Любопытные рассказы о диких зверях - Петр Александрович Леснов Страница 20

Окрестности замка, поросшие густым лесом, изрыты оврагами и увенчаны множеством пещеристых скал, от которых веет сыростью и прохладой. Вполне понятно, что подобные места не могут страдать недостатком зверей, так как там есть все необходимое, для того чтобы звери могли жить, питаться и размножаться.

Красноколодцы обычно очень любили, как там выражаются, «поохотиться под Тамарой». Ходили на разную дичь, но главным образом на зайцев и фазанов, которых водилось там неисчислимое множество.

Однажды некий любитель направился к замку поохотиться на зайцев. Стояла ранняя осень, листва еще держалась на деревьях, доживая считанные дни. Солнце уже ушло к закату, и расплывчатые тени окрестных скал скользили по верхушкам деревьев, затемняя золотистые краски природы, благоухающей осенней свежестью.

Охотник остановился на пригорке и отпустил свою собаку, которую очень ценил за усердную и неутомимую помощь в охоте. Собака была действительно прекрасная, но страдала, пожалуй, единственным недостатком — следствие того же усердия. Бывало, поднимет в лесу зайца и помчится за ним по пятам, нагоняя его своим преследованием и визгливым лаем прямо на охотника. Но вдруг попадется заяц, как говорится, бывалый и начнет петлять следами, все дальше и дальше удаляясь от охотника. Собака, не понимая бессмысленности преследования, прямо-таки выбивалась из сил. А потом, когда уже терялся заячий след, голос ее ослабевал, и она, измученная, исхлестанная ветками, приходила и ложилась у ног хозяина.

Но на сей раз так не случилось. Как только начало темнеть, охотник вдруг услышал знакомый лай, причем невдалеке, метрах в пятидесяти от себя. Лай то усиливался, то ослабевал. Охотник насторожился, взвел курки и замер в ожидании приближения зайца. Прошло минуты три, но заяц не появлялся. Собака почему-то лаяла на одном месте. Странно, подумал он, вертится на одном месте, будто бы наткнулась на привязанного зайца. Прошло еще две-три минуты. И вдруг собака переменила голос и начала лаять с жалобным завыванием, но опять на том же месте.

Охотник решил приблизиться к тому месту и выяснить, что там происходит... Пробравшись сквозь густые заросли кизила, он наткнулся на огромный камень, торчащий между двумя деревьями. Далее за камнем следовал небольшой обрыв с осыпающейся жирной темно-коричневой почвой. В глубине обрыва росло несколько крупных деревьев, как раз оттуда и доносился собачий лай. Чтобы не испугать собаку и тем более зверя, охотник решил забраться на камень и внимательно осмотреть сверху этот подозрительный участок. Забрался, стало хорошо видно верхушки деревьев, кое-где сквозь чащу проглядывала земля. Однако собаки совершенно не было видно. Она лаяла буквально в двадцати метрах, но густой подлесок скрывал ее от глаз охотника. Охотник, никого не увидев на земле, подумал: может быть, на дереве сидит фазан и дразнит разгорячившегося пса. С этой мыслью он начал присматриваться к верхушкам деревьев. И вдруг на высоком дереве вместо фазана он заметил рысь. Сквозь ветви было хорошо заметно, как она сидела, крепко вцепившись в сучья, и смотрела вниз.

Не теряя времени, охотник начал готовиться к выстрелу. Прицелиться как следует было трудно, так как хищницу заслоняли ветки. Да и на камне стоять было не так уж удобно, того и гляди поскользнешься и грохнешься вниз... Но все же он кое-как прицелился и выстрелил. Абсолютнейший промах!.. Когда рассеялся дым, он увидел, что рысь сидела, как и прежде, но только видно ее стало гораздо лучше, так как дробь прорубила к ней окно сквозь мелкие ветки. Собака после выстрела залаяла громче прежнего, прямо-таки стала захлебываться. Охотник быстро перезарядил патрон и тут же выстрелил вторично. Попал!.. Рысь запищала кошачьим голосом и упала на землю.

Охотник спрыгнул с камня и поспешил к тому месту, где упала рысь. И в этот момент послышался душераздирающий визг и вой, непонятно, чей громче: собачий или рысий... Он прибавил шагу, охваченный волнением. Минута-другая, и охотник очутился около рокового места. И тут он увидел печальную картину: на земле лежал несчастный пес, испуская последнее дыхание. На его шее, с правой стороны, чернела глубокая рваная рана, нанесенная рысью. Охотник чуть не в слезах склонился над собакой и хотел приподнять ее, но было уже поздно. Он встал, оглянулся вокруг — хищницы и след простыл.

Шагая домой, охотник размышлял и все никак не мог понять, ранил он рысь или, может быть, срубил только ветку, на которой она сидела. Но как бы там ни было — собаки не вернуть...

Если вспомнить теперь панташарских собак, которые не слишком по-рыцарски вели себя по отношению к рысям, то можно отнестись к ним более снисходительно. Да, рыси сильнее собак, несмотря даже на то, что последние зачастую в два раза превосходят рысей по размерам. Из числа охотничьих собак на рысь идут только хорошо обученные этому делу и исключительно ловкие. Неопытной собаке нужно сторониться рыси. И вот почему. Собака по следу быстро догоняет рысь; в удобном случае молодые рыси прячутся от собаки, залезая на дерево, а старые стараются уйти в пещеру, в чью-нибудь нору или в любое другое малодоступное место. Но в критический момент, когда собака настигает рысь на открытом месте, хищница вступает в поединок. Иногда она ловким движением разрывает собаке шею, а чаще всего поступает так: почуяв приближение собаки, рысь ложится на спину, обнажает зубы и выпускает когти. Как только собака насядет на нее сверху, рысь мощным взмахом задней лапы в одно мгновение вспарывает собаке брюхо. На этом поединок заканчивается. Победительница встряхивается и спокойно уходит прочь. Так поступает раненая рысь и с человеком, если по неопытности он сгоряча приблизится к ней.

А теперь вернемся к пострадавшему охотнику. Прошел год, все забылось. Охотник снова завел себе щенка и начал обучать его охотничьему ремеслу. С наступлением осени щенок заметно подрос.

К северо-западу от замка Тамары, где лесистое плоскогорье переходит в заросшую кустарником местность, кое-где встречаются небольшие углубления, кучи камней, пни давно погибших деревьев. И вот под вечер охотник отправился сюда со своей собакой, чтобы потренировать ее и выявить способности. Дойдя до кустарника, он спустил собаку с ремня, и она понеслась по кустам, виляя хвостом и подпрыгивая, как игривый козленок. Охотник едва успевал следовать за ней. Испуганные птицы с разноголосым чириканьем разлетались в разные стороны. И на фоне этой неподражаемой симфонии раздавался монотонный, глухой бас охотника: «Вперед, назад, ищи,