Петр Воробьев - Горм, сын Хёрдакнута Страница 106

Тут можно читать бесплатно Петр Воробьев - Горм, сын Хёрдакнута. Жанр: Разная литература / Прочее, год неизвестен. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Knigogid (Книгогид) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.

Петр Воробьев - Горм, сын Хёрдакнута читать онлайн бесплатно

Петр Воробьев - Горм, сын Хёрдакнута - читать книгу онлайн бесплатно, автор Петр Воробьев

Старый рыбак допил ботруо и продолжил:

- Но это еще не самое необычное. В луну Торри, два огромных корабля, красных с черным и с позолотой, и четыре поменьше, шли мимо островов Салино. Вдруг поднялась буря и стала гнать корабли прямо на скалы. Саженях в трехстах от берега, из моря поднялись огромные щупальца и стали таскать с кораблей моряков, одного за другим. А когда кракен всех перетаскал, он схватил самый большой корабль и целиком уволок под воду. Остальные разбились в щепки о скалы, а тот так и стоит на дне, с мачтой и с парусом, а впереди на палубе - два огромных шара из золота. Кьюли, собиратель устриц, все это видел и пробовал донырнуть до шаров, чтобы отколупнуть кусочек, но увидел на палубе осьминогов, и повернул назад.

- А почему? - спросила Гуннлауд, вновь наполняя чашу старца.

Теперь она чаще отзывалась на другое имя, Гейрлауг. Соседи в Гадранбире знали бывшую знахарку как внучку Свафы-корчмаря, а Орма и Аки - как его двоюродных внуков из Гафлудиборга. Торговля с Этлавагром прекратилась, корабли из Драмбю и Тингеборга зимой шли только в Акрагу, бойкая корчма почти опустела, и Свафа на время уехал к детям ухаживать за виноградником. Добра, впрочем, из того не вышло, как узнали Гуннлауд и Аки, сняв умиравшего старца с дерева, к которому его приколотил подковными гвоздями Биргир.

- Осьминоги могут позвать кракена. А могут и просто опутать ныряльщика щупальцами, продержать под водой, пока тот не задохнется, и сожрать. Что там печется в печи?

- Пирог с зайчатиной и диким луком.

- Отлично, я как раз посижу, пока сготовится. Как насчет того, чтоб ты мне еще один такой испекла с собой? Я заплачу́.

- Дедушка Стейнрод, я твоего серебра не возьму. Не забудь нас, когда снова придешь с уловом, и мы квиты.

- Уговорила, - старец рассмеялся. - Ладно, пока пирог допекается, расскажи, что творится на Килее.

- Урожай будет неплохой, где поля и виноградники не сгорели, только вот рук не хватает его собирать. Йормунрек конунг ушел завоевывать Гуталанд, а с ним Горм ярл, последний защитник Скиллеборга. В Скиллеборге, Канурр из Гардара с Вегардом Костылем заново отстроили стену и ворота.

- А про Биргира, про Биргира что? Хоть ты мне расскажи...

Гуннлауд с опаской посмотрела на старца. Кроме него, в корчме или во дворике за корчмой находились только бывшие знахарь и жрец Магни, на всякий случай решившие сделаться торговцами - они играли в гнефатафль на скамье у входа, - да Торгейр кожевенник, дремавший чуть поодаль в кресле, поставленном в тень от дерева. В силу особенностей ремесла последнего, находиться с Торгейром в одном помещении (или даже с подветренной стороны от него во дворе) было нежелательно. Торгейр, возможно, и напивался для того, чтобы у него временно отшибало нюх. Дроттаров или просто подозрительных незнакомцев поблизости вроде не шаталось. Опустив кувшин с ботруо на стол, дева ответила:

- Биргира Йормунрек конунг оставил править Килеем. Биргир пошел собирать подати, требовал серебра, а тех, кого не мог заплатить, пытал или казнил. Как до конунга дошел слух об этом, он послал Горма обратно. Горм ярл велел Биргиру возвращаться в Скиллеборг, но тот отказался признавать его власть и продолжал грабить бондов и вешать их на деревьях. Тогда Горм ярл с тремя спутниками выехал через лес к Лунтбю, встретил там Биргира, и бросил ему в лицо боевую рукавицу. Когда тот полез в драку, убил, а его череп на железной спице выставил над новыми воротами Скиллеборга, и сложил так:

«Вранам сдав многих

Бедных, убогих,

В свой черед он

Кормит ворон.»

- Ловок, ловок Йормунрек, - сказал Стейнрод.

- Йормунрек? - переспросила Гуннлауд-Гейрлауг.

- Что, новым ярлом килейцы довольны?

- Его здесь почти не видно, опять на материк ушел с кораблем - вроде, гутаны в Ологите восстали, но пока он в Скиллеборге, справедлив и щедр, хоть невесел, - бывшая повитуха наклонила голову, вспоминая о своем поверхностном знакомстве, если его вообще можно было так назвать, с Гормом.

Пришелец с севера, до дня смерти заменявший тому сильную правую руку, был довольно хорош собой, и пару раз бросал в сторону Гуннлауд любопытные взгляды. По рассказам, танемаркский ярл, как и его отец, был отменным бойцом и имел много любовниц, но в первую очередь, он выделялся за счет огромных и повсюду его сопровождавших тролля и белого пса - явных знаков благоволения старых и новых богов. Того Горма никак не прозвали бы «Мрачным.»

- Сперва назначил доброго правителя, потом злого, потом вернул доброго... Точь в точь как те двое на скамье пешек двигают. Или как в сказе про жреца и козла с Туле...

- В каком сказе, дедушка?

- В Туле бедный бонд приходит к жрецу и говорит, что боги от него отвернулись, жизнь не в радость, дом тесный, жена корит, дети орут, очаг, и тот чадит... Спрашивает, что сделать, чтоб жизнь лучше стала. Жрец долго думает, потом говорит: «У тебя есть козел? Возьми его из козьего закута в дом жить, и он откроет тебе путь к милости богов.» В следующую луну, бонд снова приходит к жрецу, говорит, что жить стало совсем невозможно - жена вдвое корит, дети пуще орут, очаг чадит, козел кричит, полотенца жует, на пол гадит... Жрец говорит: «Теперь отправляй козла обратно в закут и приходи ко мне.» На следующий день, бонд возвращается к жрецу с последним скиллингом и говорит: «Помог ты мне советом - без козла в доме, жизнь так лучше стала...»

«Если не хочешь разрушать город, что привык жить свободно, надежнее всего сделать так, чтоб за тебя его удержали его же жители,» - вспомнилась Горму ненароком оброненная Йормунреком премудрость. Заодно, в голове у ярла продолжала прокручиваться бабушкина сказка про юродивого, помогшего купцу починить телегу, заканчивавшаяся словами юродивого: «Я безумец, а не дурак!» Незадача заключалась в том, что безумие конунга было крайне заразительно. Речь шла не только о том очевидном и удручающем обстоятельстве, что ранее вроде бы вменяемые карлы и лендманны принимались вдруг со странным огнем в глазах повторять ошметки из «Прорицания вёльвы» или «Речей Вафтруднира» и под зимнее солнцестояние украшать деревья повешенными собаками и овцекоровами. Это поветрие большей частью обошло Гормовых дружинников, хотя Щеня и молодой Скегги слегка подвинулись в противоположном направлении, без конца поминая Яросвета или Крома и вполголоса бормоча проклятия Одину. Другая сторона Йормунрекова безумия, не связанная с богами, а укорененная в земном круге, шептала хоть тише, но вкрадчивее и завлекательнее.

Несколькими днями раньше, Горм сам себя поймал на том, что обстоятельно обсуждал с Йормунреком, какое наказание больше подойдет Ологиту - сжечь город со всеми жителями, город оставить, а жителей повесить, город разграбить, а жителей пощадить, и так далее, и даже согласился с ним, что самое мудрое - пригрозить полным уничтожением, а затем сменить гнев на милость и в последний миг ограничиться разграблением без поджога.

Конунг остановился на наименее кровожадном решении из представленного им самим перечня, что весьма порадовало старшего Хёрдакнутссона, так как сильно уменьшало зряшный перевод жизней и добра. Но с какой стати вообще радоваться? Вся вина ологитцев заключалась в том, что они быстро продали воду и дрова Эгилю, чем слегка помогли его бегству, причем и в том участвовали не все ологитцы, а пара купцов, которые, будучи купцами, а не жрецами, никак не могли провидеть, что их покупатель дважды объявлен вне закона - опять-таки, непонятно за что. С Йормунрека могло статься, что у всей затеи с налетом на Ологит имелись и ведомые только ему причины, но какие?

Может быть, разграбление города в устье Тегары было небольшой частью сложного замысла, которым конунг по обыкновению ни с кем не поделился. Не было исключено, и что братоубийца просто решил поиздеваться над Гормом, заставив его сделать что-то претительное, или просто дергая за ниточки, как кукольщик, управляющий куклами змея и поединщика-змееборца в уличном представлении. Кстати, о поединках, бой с Биргиром на Килее оставил у Горма двойственное чувство. С одной стороны, палач ему отчаянно не нравился, и безусловно стоило указать ему на место именно мечом в нёбо. С другой стороны, у Хёрдакнутссона пару раз проскальзывала мысль, что конунг необъяснимо и даже вне зависимости от исхода поединка ухитрился заранее отстебаться и над ним, и над Биргиром. Возвращаясь к Ологиту, причиной налета могло оказаться и просто зло, затаенное Йормунреком на горожан за их помощь Бейниру. Конунга нельзя было назвать злопамятным, но отнюдь не потому, что он спускал кому-то обиды. Обиды сын Хакона помнил, а вот сделанные в отместку за них гадости как раз забывал, едва делал, и запросто мог расплатиться несколько раз за одно и то же уязвление, действительное или мнимое.

Перейти на страницу:
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.
Комментарии / Отзывы
    Ничего не найдено.