Жена злодея - Виктория Рогозина

Жена злодея

Пролог

Пролог

В сих землях, где ночь со днём хороводят,

да неведомое за каждым древом таится,

всяк путник судьбу свою сам кует,

коль веру в сердце носит.

Се было в древние времена, когда князи да землепашцы, кузнецы да волхвы молились Богу Сварогу. В лета те смердов и лиходеев жестокой смерти на костре предавали, а виновен ли человек аль невинен, решал скорый да неумолимый княжий суд. Имя того князя в летописях дивом лишь уцелело. Князь сей намеревался в жёны взять девицу Марфу, но жизнь её трагически прервалась. В убийстве её подозревали деву по имени Антарес, которую многие в окрестных селениях ведьмой нарекали. Люди говаривали, что де Антарес порчу навела да погубила невинную Марфу, невесту князя Берендея.

Князь сей был человеком могучего телосложения, и одно лишь его присутствие вселяло трепет даже в самых отважных воинов. Высок, с широкими массивными плечами, он носил длинный плащ из меха черного медведя, что подчёркивало его власть и неукротимую силу. Густая рыжеватая борода обрамляла его суровое лицо, помеченное временем и битвами — глубокий шрам, простирающийся по правой щеке, свидетельствовал о том, что не раз он встречал смерть лицом к лицу и неизменно выходил победителем.

Под густыми бровями сверкали светлые, проницательные очи, всегда ищущие правды и справедливости, хотя нередко встречали лишь жестокость мира. Волосы его, слегка вьющиеся и тоже рыжеватые, едва касались плеч, создавая образ дикого, но величественного правителя.

На поясе князя висел тяжёлый меч, украшенный древними рунами и символами, говорящими о знатном его рождении и великих подвигах на поле брани. Меч сей был не просто оружием, но и знаком его власти, орудием правосудия, с помощью которого он вершил суд и приводил приговоры в исполнение. Рука его уверенно лежала на рукояти, готовая в любой миг выхватить клинок и покарать всякого врага али предателя.

Антарес, стоя на костре, взывала к разуму людскому:

— Зачем не веруете мне? Не я её погубила! Не виновна я!

Но речи её тонули в ропоте толпы, жаждущей праведного суда и мщения.

- Княже, отчего внимаете лишь речам людским, голосам черни, а не истине, что в сердце моём заключена? Не я погубила Марфу, как нашептали вам злые языки!

Антарес была воплощением природной красоты и грации, облик её мог затмить даже цветы дивные. Длинные русые косы, сплетённые в тугую плетень, спадали по её спине, словно золотая река, мерцающая в лучах закатного солнца. Каждый шаг её был лёгок и плавен, будто она парила над землёй, а стройная её фигура подчёркивала естественную грацию и женственность.

Лик Антарес, несмотря на ужас и отчаяние, оставался поразительно красивым и спокойным. Высокие скулы, нежные черты, светлая кожа, что казалась почти прозрачной под лунным светом, создавали образ хрупкой и невинной девицы. Но более всего приковывали взор её очи — серые, глубокие, как бурное море, они светились особой мудростью и печалью. Эти глаза ведали больше, чем могли постичь иные, хранили в себе тайны, неподвластные простому смертному.

Голос её, когда взывала она к толпе, был чист и мелодичен, но в нём слышались нотки безысходности и отчаяния. Одежды Антарес не блистали ни роскошью, ни богатством — простое льняное платье, украшенное скромной вышивкой, едва скрывало её женственность. Но именно эта простота делала её образ ещё более трогательным и контрастным на фоне жестоких обвинителей.

Свет костра играл на её лице, подчёркивая решимость и готовность бороться до последнего, хотя толпа уже не внимала её словам. Антарес не была ни ведьмой, ни злодейкой, как твердили злые языки, но именно её невинность и сила духа делали её столь опасной для тех, кто жаждал её погибели.

Князь с горечью в голосе произнёс:

— Речи твои — лишь отголоски бесчестия и тьмы, что обвили этот мир! Но яви доказательство невинности своей, если можешь, Антарес. Всё, что пред очами моими, — лишь мрак, что окутал тебя и деяния твои.

Антарес, с отчаянием и болью в глазах, ответила:

- Как могу я доказать того, чего не ведаю? Как явить истину, если твой суд зиждется на страхе и мщении, княже?

Князь, неумолимый и решительный, произнёс:

- Огонь, что ныне разожгу, обретёт истину, какова бы она ни была. Да будет он судом, какого жаждут души наши.

Его сердце, полное ярости и боли, подтолкнуло его сделать шаг вперёд. В руке пылал факел, а в глазах сверкала непреклонная твердость принятого решения. Князь посмотрел на Антарес, и в его взгляде не осталось ни капли сомнения.

— Такова воля суда, — изрёк он и бросил факел.

Пламя стремительно объяло дрова, и на этом видение пресеклось. Последнее, что узрела Антарес, — были серые очи Кощей Бессмертного. Будто ведал он нечто сокровенное, но хранил то в молчании. Кощей, словно тень, растворился в гудящей толпе.

Когда пламя взвилось высоко, охватив костёр, внезапно случилось нечто непостижимое. Яркий свет озарил лицо Антарес, и в тот же миг она исчезла, словно растворилась в воздухе. Толпа замерла в изумлении, а затем заговорила приглушёнными голосами, будто сами духи предков шептали им о невиданном чуде. Шепот и ропот пронёсся по рядам, страх и удивление овладели сердцами, и никто не мог понять, куда исчезла та, кого считали проклятой.

В гуще людской стоял некий Лука Кейнсберг, ученик великого Кощея Бессмертного. Он лишь усмехнулся, глядя на всё, что произошло. Взгляд его был исполнен тайного знания, и в усмешке читалась горечь и презрение к тем, кто не ведал истинной силы, что скрывалась за простыми глазами смертных. Лука знал, что это было лишь началом новой главы в вечной игре, что вели могущественные силы, невидимые простому люду.

Лука Кейнсберг, стоя в толпе и наблюдая за исчезновением Антарес, ощутил в груди странное чувство — нечто, что он прежде не испытывал. В тот миг, когда она исчезла в сиянии пламени, будто сама судьба шепнула ему, что её сила и красота — это не просто дары, но знамение.

Лука понял, что Антарес — не просто ведьма, а та, кто предназначена ему. Её исчезновение стало для него знаком, подтверждением древнего пророчества, которое гласило, что однажды он встретит женщину, чья душа будет связана с его собственной узами, крепкими, как само время.

В этот миг Лука принял решение. Он не остановится ни перед чем, чтобы найти