Абонент временно недоступен - Катерина Райдер Страница 2

 Как только Майкл успокоился, Мишель подсела ко мне и призывно кивнула. Настало время обсудить повестку дня, но я вдруг проглотила язык. Стало как-то неуютно и немножечко страшно. Мне прекрасно известно, что подруги недолюбливают Питера. Точнее не так: Саманта его люто ненавидела, а Мишель просто не одобряла. Но ни та, ни другая не позволяли себе вбивать между нами клин, уважая мой выбор. До настоящего момента…

– Ладно, если никто не может произнести это вслух, скажу я, – уверенно начала Саманта. – Эмма, Питер тебе не подходит. Честно говоря, я вообще не понимаю, как вы продержались столько времени.

– Сэм, ты же обещала быть помягче! – одёрнула блондинку Мишель.

 Я потрясённо распахнула глаза.

– Вы обсуждали наши отношения с Питом за моей спиной?!

– Нет! – воскликнула Холмс.

– Конечно, обсуждали! – наперекор ей заявила Саманта.

 Я недовольно насупилась и, отхлебнув кофе, откинулась на спинку дивана. Повисла неловкая пауза. Сэм и Мишель уставились друг на друга в безмолвном диалоге.

– Послушай, – спустя некоторое время, заговорила Шоу. – Мы очень переживаем за твоё будущее рядом с этим мужчиной. Как по мне, Фи́цджеральд просто пудрит тебе мозги. Взгляни на ситуацию непредвзято: вы встречаетесь почти шесть лет, а он до сих пор не предложил тебе переехать, при этом постоянно шлёт смски с просьбами что-то купить или сделать.

– Он очень занят, – возмущённо парировала я.

– Эмс, брось. Так занят, что не может самостоятельно покормить свою ящерицу? Зачем он вообще купил эту мерзость?

– Это игуана…

– Без разницы! – рявкнула Сэм. – Покупаешь ему продукты, упаковываешь ланч, забираешь вещи из химчистки.

– Потому что мне по пути…

– По пути откуда и куда? – всплеснула руками Саманта. – Ты живёшь в Бруклине, а он, если мне не изменяет память, на острове4. Это не отношения, а эксплуатация. К слову, рабство в Америке отменили в 1865 году. Но даже если допустить, что я придираюсь, давай-ка напомню: в прошлом месяце у тебя закончилась аренда. Так?

 Я молча кивнула.

– И что сделал наш золотой мальчик?

– Предложил заселиться в его старую квартиру, – насторожено ответила я, не понимая, к чему именно клонит подруга.

– Как мило с его стороны, – иронично заметила Сэм, а затем развела руки в стороны изображая чаши весов. – Манхэттен. Бруклин. Видишь разницу?

 Я задумалась. Эйфория, с самого утра порхающая бабочками в животе, в мгновении ока испарилась. Вместо неё появилась тяжесть, напоминающая несварение.

– Милая, я просто не хочу, чтобы ты расстроилась, когда окажется, что ожидания не имеют ничего общего с действительностью, – смягчившись, добавила Саманта.

 Огорчённо вздохнув, я отставила кофе в сторону. Прости, дорогой, но в подобной ситуации даже ты не способен поднять мне настроение.

 Аргументы Шоу выглядели весьма убедительно. Но в защиту Питера должна сказать, что около двух лет назад он был не против съехаться, я не захотела. Год выдался не из лёгких, мне чертовски не везло с работой. Пришлось сменить три места, прежде чем я устроилась в рекламное агентство мистера Бро́уди. Удобный график, неплохая зарплата, к тому же я быстро влилась в коллектив, чего обычно не случалось. Проблема заключалась в том, что наш офис располагался в Бруклине, а Пит как раз переезжал на Манхэттен. В общем, взвесив все «за» и «против», мы решили немного повременить, да видимо, так и застряли где-то между светлым будущим и унылым настоящим.

– А ты что скажешь? – обратилась я к Мишель, нарушив затянувшееся молчание.

– Газа́ не гая́т, – пробубнила подруга, активно пережёвывая кусок яблочного пирога. – Бове, как фкуфно…

– Что? – одновременно переспросили мы с Сэм.

 Холмс, с трудом проглотив огромный кусок лакомства и, промокнув губы салфеткой, повторила:

– У тебя не горят глаза. Я понимаю, что Пит не самый плохой вариант: своё жильё в центре, крутая тачка и членство в гольф клубе. Но ведь мы говорим о браке! Здесь главное чувства, а не размер его квартиры или кошелька.

– А вот тут бы я с тобой поспорила, – с деловым видом вклинилась Саманта, показав пальцами кавычки. – Кто бы что ни говорил, размер имеет значение.

 Мы с Мишель в голос рассмеялись, а затем она накрыла мою руку своей и очень вкрадчиво спросила:

– Эмма, ты любишь Питера?

– Да, – не задумываясь ответила я, хотя глубоко внутри что-то неприятно кольнуло.

 Подруги многозначительно переглянулись.

– Тогда, если это действительно то, чего ты хочешь, соглашайся, – благословила Холмс.

Эмма: 2

 Ресторан находился на перекрёстке Мэдисон-авеню и 11-той улицы. Чтобы успеть вовремя, при этом быть во всеоружии, я отпросилась с работы на час пораньше.

 Уже без малого год, что для меня достижение, я трудилась в небольшом рекламном агентстве на Уотер-стрит в Бруклине. В основном занималась разработкой дизайна листовок, буклетов, визиток, а также ведением соцсетей клиентов. Зарплата, конечно, не предел мечтаний, зато всего в паре кварталов от дома и любимая кофейня под боком. Мне нравилось, что наш директор был вовлечённым человеком и активно принимал участие в обсуждении проектов, а ещё он ценил сотрудников, пытающихся привнести в унылый мир потоковой рекламы нечто новое, креативное, что-то своё. Мистер Бро́уди сравнивал этот процесс с джазом.

 «– Не смейте давать клиенту то, что он просит. Прислушивайтесь к его пожеланиям, но не воспринимайте их буквально. Джазуйте!» – говорил он каждое утро на общем собрании, а потом выкладывал на стол коробку вкуснейших ароматных пончиков из кондитерской на углу, желал продуктивного дня и удалялся в свой кабинет, чтобы восемь часов кряду самостоятельно шерстить интернет в поисках новых клиентов. Да, дела у агентства шли неважно, слишком большая конкуренция. Но мистер Бро́уди не сдавался и, глядя на него, всегда весёлого, отзывчивого, заряженного позитивом, мы тоже. Он вдохновлял, а это, на мой взгляд, одна из важнейших черт хорошего руководителя.

 Что касается Питера, его отличительной чертой была пунктуальность. Он не любил ждать и напрочь слетал с катушек, когда кто-то опаздывал. Но, как я не старалась, приехать вовремя не удалось. Проклятые пробки!

 И вот что странно, сегодня Пит нисколечко не разозлился. Напротив, встретил меня с распростёртыми объятьями. Широко улыбаясь, он поднялся на ноги, обошёл стол, галантно отодвинул мой стул и, после того как я на нём разместилась, нежно поцеловал в щёку, при этом похлопав по правому карману пиджака…

 Ужин начался обычно. Со знанием дела Питер выбрал вино, основное блюдо и десерт. А пока мы ждали, попросил принести шампанское. Дыхание участилось. Шампанское ведь для праздников, или я параноик?!

 Когда же два бокала,