Александр Брасс - Миссия выполнима. Удары израильского спецназа Страница 62

Майк Харари решил сам возглавить ликвидацию Али Хассана Саламе. В середине июля он в составе группы возмездия прилетел в норвежский городок и остановился под чужим именем в одной из местных гостиниц. Возможно (точной информации на этот счет по понятным причинам нет), что руководитель «Моссада» Цви Замир также прибыл в Лиллехаммер в составе «израильской делегации». Уничтожение Али Хассана Саламе было вопросом национальной гордости израильтян.

Группа наружного наблюдения села на хвост Саламе, выяснив его распорядок дня, изучив маршруты передвижения и круг общения. Единственное, что смущало Майка Харари, это видимая простота осуществления операции. Али Хассан Саламе был достойным противником. Умный, психологически устойчивый, прекрасный конспиратор, профессионал высокого уровня. Ему неоднократно удавалось уходить из надежно подготовленных и расставленных «Моссадом» ловушек. А здесь ликвидацию мог провести даже агент-новичок. Майка Харари не покидали сомнения. Но тянуть дольше было нельзя, Саламе и на этот раз мог ускользнуть от возмездия. И Харари отдал приказ на ликвидацию.

Вечером 21 июля 1973 года мужчина североафриканской наружности в сопровождении блондинки вышел из кинотеатра. Они дождались рейсового автобуса и отправились в сторону окраины города. На остановке «Форобакен» они сошли и не спеша двинулись по полутемной улице. На часах было 22:35. Двое агентов «Моссада» вышли им навстречу и буквально в упор расстреляли мужчину, всадив в него 14 пуль. Затем вскочили в подъехавшую машину и скрылись с места преступления. В эту же ночь киллеры вместе с Майком Харари покинули Норвегию. Остальные члены команды, входившие в группы прикрытия, наружного наблюдения и аналитики, укрылись на заранее подготовленных конспиративных квартирах.

На следующее утро из норвежских газет стало известно, что группа совершила катастрофическую ошибку, убив ни в чем не повинного человека. Жертвой «Моссада» оказался обычный официант, эмигрант из Марокко Ахмад Бучики, женатый на норвежке и уже четвертый год проживающий в Норвегии. Вся вина его состояла лишь в том, что он был похож на Али Хассана Саламе. Убийство Бучики произошло на глазах его жены, находившейся на последнем месяце беременности.

Ночью после покушения члены группы, покидая город, превысили скорость, и норвежский полицейский зафиксировал номерной знак машины. На всякий случай норвежцы решили проверить подозрительную машину. Когда она прибыла в аэропорт Осло, израильских агентов задержала норвежская полиция. Еще двое членов группы были арестованы на следующий день, когда шли сдавать взятые напрокат машины. Ими оказались агенты наружного наблюдения Марина Гладникофф и Дан Эрбел. На допросе они почти сразу признались, что работают на израильскую разведку. Норвежская полиция тут же провела серию арестов, в результате которых были задержаны еще четверо агентов «Моссада». Первая попытка уничтожения Али Хассана Саламе закончилась провалом и стала одним из самых крупных скандалов, связанных с нелегальной деятельностью «Моссада».

Разгорелся настоящий международный скандал. «Моссад» обвинили в неприкрытом международном терроризме. Израиль всячески отрицал свою причастность к инциденту, но улики, полученные во время оперативно-следственных мероприятий, однозначно доказывали обратное[33]. След, взятый в провинциальном Лиллехаммере, помог раскрыть таинственные убийства палестинских лидеров, совершенные на территории стран Западной Европы. В Париже французская контрразведка вышла на несколько тщательно законспирированных квартир «Моссада». Майка Харари и его группу пришлось срочно отозвать в Тель-Авив.

После провала в Лиллехаммере группа Майка Харари и «Комитет-Х» были распущены. В скором времени и Майк Харари ушел в отставку. В Израиле была создана специальная комиссия для тщательного расследования происшествия и выработки рекомендаций. Но работа комиссии так и не была доведена до конца, осенью 1973 года разразилась очередная арабо-израильская война. Война Судного дня.

Тайное противостояние между палестинскими террористами и «Комитетом-Х» продолжалось чуть менее года. Террористическая организация «Черный Сентябрь» практически была уничтожена. Уцелевшие террористы были деморализованы, инфраструктура организации в значительной степени подорвана. «Черный Сентябрь» стал для других палестинских террористических организаций чем-то вроде черной кошки, общение с «Сентябрем» стало крайне опасным. Но главный организатор мюнхенского преступления Али Хассан Саламе пока ускользнул от возмездия. На несколько лет «Моссад» потерял Саламе из вида. Израильтяне даже точно не знали, как он теперь выглядит. Только в 1974 году Саламе мельком «засветился» в свите Арафата, когда лидер ООП был приглашен на официальное заседание ООН.

Как выяснилось позже, все это время Саламе скрывался в Бейруте, фактически под опекой американцев, являясь если не двойным агентом ЦРУ, то надежным каналом нелегальной связи с ООП. Поскольку США отказывались официально признать ООП, Али Хассан Саламе выполнял роль связующего звена между Белым домом и Арафатом. В ЦРУ, несмотря на то, что Саламе являлся одним из главных виновников мюнхенской резни, неоднократно предлагали ему войти в штат агентов американской внешней разведки и получать постоянную зарплату. После того как в США поняли, какую серьезную опасность представляет собой палестинский терроризм, ЦРУ стало предпринимать усиленные попытки внедриться в ряды самой крупной и влиятельной палестинской террористической организации ФАТХ. Американскому разведывательному сообществу жизненно важно было вовремя получать упреждение от своего информатора о готовящихся нападениях на американских граждан и официальные представительства США в Западной Европе, Африке и Ближнем Востоке. Али Хассан Саламе как никто иной подходил на эту роль. Впервые связь между Саламе и сотрудниками американской внешней разведки была установлена в посольстве США в Бейруте еще в 1969 году. Однако он сразу же наотрез отказался становиться платным агентом. Американский принцип вербовки в случае с Саламе не только не дал положительных результатов, но и оскорбил его достоинство до глубины души. Получать деньги от людей, не признающих право палестинского народа на создание собственного государства, Али Хассан Саламе считал унизительным. Однако от «взаимовыгодных контактов» не отказался. Так, 20 июня 1976 года в самый разгар гражданской войны в Ливане, Али Хассан Саламе предоставил своих людей для охраны и эвакуации американского посольства из западного Бейрута в Сирию.

Время шло. Али Хассан Саламе несколько успокоился. 8 июня 1977 года он женился второй раз на ливанской красавице Джорджине Ризак, завоевавшей в 1971 году титул «Мисс Вселенная». Связь в ЦРУ он наивно считал своей козырной картой, которая не позволит израильтянам покуситься на его жизнь, не понимая, что в Тель-Авиве, хоть и догадывались о его связи с американцами, тем не менее только и ждали подходящего случая, чтобы расплатиться с ним по старым счетам.

В первые же дни своего премьерства, 25 июня 1977 года, Менахем Бегин вызвал к себе тогдашнего главу «Моссада» и поставил перед ним предельно ясную задачу. Пришло время свести счеты с Али Хассаном Саламе. Любой ценой Саламе должен быть ликвидирован!

Со времени трагической ошибки в Лиллехаммере «Моссад» только и ждал приказа расправиться с Али Хассаном Саламе, руководствуясь не столько холодным здравым рассудком и объективной необходимостью, сколько желанием во что бы то ни стало исправить роковую оплошность. Каждый сотрудник внешней разведки полагал, что пока Саламе дышит воздухом, он является живым свидетелем позора группы Майка Харари. Только его ликвидация могла смыть темное пятно с истории израильских спецслужб.

Оперативная информация, стекавшаяся в Израиль, указывала на то, что Али Хассан Саламе находится в Бейруте. Было также известно, что он тратил много времени на занятия в тренажерном зале, однако этой информации было недостаточно, чтобы приступить к планированию спецоперации по его уничтожению. В первую очередь было необходимо разыскать его дом и установить круглосуточное наблюдение, чтобы найти его самое слабое место. Десятки сотрудников «Моссада» заполонили ливанскую столицу. Зная, что Саламе уделял большое внимание развитию своего тела, «Моссад» в первую очередь сосредоточил внимание на тренажерных залах Бейрута. Агентам израильской внешней разведки пришлось намотать десятки километров на беговых дорожках, рассчитывая рано или поздно столкнуться с Али Хассаном Саламе. К розыску было подключено подразделение электронной разведки «Амана» «8200». Прослушивался и записывался радиоэфир, а также все телефонные разговоры, ведущиеся в Бейруте и его окрестностях, в надежде засечь словосочетание «Али Хассан Саламе», «Абу Хассан», «племянник Арафата» и тому подобное. Это была одна из самых продолжительных и дорогостоящих разведывательных операций Израиля. Вновь и вновь опрашивались все разведывательные источники, проверялась их возможность приблизиться к Али Хассану Саламе.