Ирина Волчок - 300 дней и вся оставшаяся жизнь Страница 47

А вот позавчерашнюю ночь, проведенную с женой, Геннадий Александрович вспоминать — по крайней мере, подробно, — не рискнул. Уж очень будоражит. Лучше не вспоминать, а повторить сегодня, после сабантуя на работе и продолжения в лучшем ресторане города для особо приближенных — все тех же Катьки с Димкой, Томки с Мишкой, Фридки с Виткой (эти специально ради такого случая из своего Парижа прикатили), Капитолины Ивановны и молодого дипломированного специалиста Александра Вячеславовича Лучинина.

Он сидел, думал о прошедших десяти годах — каждый год был самым счастливым в его жизни, и каждый день каждого года был самым счастливым в его жизни, — и улыбался, вспоминая, как боялся когда-то показаться на глаза Инночке. И как не верил, что счастье для него возможно. И ведь никто, никто не верил! Только Инночка верила.

Конечно, это не его заслуга. Ему повезло, ему просто сказочно повезло… Как-то он написал ей из армии, что ждать ему осталось семьсот дней. Получилось так, что ждать пришлось только триста… И, несмотря на все, связанное с этим, — это очень хорошо, потому что больше времени у них будет на всю оставшуюся жизнь.