Покойтесь с миром, или я вам помогу - Керри Лемер

Керри Лемер, Клэр Вирго

Покойтесь с миром, или я вам помогу

Глава 1

Наш мир, старинное кладбище где-то в глуши

— Наталья Семеновна, ну помилуйте, — директор кладбища, ходил за мной хвостиком, бубня в моржовые усы, что-то похожее на протест, — откуда же у меня столько денег?

Замерла как вкопанная. Резко обернулась, крепко держа в руках лопату, купленную за свои кровные, и окинула щуплого, вороватого еврея фирменным взглядом.

Да-да, у бывшего сотрудника УФСИН не могло не быть «фирменного взгляда». Достаточно один раз зыркнуть — и поляжет любой, но не от восторга, все же я не модель какая-нибудь.

— Йосиф Абрамович, — сделала шаг в сторону наглеца, прогибая старые половицы в сторожке, — либо вы делаете новый забор, либо все село узнает, откуда у вас появился внедорожник вместо старых жигулей.

Йосик то бледнел, то краснел от моей угрозы, а всяко было лучше согласиться. Все же жизнь он любил, даже капельку больше, чем деньги, которые бессовестно клал в карман, а не занимался облагораживанием старинного кладбища.

Однако стоит отдать ему должное, мою скромную зарплату ночного сторожа платил исправно, наличкой в беленьком конверте и каждый раз со слезами на глазах протягивал его трясущейся рукой.

— Вы меня в могилу сведете. — обиженно буркнул, соглашаясь с моими железными доводами.

— Даже не сомневайтесь, — хохотнула в ответ, указывая ему на выход, — не зли меня, Йося, чтобы завтра рабочие были тут.

— Связался на свою голову с гром-бабой, — пролепетал напоследок, унося ноги.

Спорить со мной было бесполезно, а Йося и не стал, все же возражать женщине под центнер весом с разрядом по стрельбе и холодным оружием в руках рискнул бы только камикадзе.

Вообще, работенка у меня была непыльная и спокойная. Ночным сторожем на этом кладбище работала почти год, с тех пор как ушла на пенсию по выслуге лет. Как оказалось, и без меня нормально за заключенными присматривали, а вот на кладбище толкового сторожа не хватало.

Место это было старинное, а не просто старое. Поговаривали, что некоторые захоронения еще тех времен, когда в могилы клали килограммы золота. Видать, для того чтобы на том свете взятки кому надо давать.

Поэтому без работы все же не сидела. Нет-нет да захаживали расхитители могил и любители легкой наживы. Мертвого обокрасть — это вам не в форточки тощий зад пропихивать, здесь без ста грамм лучше не появляться.

Днем-то тихо всегда было. Почти красиво, если вдаль не всматриваться. Все менялось с наступлением темноты.

То ли аура у этого места была не самая хорошая, то ли и впрямь мистика какая-то, но над кладбищем почти всегда был туман, а вой волков и шакалов звучал так же часто, как пение птиц в весеннем лесу.

Эта ночь почти ничем не отличалась. Сумерки сгустились очень быстро, стоило только Йосику завести свой импортный драндулет, подняв в воздух клубы придорожной пыли, как солнце пошло к закату.

Я осталась одна в маленьком домике-сторожке с одной комнатой, она же кухня, а вот удобства были уличными, поэтому зимой работа не была особо комфортной. Зато весной, особенно поздней, я искренне наслаждалась, цветочки сажала, что бы уж совсем серо не было.

Для этого даже лопату купила за свои деньги, рассаду еще, ну и так, по мелочи. Честное слово, хотела делом заняться, пока Йосик настроение не испортил.

Подумаешь, гром-баба. Не всем же прынцессами, рыбками и зайками быть, кто-то же должен коней на скаку там и в избы горящие. Да и внешне у меня было больше сходства с гномом Гимли, чем с Рапунцель, разве что бороды пока не наблюдалось.

А в остальном я так же росла вширь, а не ввысь. Могла смело носить с собой секиру вместо лопаты и была не против добротного эля, но наливать никто не спешил.

На душе сразу стало гадко и обидно. Одна-одинешенька. Мужикам ведь кости подавай и чтобы помалкивали в тряпочку, а с такой, как я, мужик первый побежал бы писать заявление о домашнем насилии.

И так грустно мне от этого стало, что хоть волкам подвывай. В старом и запыленном зеркале отражалась угрюмая картина: баба с морщинами и взглядом цербера.

— Пф, ну и подумаешь, — фыркнула своему отражению, — щас я покажу зайку и белочку!

Возможно, я погорячилась, но всплыл в голове один рецептик из старого журнала. Ничего сложного: грязь там какая-то, трава, яйцо, если память меня не подводила, потом эту жижу на лицо, и, как писали в том журнале, «пусть вид вас не пугает, но эффект волшебный».

Ага, настолько волшебный, что из гром-бабы я превратилась в Шрека. Обидно, даже не в Фиону, а чувствовала себя и вовсе ослом.

Рожа зеленая, жижа эта никак не хотела застывать, стекала, образуя подтеки, как на неудачно окрашенном заборе. А когда все же эта дрянь решила застыть, то кожа неимоверно чесалась, как если бы мое лицо покусал рой комаров.

— Вот тебе и белочка, — нервно протянула, не веря отражению в зеркале.

И надо же было, чтобы именно в этот момент за пределами сторожки раздался сначала шорох, потом отчетливый звук торопливых шагов, а вишенкой на торте стала пьяная брань.

Метнувшись к окну, отдернула штору и притаившись, стала выискивать взглядом нарушителя.

— Ага, голубчик ты мой, сизокрылый, — ехидно потирала ручонки, приметив темную фигуру, — на тебе-то я и проверю силу женской красоты.

Только я хотела схватить лопату, как поняла, что оставила ее снаружи домика, а когда выскочила на улицу, разозлилась еще больше. Вор нагло стырил мою обновку.

— Ну что за люди, на дело идут — и без инструмента, — тихо выругалась, уперев руки в боки, и смачно сплюнула на землю.

К счастью, хлопчик попался не особо умный, и найти его удалось по следам. Всю дорогу, пока кралась за воришкой, рожа так и чесалась.

— Да чтобы я еще хоть раз на эту моду повелась, — мысленно ругалась всю дорогу, пыталась не снять маску вместе с кожей.

В кустах что-то зашуршало, и след обрывался как раз возле них, а по ту сторону было одно из древних захоронений. Поговаривали, что в той могиле покоилось рубиновое ожерелье