Наш Дом. Жизнь в духовном мире - Франсиско Кандидо Хавьер Страница 23

Не считай унижением скромные задачи. Помни, что во всех сферах, от Земли до высочайших колоний, величайший Работник — Христос, и Он не гнушался труда плотника. Министр Кларенсио благородно разрешил тебе свободно посещать министерства, чтобы ты приходил, познавал и анализировал. Но ты можешь по собственной воле превратить простое наблюдение в полезное служение. Возможно, руководители кому-то и откажут в определённом виде деятельности — он справедливо зарезервирован для тех, кто много боролся и страдал. Но никто не откажется принять добровольную помощь от того, кто искренне любит труд ради самой радости служения.

Глаза мои наполнились влагой. Слова, произнесённые с материнской любовью, стали бальзамом для моего сердца. Редко в жизни я чувствовал такое братское участие в своей судьбе. Её совет проник в самую глубину души, и словно желая укрепить меня этой любовью, сеньора Лаура ласково добавила:

— Умение начинать заново — одно из благороднейших, каким может овладеть наш дух. На Земле редко кто понимает это. Примеров таких людей крайне мало. Вспомни Павла из Тарса, доктора Синедриона, надежду своей расы по культуре и знаниям, пользовавшегося всеобщим вниманием в Иерусалиме. Он ушёл в пустыню, чтобы начать новый опыт в роли бедного деревенского ткача.

Я больше не мог сдержаться. Как благодарный сын, я взял её руки, омывая их радостными слезами. Мать Лизиаса тихо прошептала:

— Я благодарна тебе, брат мой. Думаю, ты пришёл в этот дом не случайно. Мы все вплетены в ткань вековой дружбы. Вскоре я вернусь на Землю, но наши сердца останутся вместе. Надеюсь увидеть тебя весёлым и счастливым до моего отбытия. Пусть теперь это будет и твой дом. Трудись и укрепляй веру в Бога.

Я поднял полные слёз глаза на её ласковое лицо. Счастье, рождённое чистой привязанностью, затопило меня. Мне казалось, я знаю эту женщину с древнейших времён, хоть и тщетно пытался найти её черты в самых дальних уголках памяти. Мне хотелось расцеловать её с сыновней нежностью, но в этот момент в дверь постучали.

Сеньора Лаура посмотрела на меня с неизъяснимой материнской теплотой и сказала:

— Это Рафаэль пришёл за тобой. Иди, друг мой, думая об Иисусе. Трудись на благо других, чтобы принести пользу и себе.

26. НОВЫЕ ПЕРСПЕКТИВЫ

Обдумывая ласковые и мудрые советы матери Лизиаса, я шёл рядом с Рафаэлем, глубоко убеждённый, что иду не просто наблюдать, но учиться и приносить пользу.

Пока мы направлялись к месту, где меня ожидал министр Дженесио, я поражался великолепию новой области. Я молча следовал за Рафаэлем, погружённый в поток открытий, испытывая новый способ мышления. Я полностью отдался молитве, прося Иисуса помочь мне на новом пути, дать силы и направить труд. В прошлом я почти не молился, теперь же я использовал молитву как внутренний ориентир для служения. Сам Рафаэль время от времени бросал на меня удивлённые взгляды, словно не ожидал от меня такой сосредоточенности.

Выйдя из аэроавтобуса, мы оказались у просторного здания. Мы спустились в молчании.

Через несколько минут я предстал перед почтенным Дженесио — приятным старцем, чьё лицо излучало необыкновенную энергию. Рафаэль по-братски представил меня.

— А, да! — сказал великодушный министр. — Вы наш брат Андре?

— К вашим услугам, — ответил я.

— Лаура уведомила меня о вашем визите.

В тот же момент Рафаэль почтительно попрощался, быстро обняв меня. Его ждали неотложные дела.

Устремив на меня взгляд светлых глаз, Дженесио начал:

— Кларенсио с интересом рассказывал мне о вас. Обычно мы принимаем персонал на службу в Министерство Помощи после периода наблюдения за кандидатами, которые чаще всего проходят стажировку.

Я уловил намёк и ответил:

— Это моё самое горячее желание. Я просил Божественные Силы, помогающие моему хрупкому духу, позволить превратить пребывание в этом министерстве в обучающую практику.

Дженесио, казалось, был тронут моими словами. Воодушевлённый чувством, склонившим меня к смирению, я попросил с влажными глазами:

— Господин министр, теперь я понимаю, что мой приход в Министерство Помощи стал возможен лишь по милости Всевышнего, возможно, благодаря заступничеству моей святой матери. Но я лишь принимаю благодеяния, не принося ничего полезного. Поистине, моё место здесь, в сфере восстановительного труда. Если возможно, помогите, чтобы разрешение свободно посещать министерства превратилось в возможность быть полезным. Сегодня я понимаю, как никогда, необходимость возрождения собственного достоинства. Я потерял так много времени в бесплодном тщеславии, потратил огромные силы на смешное обожание самого себя!

Дженесио, удовлетворённый ответом, разглядел в глубине моего сердца искренность. Когда я обращался к министру Кларенсио, я ещё не вполне осознавал, чего прошу. Я хотел служения, но, возможно, не желал служить. Я не понимал ценности времени и не видел благословенных возможностей. В глубине души я всё ещё стремился остаться тем, кем был прежде: гордым и уважаемым врачом, ослеплённым нелепыми эгоистическими устремлениями, запертым в рамки собственного мнения. Но теперь, перед лицом всего увиденного и услышанного, понимая ответственность каждого сына Божьего в бесконечном труде Творения, я вложил в свою речь всё самое лучшее. Наконец-то я был искренен. Меня не заботила сфера деятельности — я стремился лишь к возвышенной сути служения.

Старец с удивлением посмотрел на меня и спросил:

— Вы были врачом?

— Да, — смиренно прошептал я.

Дженесио помолчал несколько мгновений и, словно ища подходящее решение, произнёс:

— Я одобряю ваши устремления и молю Господа сохранить вас в этом достойном состоянии.

Затем, желая ободрить меня и зажечь в моём духе новую надежду, добавил:

— Когда ученик готов, Господь посылает учителя. То же и с работой: когда готов работник, находится и дело. Вы, друг мой, получили от Провидения великие дары. Вы склонны к сотрудничеству, осознаёте ответственность и принимаете обязанности. Такой настрой чрезвычайно благоприятен для осуществления желаний. В физическом мире принято поздравлять человека, достигшего материального благополучия или высокого положения. Но здесь, в духовном мире, ценится понимание, собственное усилие и искреннее смирение.

Видя моё беспокойство, он сказал:

— Возможность получить достойное занятие есть. Пока же предпочтительно, чтобы вы посещали, наблюдали и изучали.

Затем, подойдя к двери соседнего кабинета, громко позвал:

— Я хочу, чтобы вы познакомились с Тобиасом, прежде чем отправитесь в Палаты Исправления.

Не прошло и нескольких минут, как в дверях появился приветливый мужчина.

— Тобиас, — вежливо сказал Дженесио, — это наш друг, прибывший из Министерства Помощи с целью наблюдения и обучения. Думаю, ему будет полезно познакомиться с работой в Палатах Исправления.

Тобиас пожал мою протянутую руку:

— К вашим услугам.

— Проводите его, — продолжил министр, — и будьте к нему добры. Андре необходимо глубже понять суть нашей работы. Разрешите ему использовать любую представившуюся возможность.

Тобиас с