Наталья Нестерова - Вызов врача Страница 37

Своего главного врага, предмет и образ ее страхов – бестеневую лампу, – Мария Петровна и не рассмотрела толком. Перед операцией сделали какой-то укол, привезли в операционную, на стол положили, сознание плыло, и голос у Марии Петровны, как у пьяной, заплетался. Но прежде чем окончательно отключиться, Мария Петровна успела прошептать врачу, дающему наркоз:

– Смотри мне! Я про наркоз разное читала. Если я тут песни дурным голосом буду вопить, ты мне ответишь!

Через час после операции, миновав реанимационную, куда отправляли тяжелых и сложных больных, Мария Петровна оказалась в палате. Первой, кого она увидела, очнувшись, была Ирина.

– Доченька! – прошептала Мария Петровна.

– Как ты себя чувствуешь?

– Отлично. Дай попить.

– Тебе пока, после наркоза, нельзя. Я смочу тебе губы мокрой салфеткой.

Мария Петровна забывалась на некоторое время, приходила в себя и видела рядом дочь. Это был самый счастливый сон из всех, ею виденных. Ирина помогала ей сходить на судно, поправляла подушку, держала за руку, считала пульс, разговаривала (сквозь дрему Мария Петровна слышала) с хирургом, который пришел проведать пациентку.

Окончательно Мария Петровна пришла в себя около восьми вечера. Ирина покормила ее принесенным из дома куриным бульоном с мелкой вермишелью, дала попить компотика. Соседки наблюдали за ними искоса: такая бравая до операции Мария Петровна сейчас выглядела нашкодившим ребенком, который радуется, что взрослые простили ему шалость.

Ирина поднялась, сказала, ей пора. В коридоре ждал, готовый прийти на смену, Толик. Мария Петровна захватила руку дочери, смотрела просительно.

– В перевязочной, – предупредила Ирина, – куда тебя завтра позовут, висит бестеневая лампа.

– Ну и пусть! Мне теперь не страшно. Ирочка?

– До свидания! Отдыхай… мама.