Крипта. Как шифропанки, программисты и жулики сковали Россию блокчейном - Андрей Вячеславович Захаров Страница 18
Крипта. Как шифропанки, программисты и жулики сковали Россию блокчейном - Андрей Вячеславович Захаров читать онлайн бесплатно
Слушать сочные голосовые сообщения Путешественника было забавно, тем более что он сопровождал их фотографиями тайского пляжа. Однако меня смущало его нежелание называть свое настоящее имя: цитировать непонятного анонима, пусть Светлейший и уполномочил его общаться со мной, было несолидно и вообще неправильно — аноним не несет никакой ответственности за свои слова. Однако Путешественник был болтлив и оставил в разговоре несколько деталей о себе, которые помогли мне вычислить, как его зовут на самом деле. Главным его «проколом» было хвастливое заявление, что родной Крым он не бросил и работает над проектом по поставке планшетов в школы. Ключевые слова «Крым, планшет, школа» вывели меня в итоге на компанию его отца и дальше — на него самого.
Путешественника звали Константин Ворончихин, ему было около 40 лет, и он действительно в свое время убежал из Крыма, спасаясь от уголовного дела. В нулевые он был похож на пародийного «братка» из фильмов тех лет: полноватый, с круглым лоснящимся лицом и в принципиально черной одежде — будь то длинное пальто или кожаная куртка, деловой или спортивный костюм. Однажды Ворончихин даже посидел за одним столом в ресторане с актерами Дмитрием Дюжевым и Владимиром Вдовиченковым, которые сыграли в главных российских фильмах о бандитах: Дюжев — в «Жмурках», Вдовиченков — в «Бумере».
Были у него и свои «подвиги». В 2005 году Ворончихин вместе с семью бойцами крымского «Беркута» ворвался в офис строительной компании «Специализированная механизированная колонна № 575» и занял кабинет директора. Прежнему начальнику гости выбили глаз из пневматического пистолета, ранили еще двух его подчиненных и нескольких побили[39]. После этой истории, похожей на классическую попытку рейдерства, крымская прокуратура и возбудила в отношении Ворончихина уголовное дело, а он дал деру из Украины и обосновался в Таиланде. Там он похудел и принялся романтизировать свое криминальное прошлое: он не просто не скрывал его, но даже указал на своей страничке в фейсбуке, что когда-то был «советник at ОПГ». Он любит хвалиться в разговорах знакомствами с нынешним руководством Крыма и знаменитыми бандитами полуострова и России, но невозможно проверить, что в его рассказах правда, а что всего лишь подражание героям Дюжева и Вдовиченкова.
Сложно точно сказать, чем он занялся, убежав из Украины. Возможно, он имел отношение к сервисам, через которые можно было совершать дешевые международные звонки (так называемая терминация голосового трафика). Однако в его случае никогда не ясно, ему ли принадлежит конкретный проект или он всего лишь продал для него «дропа». «Дропом», как я уже писал выше, называют подставное лицо, на которое записывается сайт, цифровой кошелек или офшорная компания: дропа не жалко, отсюда и термин, ведь глагол drop в английском значит «бросать». О том, что Ворончихин якобы приторговывал номиналами, мне рассказывал сотрудник одного из российских силовых ведомств. Именно так у создателей BTC-e оказались паспортные данные Светлейшего. О конспирации, впрочем, заботились спустя рукава: имя Светлейшего до BTC-e использовалось в нескольких проектах Билюченко — не только в Smallarena, но и в одной из порнографических «сушек» — клоне популярного видеохостинга для взрослых Xhamster в зоне su.
По мере развития истории с крахом биржи Ворончихин поменял свою версию событий. Если сначала он уверял меня, что знать ничего не знал про BTC-e, а данные Светлейшего у него подлым образом украли партнеры, то потом вдруг огорошил следующим: Светлейший, мол, несмотря на леопардовые покрывала, шлепанцы и пиво на корточках, — основатель и законный собственник BTC-e, и именно ему принадлежит $1 млрд, который хранится на офшорах по всему миру. А Билюченко незаконно присвоил криптовалюту и даже планировал нанять киллеров и убить Светлейшего в Таиланде. А сам Светлейший думал о том, чтобы за полмиллиона долларов вытащить Винника из греческой тюрьмы, но не стал. Эти и другие фантастические истории Ворончихина пересказало издание о криптовалютах Forklog со ссылкой на анонимный источник[40], хотя мне лично показалось, что этим «источником» вполне мог быть сам Ворончихин, который примерно то же писал на Bitcointalk под ником Сенсей. В качестве подтверждения своих слов Ворончихин публиковал на форуме Bitcointalk отрывки (логи) из некоей переписки, датированной 2011 годом. В каком именно мессенджере велась переписка — непонятно, но, по утверждению самого Путешественника, это якобы была его беседа с Билюченко. Но даже если переписка настоящая, она всего лишь доказывает, что в то время Билюченко действительно покупал у Ворончихина аккаунты дропов для разных мутных проектов.
Эти же истории пришлось выслушивать и американскому спецагенту Тиграну Гамбаряну, который, как я знаю, общался с Ворончихиным. Скорее всего, по телефону, хотя сам Путешественник утверждает, что они встречались в одной из соседних с Таиландом стран. Но я в версию про личную встречу не верю — тут Ворончихин, как мне кажется, играет уже в героев Мэтта Деймона или Дэниела Крейга. Он так и жил до последнего времени в Таиланде, но, как говорят в криптотусовке, вроде бы намеревался вернуться в Крым — или даже уже это сделал. Весной 2020 года он выставил на продажу право требования у Билюченко 200 тыс. биткоинов. «Может есть кто сможет получить 2 ярда $, у меня пока не получилось. Продам не дорого», — написал он в фейсбуке. Там же, в разделе «События жизни», у него указано, что в 2016 году он started new job как пенсионер, а в 2017 году left job в качестве учредителя биржи BTC-e.
Эта громкая, но не имеющая никакого отношения к реальности запись роднит его с сотнями, если не тысячами псевдопредпринимателей эпохи криптобума 2017–2018 годов, которые создавали проекты с яркими названиями, где отводили себе роль CEO, запускали красивые сайты, но дальше дело по сути не уходило.
Криптопропаганда в баре
Block 2
Index: Россия
Жалоба
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.