня должен быть свежий улов — он чуял это ещё с утра. А потом можно и к Степану заглянуть.

Мурзифель потянулся, выгибая спину, и направился к чердачному люку. Война с Империей подождёт. Караси ждать не будут.

Спуск с крыши занял унизительно много времени.

Раньше Мурзифель просто шагнул бы в тень и вышел где угодно — хоть на другом конце города, хоть на другом конце галактики. Теперь приходилось карабкаться по пожарной лестнице, перепрыгивать с карниза на карниз и протискиваться через чердачное окно, которое какой-то идиот додумался заколотить досками. Доски, впрочем, не пережили встречи с когтями Первородного Хищника, но сам факт оскорблял.

Оказавшись на улице, Мурзифель встряхнулся и двинулся в сторону рынка. Шёл он неспешно, вальяжно, занимая ровно