Развод в 40 плюс. Рецепт моего счастья - Лена Лорен

Лена Лорен

Развод в 40 плюс. Рецепт моего счастья

Глава 1

Прогремел будильник, и я машинально потянулась к тумбочке, чтобы его выключить.

Половина кровати, где обычно спал Вова, была пуста, а из ванной доносилось журчание воды.

Снова он проснулся раньше меня. Кажется, это уже вошло у него в привычку.

Еще два года назад я его пинками из кровати выгоняла, а теперь с утра пораньше скачет, как горный козел. Энергии хоть отбавляй. Недавно абонемент в тренажерку купил, витамины начал принимать.

Посмотрим, надолго ли его хватит.

— Вов, ты там скоро? — постучала я в дверь, натягивая на себя шелковый халат, который муж подарил на двадцатую годовщину.

Халат, конечно, уже мал, трещит по швам, но выбрасывать жалко — все-таки память.

Из-за двери донеслось приглушенное:

— Нет, Лид. Я еще не закончил.

“Вечно он там возится”, — подумала я, выходя из комнаты.

Через пять минут я снова вернулась в спальню за телефоном. Надо было проверить, как там мой “кулинарный блог” поживает.

Ага, целых восемь подписчиков! Успешным фудблогером мне точно не стать, но хоть какое-то развлечение.

Смотрю, Вова еще не вылез из душа. Но на полу темнели мокрые следы, ведущие из ванной, а телефон мужа, который до этого лежал рядом с моим на подзарядке, исчез.

С собой утащил, что ли? Что-то новенькое.

— Что на завтрак готовить? — спросила я, снова постучавшись.

— Да как обычно, яичницу и кофе, — ответил он отстраненным тоном через дверь.

Войдя на кухню, я насыпала молотый кофе в турку, поставила на плиту вариться и глянула на время.

— Макс, Ксюша, пора просыпаться! — выкрикнула я, доставая из холодильника восемь яиц с колбасой.

— Да чтоб она провалилась эта школа! — пробурчала дочка, захлопнув дверь.

Я старалась не обращать внимания на ее раздражительность и не вмешиваться лишний раз.

Ксюха у нас девочка умная, на золотую медаль идет, но характер у нее взрывной.

Переходный возраст, что с нее взять. Главное, не лезть к ней под горячую руку, а то хуже будет.

Надев фартук, я принялась хлопотать над завтраком. Сначала для Максима. Ему нужна энергия, белок, чтобы покорять спортивные вершины. Мой чемпион, моя гордость… и моя головная боль.

— Мам, а ты чего меня раньше не разбудила? — услышала я за спиной недовольный голос.

Я обернулась. На пороге стояла Ксюша, потирая глаза. Ее длинные медные волосы растрепались, пижама сползла с плеча.

Она была копией меня в юности, с таким же бунтарским блеском в глазах.

— Блин, ну я же говорила, мне нужно встать пораньше, чтобы волосы успеть выпрямить!

Ну вот, началось! У кого кудри — выпрямляют, у кого прямые — завивают. Девушки такие девушки…

— Да ладно, я не помню, чтобы ты меня просила, — ответила, я и правда не слышала ничего подобного.

— А-а-а, — Ксюха с раздражением закатила глаза. — Ни о чем тебя попросить нельзя!

— Доброе утро, мам, — в кухню ворвался переполошенный Максим. Наверное, опять опаздывает на тренировку. — Завтрак, надеюсь, уже готов?

— Садись, ты как раз вовремя. — Я переложила яичницу в тарелку, налила кофе в чашку и поставила всё напротив Макса. — Приятного аппетита.

Три месяца назад он начал профессионально заниматься спортом. Ходит в ту же тренажерку, куда и отец. Только Вова посещает занятия для поддержания здоровья, а сын хочет стать тренером, чтобы отбоя от девчонок не было.

Наивный, думает, что девушки ведутся на мышцы. Хотя… На что там современная молодежь нынче ведется, я даже и не знаю.

— Ма, ну я же просил больше не готовить мне эту гадость, — с гримасой отвращения произнес Макс, отодвигая от себя тарелку с глазуньей, украшенной веточкой укропа.

Я на секунду замерла, уязвленная его тоном.

— Ишь ты, принц датский! Раньше за обе щеки уплетал, а теперь ему гадость. Да это же идеальный белковый завтрак!

— Вот именно, раньше! — фыркнул Максим. — Раньше я вообще много чего любил. А сейчас я стараюсь питаться правильно, чтобы не выглядеть, как… — Он запнулся, видимо, осознав, что собирался сказать нечто обидное.

Макс опустил взгляд в тарелку, а у меня вдруг в горле встал ком обиды.

Ну да, конечно! Куда мне, сорокадвухлетний женщине с лишними килограммами, тягаться с двадцатилетним парнем со спортивным телом.

— Как кто? Как твоя толстая мать? Ты это хотел сказать? — уточнила я, стараясь говорить с юмором, хотя внутри всё сжалось.

И щеки Макса покраснели.

А это означало, что его совесть, похоже, не окончательно атрофировалась.

Кошмар!

Мой сын считает меня толстухой! Считает, но боится сказать мне об этом напрямую.

Ну конечно, я ж у него такая ранимая, чуть что — сразу в слезы и заедать горе пироженками.

— Ну, ма, ты чего? Я совсем не это имел в виду, — натянув примирительную улыбку, он начал исправлять ситуацию. — Просто… ну, ты же знаешь, у меня тренировки, и я слежу за питанием. А в этой порции столько масла и неправильных углеводов, что… Короче, я не буду. В столовке позавтракаю.

Он сделал пару больших глотков кофе и тут же выскочил из-за стола, даже не притронувшись к тарелке, на которую я теперь смотрела как на биологическое оружие…

Да немного там масла. Ну, для меня, по крайней мере.

В кухню тем временем вошла Ксюша. И, судя по улыбке, у нее поднялось настроение. Видать, в своем “девчачьем” блоге лайков отхватила.

— Мам, а ты погладила мою юбку?

— Да, на вешалке висит.

— А блузку?

— Там же смотри! — ответила я, накладывая в тарелку новую порцию завтрака. — Потом оденешься. Ешь, пока не остыло.

Ксюша уселась на стул, где только что сидел ее брат. Воткнула в одно ухо наушник и включила музыку, как бы намекая, чтобы я не доставала ее, и стала ковыряться вилкой в тарелке.

— Мам, ну вот ты ведешь свой кулинарный блог, хоть и не совсем успешно, ну неужели ты не в курсе, что сейчас почти все веганы? — смотрела она на яичницу всё с тем же отвращением, что и ее старший брат несколько минут назад.

И она туда же? Сговорились они, что ли? Еще и вздумала тыкать меня носом в “неуспешность”.

— И кто эти почти “все”? И почему мы должны на этих “всех” равняться?

Ксюша, как обычно, закатила глаза. Подростки — что с них взять. Им слово поперек не скажи, они сразу глаза закатывают и огрызаются.

— Мам, ну чего ты начинаешь? Я же реально дело