Писатель из 8 "В" - Михаил Востриков Страница 7

Заседание клуба

На школьных часах 15:00.

На сцене актового зала (столовой) стоял стул и на нём дисциплинировано сидел Антон Архипов. У него в руках коленкоровая тетрадь с его романом, которую ему уже вернули. В правой руке у него карандаш. Он молча смотрел в зал прямо перед собой. Его поймали, привели сюда, посадили на этот стул, велели молчать и просто отвечать на вопросы учителей, коль таковые ему поступят. Антон малость помят в прошедшей Великой битве Света и Тьмы, но держался в общем-то спокойно.

Для учителей в зале под сценой выставлен ряд стульев. Все остальные шли в зал уже каждый со своим стулом. Директриса Елизавета Ивановна Халтурина растеряно оглядела зал:

«Да сколько же их, остальных-то? Десятые, девятые, восьмые, седьмые, шестые, пятые… Мелких гнать! Около пятисот человек? Да влезут ли⁈»

Но «остальные» в своём праве. Потеснились, но влезли! Ибо в объявлении на стенде о проведении заседания «Клуба книголюбов школы №20» чётко сказано:

«Приглашаются все желающие!»

Вот они, желающие, и пришли. А стулья… Да что стулья? Назад отнесут по классам по окончанию, вот и всё! Зал гудел, как растревоженный улей. Но вот Изабелла Яковлевна подняла руку и сразу всё стихло. Начали!

* * *

Учитель Решетняк И. Я.:

— Дорогие друзья! Открываем первое заседание «Клуба Книголюбов» нашей школы. У нас в гостях, гхм (закашливается), писатель, гхм (закашливается), из 8 «В» класса Антон Архипов со своим первым фантастическим романом «Маг по прозвищу Кобра. Вне категорий». Задавайте ему свои вопросы, ребята! Но сначала учителя!

И сразу прилетел вопрос «в лоб»!

Учитель Романова С. Ф.:

— Антон, скажи, кто настоящий автор твоего романа? Признайся уже, тебе ничего не будет.

Архипов Антон:

— Я! Это мой мир, я его придумал.

Здесь Станислава Феликсовна растерялась и сказала невпопад:

— Ну хоть ошибок нет… И слог ровный.

Она не знала, что ещё спросить у ребёнка. Не кричать же на весь зал: «Врёшь, поросёнок ты этакий!».

Учитель Решетняк И. Я.

— Продолжаем! Антон, что такое Сутемь в твоём произведении?

Архипов Антон:

— Если коротко, это собирательное название живой магической субстанции из семи параллельных измерений, существующих одновременно с нашим миром и связанных с ним и между собой. Питается она эмоциями людей. Погрузиться в Сутемь способны только маги, это их обиталище, но постоянно там живёт только Сине-зелёный мох. Для входа в первый слой Сутеми магу нужно поднять и натянуть на себя свою тень. Для взгляда через Сутемь, магу нужно поймать глазами тень от век и сощуриться особым образом.

«И как это всё понимать⁈ Это же надо такое придумать» — подумала Станислава Феликсовна.

Все присутствующие «остальные», естественно, тут же начали друг на друга щуриться и искать на полу свои тени. Смех! Возня! Учителя смотрели на Станиславу Феликсовну и молчали! Они нормальные учителя русского языка и литературы, а не врачи-психиатры в дурдоме!

Возникла неловкая пауза. Директриса тоже молчала. И тогда в бой вступил зал! Вопросы посыпались один за другим:

Хабаров Вова:

— Чем всё закончится?

Архипов Антон:

— Ничем не закончится, открытый финал. Вот он (открыл тетрадь и прочитал):

… и ещё я никуда уже не хочу и не буду отпускать от себя Ани, в которую похоже влюбился без памяти! Всё? Видимо, да! Вот только мои спасители — Мать-Змея и Тот, кто Имя, как оказалось, на всё это имели совсем другое мнение.

Конец первой части.

Гончарова Марина:

— Ах-х! Там что у тебя, Антошечка, про большую и чистую любовь, да? Ах-х как это романтично! Зайдёшь ко мне домой, почитаешь?

Архипов Антон (краснея):

— Д-да! Конечно! Но и ты тоже приходи в «Клуб».

Сидорова Лена (секретарь комсомольской организации школы):

— Антон! Как конкретно ты отразил в своём романе руководящую и направляющую роль нашей партии и лично генерального секретаря ЦК КПСС товарища Леонида Ильича Брежнева?

Архипов Антон (сначала явно обалдев, но быстро собравшись):

— В образе барича Ган Глоо — макера-меламеда секретного лефа «платиновых и дважды платиновых» магов Союза Свободных Окум — основной движущей силы установления социального равенства граждан — магов и людей, а также развития экономики Союза.

И в этом месте старший оперуполномоченный «пятой линии» Управления КГБ СССР по Новосибирской области капитан Евгений Семенихин, получивший устное задание своего руководства, естественно, уже имевшего информацию о внеплановом массовом собрании граждан с целью обсуждения самиздата:

— Капитан, ты там посиди, посмотри, послушай, в этой «обители знаний». Вдруг политика⁈ В отчёте отразишь!

… крякнул и почти беззвучно прошептал себе под нос:

— Ловко! Силён, пацан! Надо же, не растерялся! И формулировку такую подобрал, что не придерёшься… Далеко пойдёт. Надо понаблюдать за ним.

И он сделал пометку в блокноте: «Архипов Антон, 8 „В“, школа № 20. Фантазия, изобретательность, умение держаться. Поставить в наблюдение».

Ионов Сергей:

— А где купить или взять почитать твой роман про юного мага Эколу «Кобру»?

Архипов Антон:

— Пока нигде. Приходи на заседания нашего Клуба, будем вместе читать и обсуждать! И мою (похлопал по коленкоровой тетради) и другие, не менее интересные новые книги. Так же, Изабелла Яковлевна?

Учитель Решетняк И. Я:

— Да, конечно! Так! Я составлю и вывешу на стенде график заседаний. И с удовольствием буду курировать наш «Клуб книголюбов». Действительно, в последнее время издано много новой и очень качественной фантастики. Например, «Час быка» Ивана Ефремова, я читала, сильная вещь. Сразу несколько произведений братьев Стругацких. Так же, Елизавета Ивановна?

Директриса Халтурина Е. И.:

— Да, конечно! Так! Только сначала утвердите у меня план работы Клуба и не забывайте, пожалуйста, об отчётах. Это всё плюсики нашей школе в РОНО.

Сидорович Лена:

— А почему только фантастику, а не классическую русскую литературу, например? Партия и правительство не одобряет пустых сказочек.

Учитель Решетняк И. Я.:

— А потому что, классическую русскую литературу мы с вами проходим на уроках. А сказочки, как ты нелестно назвала фантастику, позволяют человечеству заглянуть за горизонт. Вспомни произведения Жюля Верна! Всё о чём он писал, сбылось, не так ли?

Она сказала это спокойно, но твёрдо, и в её голосе слышалось не