Лунная почтовая служба - Хиёко Курису Страница 19

Почтовое отделение походило на больницу; правда, створки тут были не автоматические. Я постучал в деревянную застекленную дверь, но ответа не последовало.

Можно ли ребенку одному сюда входить?

Я осторожно переступил порог почты, но внутри было совсем не так, как я ожидал.

И потолок, и пол деревянные, вместо электрических ламп горели фонари. За стойкой должен был сидеть почтальон, но там никого не оказалось. А в том месте, где обычно зона ожидания, располагались стол и стул. Выглядело тесновато.

Встав на мысочки, я начал рассматривать открытки и бумагу для писем на полках. Но на них не было ярких популярных персонажей, как в магазинчиках со всякими мелочами. Они были выполнены из японской бумаги, в сдержанном стиле. Среди них я нашел набор для писем с оттиском картофельной печати и взял его в руки.

— О, я в школе делал картофельную печать…

Когда еще был здоров и мог ходить на уроки, на занятии «Сделай сам новогоднюю открытку» мы принесли из дома картофель, ножичек, рисовали знаки зодиака и вырезали… Здорово было! Несмотря на сложности в школе, сейчас я помнил только приятные моменты. Странно.

— Посетитель? — раздался надо мной низкий, немного пугающий мужской голос.

Я поднял голову и увидел мужчину в зеленой униформе почтальона. Однако он отличался от всех знакомых мне взрослых, словно герой аниме, сошедший с экрана: длинные серебристые волосы, фиолетовые глаза, очень красивое лицо.

Несмотря на форму почтальона, парень совсем не выглядел добрым. Я задумался, но тут он выдал нечто странное:

— Эм… Ты что, не человек?

— Э-э-э, как ты смеешь такое говорить? Я еще не умер! И вполне себе реальный человек! — готовый расплакаться от злости, возразил я.

Неужели он намекает, что я призрак? А призрак — значит, уже мертвый человек! Мне неприятны такие страшилки. Я старался не думать, что могу быть на самом деле мертв, а не лежать на больничной койке.

— Не в этом смысле. — Парень слегка нахмурился. — Ты живой дух. Только твоя душа отделилась от тела и блуждает.

В свое время я прочел много книг об околосмертном опыте, там упоминался феномен выхода души из тела. Ясно, я не бродил во сне, а находился в астрале.

Так вот почему я не ощущал ни боли, ни тяжести в груди.

Как же странно: в такой тонкой пижаме и носках выйти на улицу — это должно было вызвать недомогание! Но даже при быстром шаге мне было легко. Видимо, мое состояние тому и причина.

— Человеческие дети здесь редкость, но живые духи тоже нечастые гости.

Красивый парень внимательно меня разглядывал. Руки вроде не просвечивали, да и в воздухе я тоже не парил. Как он понял…

— Да и ты довольно необычный взрослый!

Я собирался немного подразнить его этой фразой, но выражение лица у него осталось совершенно спокойным.

— Правда?

— Ага. Я не встречал людей с таким цветом волос. Да и на человека ты не особенно похож! Как бронзовая статуя в школе! Кажется, что ты даже на ощупь холодный.

Я думал, он разозлится, но на мгновение его глаза расширились в изумлении.

— А дети проницательны… — произнес он с легким недоумением.

Несмотря на мою наглость, в нем не было ни капли гнева или обиды, наоборот, его удивление выглядело искренним.

— А ты тут, на почте, работаешь?

— Да, я сотрудник Лунной почтовой службы. Суйгэцу. Прочти. — Он протянул лист.

На нем каллиграфическим почерком были написаны иероглифы. Их оказалось много[7], но суть я уловил. Первая строка гласила: «Правила пользования Лунной почтовой службой», но дальше был написан какой-то бред.

Я подумал, что это прикол и он хочет посмеяться над ребенком. Но меня так легко не обмануть!

— Недавно я читал о чем-то похожем в книжке. Там рассказывалось о письме от умершего человека, но это был чистый вымысел. В жизни так не бывает.

— Бывает. Здесь нереальный мир.

— Это как? Это же не рай?

Я засомневался. Обычно в таких книгах описывалось, что люди, испытавшие клиническую смерть, попадали на небеса и возвращались. Читая их, я всегда думал, что подобный опыт был только у вернувшихся; те же, кто не смог, просто умирали.

Но Суйгэцу не походил ни на ангела, ни на бога, ни на предка.

— Эта Сумеречная аллея расположена между миром духов и миром живых. Здесь держат торговые лавочки те, у кого нет другого пристанища, — духи и разные необычные существа.

Я был немного ошарашен. Не столько потому, в какое необычное место попал, это и так понятно, сколько потому, что Суйгэцу — дух, ёкай. Я ведь просто пошутил, когда говорил, что он не человек!

— Каждому, кто приходит сюда, есть что сообщить другому. И ты не исключение. Я доставляю ваши письма.

— Сообщить… Ну да, есть…

Успокоить маму и папу, чтобы они проводили больше времени с братишкой?

Но сейчас меня сильнее волновало другое…

— А если я напишу письмо, мне придется отсюда уйти?

— Ну, закончив дела, обычно уходят.

— Тогда я пока не буду писать! Такой выпал шанс! Я живой дух, и у меня ничуточки не болит в груди, когда хожу! Хочу играть!

Когда еще мне удастся побывать на странной Сумеречной аллее и поиграть с духом по имени Суйгэцу! Наконец я нормально себя чувствую, хочу больше всего разузнать! Как здорово двигаться и не беспокоиться о приступах! Может, мне навсегда остаться живым духом?!

— Лучше тебе не бродить по улице в таком виде. Нет гарантии, что не привлечешь внимания злых духов.

— А это значит, что ты хороший дух! Так я и знал!

Суйгэцу хоть и не добряк, но явно неплохой человек. Большинство взрослых сюсюкаются с больными детьми и всячески их балуют, а он спокойно общался. С ним оказалось очень комфортно. Грустно, когда к тебе относятся по-особенному и ты начинаешь воспринимать это как должное.

— Тогда я никуда не пойду! Я буду здесь, а ты поиграй со мной, Суйгэцу!

Я крепко сжал руку в белой перчатке и наконец увидел удивление на обычно непроницаемом лице.

— Играть, а как? — вымолвил Суйгэцу, похоже придя в замешательство.

Да чего он распереживался! Словно никогда в жизни не играл! Даже если он дух, что, ребенком не был?

Не обращая внимания на Суйгэцу, я приступил к исследованию почты. Начну-ка со стола, в котором есть ящички. Крышка так весело подрагивала.

— Суйгэцу! А можно я залезу посмотреть, что в ящиках стола лежит, а?

— Я не возражаю.

— А что это такое? Горелка и… маленькие свечки! Для писем? — рассматривая находки, спросил я.