Полное собрание стихотворений и поэм. Том 1 - Эдуард Вениаминович Лимонов Страница 127

Тонкие возлюбленные ноги. возлюбленное отверстие прижать к груди… Ах я сумасшедший сумасшедший… Заря догорала на луковой траве Ах я сумасшедший… В тёмно-липовой аллее Ходит поверхность. морщит. рябит Бездомная книга. отсыревшая книга покрытая плесенью книга… и Генриха козни и Людвига спесь и девственность смутной Жанны и мы в этой книге сумбурной есть божественны. окаянны.

Не вошедшее в книгу «Русское»: из «Шестого сборника»

(архив Александра Жолковского)

«Ряд вопросов задавая…»

Ряд вопросов задавая он голодному окну Прибирает разбивая на её и на ону́ В честном теле стыд девичий Я незанятый росток Страшно небо — голос птичий До жилища путь далёк Ископаемые рядом эти звёзды и луна С безнадёжно детским взглядом путешествует она Путешественница милая! ничего ты не изследуй Сонная беседа хилая Обещанье быть к обеду Что с жучками что в коробочке О занятия пустыни! Прилипает ветер к робочке к одеяниям богини Лет одиннадцать и страшная За неё всегда тоска Сверху гладит рукопашная солнца жаркая рука Негодуют попугайчики плавно держится павлин Как она проносит пальчики Наблюдаю я один

«Любовь с хмурым лицом…»

Любовь с хмурым лицом Спокойствие с точным пробором И он себя чувствует вором укравшим фотоальбом так память его устроила и так подарил ему май Страданья природа удвоила и внутренне проклинай — свою толстопятую школу Бледный московский край А вот он — мужик невесёлый встреченный невзначай В обед шкафы и буфеты так подают ему руку готов он бежать неодетый но не испытывать муку от этого переедания и от портретов пап бережные предания в тысячах грязных лап чернооконное детство берег луны простой всё это в жизни средство чтобы терять покой шаткий и так покой

«Тихая тоскливая музыка наполняет мой дом…»

Тихая тоскливая музыка наполняет мой дом послеобеденная сонная музыка сытная музыка мне противна Я сдираю эту музыку со стен моего дома Прочь! сытая музыка я не хочу проспать свою жизнь тут же распахивается небо выходит солнце деревья становятся в позы для танца О наконец столкнулись группы! и всё танцует под мой голодный рассудок