Однажды в Челябинске. Книга первая - Петр Анатольевич Елизаров Страница 63

При попытке поднять Виктора тот снова заорал, дабы его не трогали за правую руку (даже скупую мужскую слезу пустил), отчего горе-помощники растерялись. Нужно вытаскивать горемыку, пока хоккеист ненароком не вернулся.

***

Никита спокойно брел по фойе пятого этажа. Позади него резко хлопнула дверь на лестницу. Не успев завернуть за угол, хоккеист услышал, как его кто-то окликнул — противный осипший голос обозвал его мудаком. Зеленцов обернулся и узрел, как фойе заполонили где-то восемь или девять отморозков разной комплекции (им было лет по 14–16 каждому) в паленых «Найках» и «Адидасах» с китайского рынка. Гости предусмотрительно вооружились битами, кастетами и прочими атрибутами ближнего боя в рамках дворово-районного досуга наглухо отбитой современной молодежи. И все как один набычились на одиноко стоящего в другом конце помещения Зеленцова.

Оказывается, моральная слабость вахтера внизу перед подаренной Озеровым бутылкой отвлекла его от выполнения служебных обязанностей. Он усердно занимался употреблением вина, потому и не смог должным образом противостоять своре хулиганья. При этом сложно было не заметить гопников, которые на протяжении всего вечера скапливались у входа. Наверное, выходить морозиться за такую зарплату попросту неэффективно.

— Какого хера вы так вырядились, пацаны? Когда реальная братва по улицам ходила, вы еще мамкину грудь посасывали, — уверенно начал Зеленцов.

— И без этого видели, что ты фраер борзый. Ты нашего кореша и его бабу обидел. Надо порешать по-пацански.

— Я бы на вашем месте, пацаны, пошел смотреть «Спокойной ночи, малыши!» и сжег все эти тряпки, а то несерьезно как-то… Занялись бы нормальным делом. А всякие ублюдки пускай сами свои проблемы решают и учатся за себя постоять. Реально, разойдемся миром, а то менты вас загребут: комендантский час ведь. Смысл в ваши личные дела еще бумажки вклеивать? Места там и так нет.

— Ты нам зубы не заговаривай, а то мы тебя в два счета побреем… как барашка, — по рядам хулиганов послышались смешки.

— Я вас по-дружески прошу — лучше свалите сейчас.

— Когда это ты стал нам другом? Чего ты нам сделаешь?

— Лучше вам этого не знать, чтоб не писаться по ночам.

— Ты скажи, не стесняйся. Нам любопытно.

— Поверьте, так вас не калечили никогда.

— Тебя тоже! — из толпы выступил Глеб, предводитель банды. До этого, видимо, с Никитой общался самый старший и борзый из всех присутствующих. — Ты моего брата покалечил. Ушел, не извинился, не помог. Не по-пацански это, а по-скотски.

— Он тоже молодец. По-пацански ли баб бить и унижать? Только за то, что сморозила хрень по глупости. Он у вас кухонный боец, я смотрю. Да только без мозгов чутка, — улыбнулся Зеленцов.

— Соблазнять чужих баб ради единичного перепихона и не знать, что за это бывает — это нужно быть втройне упоротым, — парировал Глеб.

— Сучка не захочет — кобель не вскочит, — сунул руки в карманы Никита.

— Вот оно, значит, как?! Хорошо, — Глеб толкнул одного из пацанов с заточкой вперед.

— Из батиного ящика с инструментами стащил, что ли? — дразнил первого претендента на вылет Никита.

— Раз ты такой крутой, посмотрим, на что ты способен.

— Вау, а я думал, всей толпой попрете.

Пацан без страха и упрека кинулся на Зеленцова, который на удивление Глеба лишь улыбнулся и даже не высунул рук из карманов. Нападавший так сосредоточился на довольной харе хоккеиста, что не обратил внимания на правый фланг, откуда играючи выпрыгнул Артур Гайтанов и опустил клюшку парнишке на кочерыжку так, что хулиган сложился прям у ног Зеленцова, практически поцеловав того в сланцы.

Будем честны: сам Зеленцов выкрутился бы из этой ситуации только бегством. Агрессивно настроенная компания не понимала, почему он так осмелел. Ответ прост: Зеленцова увидел стоящий на стреме Акмальдинов. Одноклубники часто понимают друг друга без слов и оценивают обстановку менее чем за секунду.

— Первый есть, — объявил Никита.

— Крепкая, — оценил свою клюшку Артур.

— Мразота, — выцедил Глеб. — Все ясно: одному-то ссыкотно. А как руки распускать и перед чужими телками выеживаться, мы молодцы, мы мужики. Забыли, на чьей вы земле?! Сейчас мы вас научим правилам поведения в гостях. Гасим лохов! — скомандовал он, но не успела его стая сдвинуться с места, как Зеленцов громко свистнул.

Давненько у местной братвы не было порядочной драки. У шпаны знатно чесались кулаки, хотя все они на голову ниже Зеленцова. У некоторых то и дело мелькает атрибутика хоккейного клуба «Трактор», что предает схватке символизма. Назревало грандиозное побоище, которое наверняка испортит здешнюю мебель и прикусы, зажжет новые фонари под глазами, окропит зубами и кровью окрестные стены и плинтусы. Свежевымытый пол уже успели замарать грязным снегом с рваных бутсов. Даже жаль, что такое шоу могут прервать.

После сигнала Зеленцова из коридора неторопливо и вальяжно вышла его группа поддержки — почти весь состав команды «Магнитка-95», который еле уместился на восточном фланге фойе. Хоккеры имели численное преимущество и вооружились клюшками, коньками и шлемами. Парни смотрятся втрое внушительнее своих противников — примерно как старшеклассники на фоне первоклашек, играющих в войнушку палками.

На первый план вышел Арсений Митяев, который обожал подобные минуты славы (отличная возможность затмить остальных):

— Ну теперь побазарим! — объявил он.

Ситуация накалилась до предела, когда Косяк и Серый выволокли под руку поломанного и стонущего Витю, ноги которого волочились по полу как плуг. Его помощники от вида внушительного противника опешили, а Виктор, кажется, застонал печальнее прежнего. Здесь и произошла гоголевская немая сцена на новый лад. Все впились друг в друга взглядами: малолетки приготовили свою амуницию, а хоккеисты крепче схватились за клюшки, планируя вытеснить противника на лестницу.

— Чего стоите?! — рявкнул своим Глеб, желая в пылу сражения смыться, прикрывшись поверженным братом как щитом.

Однако первый шаг был за хоккеистами. Арсений продолжил рисоваться:

— Знаешь, я нападающий по своему амплуа. Поэтому…

Он сделал шаг вперед, а Брадобреев прямо перед ним высыпал на пол горсть шайб. Линолеум, конечно, не лед, но Арсений, ловко орудуя клюшкой, сладил с шайбами, приготовившись заряжать их одну за одной, будто расстреливая ворота. Он встал в позу и отработал нужный замах. Шпана застыла в ожидании — не жонглировать же он будет? Кстати, в этой части больше Кошкарский подходит.

Митяев ловко поднял на крюк клюшки первую шайбу и запульнул ее в сторону противника. Те увернулись от нее как от гранаты, чуть не попадав друг на друга. Через секунду на хулиганов обрушился целый град из тяжелых каучуковых снарядов — в рядах местных сразу же началось отступление. Арсен с Брадобреевым посылали шайбы в сторону челябинской гопоты, размахиваясь все сильнее: кому-то попало